Детская душа обладает естественной способностью знать Бога, чувствовать его изнутри. Почему же во многих воцерковлённых семьях, достигая подросткового возраста, дети теряют веру?
Взрослея, подросток перестаёт воспринимать то, что когда-то казалось незыблемым. Растёт его способность критически мыслить, появляется скепсис, теряется детская доверчивость, а в соединении со многими телесными и духовными искушениями, свойственными возрасту, это нередко приводит к подростковому кризису веры.
Серьёзно усугубить этот кризис может давление в вопросах веры со стороны родителей. Обострённо реагируя на любую фальшь, подросток крайне болезненно реагирует и на родительское лицемерие.
«Хуже всего действует на детей лицемерие родителей, — пишет протоиерей Константин Островский. — От подростков в семье ничего не скроешь, и если родители, хотя и ходят в храм, исполняют церковные обряды, вычитывают домашние молитвенные правила, то есть внешне ведут себя благочестиво, но к внимательной сердечной молитве, к очищению своего сердца от страстей не стремятся, то это или детей сделает такими же поверхностными христианами, или может их соблазнить. Они вырастут и скажут родителям: „Мы не хотим ваших пустых обрядов“. Но несравненно хуже, когда отец на людях изображает благочестие и учит людей нравственности и религиозности, а вдали от опасных для него глаз пьянствует или впадает в ещё худшие грехи».
Проблема подросткового кризиса веры возникла не сегодня. Ещё в начале прошлого века на неё с тревогой указывали митрополит Вениамин (Федченков), игумен Никон (Воробьёв), епископ Феофан (Говоров) и многие другие. Тогда, на рубеже веков, отход от веры, поразивший общество, привёл к духовной и политической катастрофе, едва не уничтожив великое государство.
Размышляя на эту тему, иеросхимонах Сергий (Четвериков) (1867–1947) отмечал несколько важных моментов. Он подчёркивал: знание Бога необходимо отличать от знания о Боге. Ребёнок должен узнавать Христа не из книжки с картинками, а из настроения, из образа мыслей, из образа жизни, из взаимных отношений членов семьи. И если маленький ребёнок живёт с Богом в сердце, то взрослея, подвергаясь соблазнам юности и теряя чистоту сердца, человек может потерять чувство Бога в душе.
«Излечить такое внутреннее состояние одними только разговорами и благочестивыми наставлениями или учёными лекциями невозможно, — пишет о. Сергий. — Главнейшая забота религиозного воспитания должна заключаться в том, чтобы не в сознании только ребёнка, не в памяти его и не в привычках, а в самой глубине духа его сохранилась его связь с Богом. Эта внутренняя связь с Богом должна быть той твердыней, о которою должны разбиваться все соблазны чувственности и горделивого самообольщения».
«Вспоминая свою молодость, я должен сознаться, что именно указанным мною внутренним процессом произошла во мне в тринадцати-четырнадцатилетнем возрасте утрата религиозности — продолжает автор. —Развивавшиеся во мне влечения чувственности и чрезмерное доверие к уму, гордость рассудочности мертвили мою душу. И не я один, многие из моих товарищей страдали тем же».
Из сборника «Как сохранить семью счастливой?»
Автор сумел вернуться к вере, пройдя через тяжёлый экзистенциональный кризис, через разочарования юности. Потеряв под собой религиозную почву раннего детства, юные бунтари пытаются утвердиться на какой-нибудь иной почве. Они «страдают и тоскуют, ищут чего-то лучшего, более правдивого, чистого и прекрасного, — откуда и возникает та жажда найти смысл и цель жизни, которая так присуща молодости, отсюда увлечение всевозможными учениями и теориями, обещающими всеобщее счастье и блаженство». Однако все эти прекрасные порывы и стремления чаще всего остаются бесплодными, что приводит к тяжёлой внутренней драме.
«Надломилась вера в свою молодую непогрешимость, глубоко почувствовалась своя внутренняя несостоятельность. Не стало опоры в самом себе. Явилась потребность в иной, более сильной опоре. Душа стоит на некотором распутье». И тогда даже самый незначительный эпизод может стать определяющим. Всплывшие в памяти религиозные переживания детства, неожиданно услышанный церковный звон, яркий художественный образ и многое другое может содействовать тому, что подготовленный уже в душе перелом вдруг найдёт свой исход. Проснётся детская вера, жизнь перестанет казаться бессмыслицей.
«Вспоминая свою собственную молодость, я нахожу в ней подтверждение, что таким именно путём, путём многолетней внутренней драмы происходило и в нас возвращение к утраченному религиозному мировоззрению и идеалу», — заключает о. Сергий.
Искренняя вера родителей, заложенные в семье основы религиозности могут вернуть в лоно Церкви даже заблудшую душу, проведя через испытания и искушения. Эту мысль отмечают как современные авторы, так и опытные духовники прошлого.
Читайте также: