Дамы и господа, вот и снова у нас понедельник, и в сегодняшнем птифуре - встреча с тем самым юным, насмерть перепуганным кардиналом Рафаэле Риарио, который поднял Святые Дары во время пасхальной мессы в ту страшную флорентийскую пятницу 26 апреля 1478 года, что стало сигналом для убийц Джулиано Медичи - заговорщиков Пацци и их круга.
Рафаэле было всего 17 лет, никто его, естественно, ни во что не посвящал, иначе во Флоренцию он бы не поехал ни за какие пряники: он направлялся в Сиену и Перуджу, а завернуть во Флоренцию ему настоятельно посоветовал папа Сикст IV . Здесь надо сказать, что всему миру папа был Его Святейшество, а подростку Рафаэле - заодно и двоюродный дедушка. Такому дедушке в здравом уме в мелкой просьбе не отказывают. И если бы не эти родственные связи, не выбрался бы никогда Рафаэле Риарио, мальчик из бедной и провинциальной семьи, в большие вельможи (каким он стал позднее). Заодно Рафаэле был родным племянником Джироламо Риарио, графа дель Боско, синьора города Имолы (той самой Имолы, за обладание которой схватились семейство делла Ровере, к которой принадлежал и папа, - и семейство Медичи), одного из глав заговора Пацци. Почему я так подробно остановилась сейчас на всех этих хитросплетениях родства? Все просто: каждое из них стало пунктом обвинения бедолаги Рафаэля во время цепочки коротких страшных следствий, проведенных в несколько недель разъяренным и раздираемым горем и виной Лоренцо Медичи в его Флоренции, в те дни погруженной одновременно в глубокое горе и утопающей в крови семейства Пацци - и всех, кто мог попасться на глаза приспешникам Лоренцо и быть заподозренным в причастности к заговору.
Маленький кардинал не сумел даже хорошо спрятаться или бежать из собора. Его, белого от ужаса, вытащили из одной из ниш, где он сжался в комочек, как котенок, надеясь на чудо. Чуда не произошло: моментально нашли, схватили - и бросили в тюрьму, обвинив в участии в заговоре. Чудо произошло: даже в исступлении мести умный политик Лоренцо сумел осознать, что родство здесь ни при чем, мальчишку использовали вслепую, перед ним просто ребенок, и казнь Рафаэле стала бы расправой над невинным. Поэтому Лоренцо, напугав кардинала Риарио до обморока, через несколько недель просто приказал ему подписать признание в том, что заговор и убийство младшего Медичи было делом рук папы Сикста, Джироламо Риарио и епископа Сальвиати, и что Пацци также действовали по указке Папы Римского. После получения подписи под этим документом, Лоренцо немедленно подписал помилование юному Рафаэле - и с миром отпустил его, провозгласив своим вечным другом, и даже подарил ценные подарки и (самое важное) дал провожатых и охрану в пути, поскольку большая часть свиты кардинала, действительно, физически участвовала в нападении на Медичи, а соответственно, была перебита флорентийцами.
А сейчас, когда вы вспомнили, о ком идет речь, я начну свою историю. Это случилось спустя много времени, кардиналу Риарио было 35 лет, и он к тому моменту сумел стать одним из самых влиятельных лиц в Риме. Богатый, пользующийся широкими полномочиями и возможностями, активный политик и дипломат, опытный интриган, он уже мало напоминал того насмерть испуганного подростка. Но помнил, что однажды один из Медичи подарил ему жизнь, и старался ладить и с Флоренцией и с домом Медичи.
А в это время в той самой прекрасной Флоренции 21-летний Микеланджело работает над всем, что ему заказывают, ждет случая себя проявить и отчаянно нуждается в деньгах.
Микеланджело предлагает свои скульптурные работы известному торговцу искусством Бальдассаре дель Миланезе, но тот пренебрежительно отвечает молодому художнику - сейчас современное никого не интересует, сейчас всем знатокам подавай античность. Есть у тебя античность, Микеланджело Буонаротти? Ах, нет… ну, на нет и суда нет.
Меньше, чем через месяц - только представьте себе такое чудесное совпадение!- Микеланджело находит в своем саду удивительной прелести скульптуру мраморного Амура, римского бога любви. Да, следы времени очевидны, да, одна ручка не сохранилась, отломана, как и крылья, но до чего идеальна работа древних ваятелей, как хороши пропорции, как лукаво выглядит спящий малыш-бог! Бальдассаре дель Миланезе, похмыкав, соглашается, что Купидон неплох и вполне-вполне античен , и покупает его за 30 дукатов. После чего мчится в Рим - и там, рассказав, что нашел скульптуру уже В СВОЕМ саду, продает Спящего Амура за 200 дукатов.
Нашему кардиналу Риарио, вполне обожающему искусство, как и положено образованному прелату эпохи Ренессанса.
Вот, кстати, знаменитая фреска, на которой изображена мужская часть семейства папы Сикста. Все, конечно, при постах и титулах: симония - прекрасный древний обычай расставления родственников на важные места. Устаревший, конечно, обычай, кто не в курсе.
Неделю кардинал Рафаэле Риарио ходит вокруг античного Амура, разглядывая его так и этак. После чего, вызывает к себе не успевшего эвакуироваться дель Миланезе и спрашивает - не попутал ли он берега? В смысле, не ошибся ли уважаемый торговец, продавая ему, Риарио, эту милую мраморную безделушку? Торговец стоит насмерть - откопал в своем саду, случайно, искренне считая это римской статуей. Понимаю, сочувственно покивал кардинал. Ты денежки-то верни, а амурчика можешь оставить себе, болезный.
Вернул, куда деваться. Сидит, думает, куда пристроить «античность». Скандал-то уже разразился- виданное ли дело, какова наглость!
Еще через неделю кардинал Риарио снова вызывает к себе торговца, милостиво протягивает руку для поцелуя и спрашивает - Бальдассаре, а Бальдассаре, Амура римского кто тебе из мрамора высекал? Нет, нет, мне не надо про сад, про выкопал, давай договоримся, что эту стадию мы уже прошли.
Мастер кто, спрашиваю?
Бальдассаре с криками - не вели казнить, самого обманул проклятущий сопляк Микеланджело Буонаротти, а я только сказал, что сад был мой, вот и все мои вины! - сознается.
И наш Риарио вызывает этого великолепного молодого скульптора, чьи талант, глаз и рука так впечатлили кардинала, непосредственно в Рим, работать на себя и в своем дворце. Микеланджело, на всякий случай, чтобы не схлопотать от обманутого кардинала, заручается рекомендательным письмом от того самого Лоренцо Пьерфранческо, который женился на прекрасной Семирамиде и которого изобразил Боттичелли в виде Меркурия (пишет письмо, и напоминает о «вечной дружбе между кардиналом и домом Медичи», уж не обидьте там нашего флорентийского молодого скульптора, Ваше преосвященство, мы же друзья, помните, да?) - и приезжает в Вечный Город, который отныне прославит и который прославит его.
А что же маленький неантичный Амур?
Микеланджело попытался его выкупить у дель Миланезе, но… дураков нет от работ Микеланджело, полученных по дешевке, отказываться. В письме к Лоренцо ди Пьерфранческо де Медичи от 2 июля 1496 года Микеланджело писал, что хотел выкупить мальчика (“bambino”) у Миланезе, но тот сказал, что лучше разобьёт произведение. Разбить не разбил, но продал с большой выгодой, как работу новейшего и моднейшего столичного ваятеля, любимца Папы, кардиналов и прочей римской знати.
К сожалению, «Амур» погиб при пожаре дворца английских королей Уайтхолл, в начале 1698 года, но нам остались несколько картин, на которых именно он изображен. В заголовке - одна из них, работа Джулио Романо, «Детство Юпитера» , здесь микеланджеловский амурчик и играет роль маленького Юпитера.
А Микеланджело еще несколько раз находил в своих садах и виноградниках хорошо выглядевшие римские скульптуры, со следами времени. Обычно это происходило, когда ему нужно было купить очередной участок, дом или, снова и снова, помочь своим ненасытным родичам. Везло, наверное.
А у меня на сегодня все. Да сопутствуют вам успех в ваших делах и удача - на ваших дорогах, дамы и господа!