Роковое мгновение перед глазами: Жизнь советского чемпиона оборвалась от удара немецкого спортсмена. Эта ужасная случайность оставила неизгладимый след в истории спорта.
На чемпионате мира по фехтованию в Риме, сотни зрителей стали свидетелями трагической гибели советского рапириста Владимира Смирнова, нанесённой немецким фехтовальщиком Маттиасом Бером. Этот инцидент радикально изменил мир фехтования.
В 1982 году Рим принимал мировое первенство по фехтованию, где в командном первенстве по рапире сборная СССР встретилась с командой ФРГ. В составах команд блистали выдающиеся спортсмены, в том числе чемпионы Олимпийских игр: триумфатор Монреаля-1976 Маттиас Бер и победитель московской Олимпиады Владимир Смирнов.
Состязание началось стремительно, оба фехтовальщика демонстрировали высокую скорость и нацеленность на победу. В пылу борьбы спортсмены столкнулись, и рапира Бера сломалась. Обломок клинка, по инерции, пробил маску Смирнова, смертельно ранив его в голову. На глазах у сотен зрителей немецкий спортсмен нанёс роковой удар советскому фехтовальщику.
"Я находился совсем рядом с Володей, всего в паре метров. Он успел только сказать: "Ой…" и упал. Все были в шоке, вызвали скорую, соревнования остановили. Часа три никто не мог прийти в себя. Наш врач Серёжа поехал с ним в больницу, а потом вернулся. Я сразу к нему, а он только головой покачал и руками развёл, мол, всё кончено…" – вспоминал капитан сборной СССР Александр Романьков.
Владимир Смирнов попал в сборную СССР в 23 года, хотя изначально фехтование не было его приоритетом. Он пробовал себя в гимнастике, боксе и лёгкой атлетике. Однако его талант был замечен тренером Евгением Сыромятниковым, который и убедил Владимира заняться рапирой.
Смирнов полностью посвятил себя фехтованию, проводя много времени на тренировках. К моменту призыва в армию он уже достиг уровня мастера спорта и выиграл юниорский чемпионат Украины. Сыромятников рекомендовал его известному киевскому тренеру Виктору Быкову. Тот планировал передать его своему ассистенту, но Смирнов настоял на занятиях только с Быковым.
"Мой тренер сказал, что я буду тренироваться только у вас, и ни у кого другого!" – вспоминал Быков слова Смирнова, – "Именно эта фраза меня и покорила, и я ни разу об этом не пожалел".
Решимость Смирнова произвела впечатление на тренера, и он ни разу не усомнился в правильности своего решения.
После успешных выступлений на всесоюзном уровне Смирнов был приглашён в сборную СССР. На чемпионате мира 1977 года он занял четвёртое место в личном зачёте и третье в командном. В последующие годы команда завоевала бронзу и золото. Несмотря на отсутствие личных наград, Смирнов вошёл в состав олимпийской сборной на московских Играх, где его ждал триумф.
Олимпийский турнир по рапире был одним из первых в программе Игр. В финальной шестёрку вошли сразу три советских спортсмена: Смирнов, Романьков и Рузиев. Смирнов выиграл четыре боя подряд, но в поединке за золото уступил французу Жольо. Француз начал с серии ударов, ведя 3:0, но Смирнов почти сравнял счёт. Поединок был прерван из-за судорог у Жольо, после чего француз выиграл со счётом 5:4. Судьба золота уже не зависела от Смирнова, но Романьков, победив Жольо, сравнял шансы трёх спортсменов. По разнице уколов золото досталось Смирнову. Помимо личного золота, он завоевал серебро в командной рапире и бронзу в шпаге. В том же году Смирнов выиграл Кубок мира, а в следующем году стал чемпионом мира как в личном, так и в командном зачётах.
Трагическое предзнаменование
В 1982 году Смирнов был женат и воспитывал двоих детей. Перед чемпионатом он посетил семью в Белоруссии. Его жена Эмма вспоминала:
"На прощание я сказала, что буду ждать его из Рима с победой или без. А он вдруг ответил: "Нет, или со щитом, или на щите!" Кто мог знать, что его слова станут пророческими? А через несколько дней, возвращаясь с рынка, я вдруг подумала: "А сколько лет было моей маме, когда она овдовела?" Тут же испугалась и стала гнать от себя дурные мысли".
Смирнов беспокоился перед поездкой и даже пытался отказаться от участия в соревнованиях, ссылаясь на усталость и недостаточную подготовку. Его волнение усиливалось отсутствием тренера Быкова, которому запретили выезд. Однако, уговоры тренера и команды убедили Владимира отправиться на чемпионат.
20 июля начался командный турнир по рапире, где Смирнов встретился с Бером.
"Мы оба стремились заработать первое очко. Всё произошло очень быстро, буквально за доли секунды. Я помню, как атаковал, а что было дальше, знаю только со слов очевидцев", – рассказывал Бер.
В больнице Смирнову сделали рентген, который показал, что обломок клинка достиг мозга. Надежды на спасение не было. Его поддерживали аппараты жизнеобеспечения, но мозг уже не функционировал. Врачи констатировали, что спасти Смирнова невозможно. Жена Смирнова не сразу узнала о случившемся. Она обратилась в райком партии, чтобы получить разрешение на выезд вместе с Быковым. Но когда разрешение было получено, было уже поздно: через восемь дней после трагедии Смирнова отключили от аппарата.
Прощание
Тело Владимира было доставлено на Украину на военном самолёте. Руководитель Федерации фехтования СССР Геннадий Шибаев сообщил, что итальянские врачи просили передать здоровые органы Смирнова для донорства, но получили отказ. В СССР трагедию почти не обсуждали, лишь короткий некролог появился в газетах.
Вдове Смирнова выплатили компенсацию в размере 300 рублей и назначили ежемесячную пенсию: 130 рублей за потерю кормильца и 7 рублей дополнительно. Друзья Смирнова финансово помогали его вдове, а зарубежные спортсмены, включая Бера, создали фонд помощи семье русского рапириста. Потрясённый Бер временно ушёл из спорта, но затем вернулся и завоевал ещё несколько титулов. Он жил с чувством вины, годами страдая от депрессии и в 2002 году чуть не покончил с собой.
Бер пытался связаться с Эммой Смирновой, но она не отвечала на его письма. Спустя годы был снят документальный фильм, где Маттиас и Эмма дали свои комментарии. Эмма призналась, что никогда не винила Бера. После разговора они вместе посетили могилу Владимира, где Маттиас возложил жёлтые розы и долго плакал.
Трагедия, изменившая мир спорта
После ЧМ-1982 Международная федерация фехтования значительно усилила требования к безопасности. Клинки теперь изготавливают из мартенситностареющей стали, что исключает их поломку. Экипировка также стала прочнее: костюмы шьют из кевлара, маски делают из непробиваемого стекла. Современная экипировка выдерживает удары в четыре раза сильнее, чем во времена Владимира Смирнова. Прославленному рапиристу было всего 28 лет.