2009, Александр Дворкин, Александр Коновалов, Александр Щипков, демократия, Евгений Мухтаров, Кирилл Гундяев, РАЦИРС, Роман Силантьев, Россия, Тоталитарные секты, Экспертный совет
«Я понял, что эксперт — это не тот, кто что-то знает, а тот, у кого спрашивают», — А. Дворкин 1
На наш взгляд, 2009 год стал переломным моментом в судьбе
демократических реформ и религиозных свобод в России, ознаменовав их
фактический демонтаж. Именно тогда пресловутый Экспертный совет по
государственной религиоведческой экспертизе при Министерстве юстиции
Российской Федерации окончательно наметил курс на ограничение
религиозного разнообразия. Его обновлённый состав во главе с Александром
Дворкиным не только узаконил новые механизмы давления на нежелательные
конфессии, но и запустил сам маховик последующих репрессий, став
инструментом подавления религиозных меньшинств в России под предлогом
борьбы с экстремизмом. Тогда же начался финальный этап антикультовой
кампании накануне великой войны — в точности такой же, какую столетием
ранее в нацистской Германии возглавлял Вальтер Кюннет. Мы писали об этом
подробно много раз, в частности, в нашей ранней статье «Тоталитарная секта Дворкина. Возрождение нацизма».
Более того, мы обсуждали поразительную историческую аналогию, которую
нам удалось разглядеть: усиление антикультовой активности и успешная
зачистка так называемых «нежелательных культов и сектантов» происходили в
обоих случаях — в Германии в 1920–1940-х годах и в России в 2000–2014
годах, как подготовительный этап перед развязыванием крупномасштабной
агрессивной войны. Когда страна готовится к вооружённому вторжению,
перед ней стоит задача сформировать мощную идеологическую базу среди
населения, прежде всего через подавление религиозных меньшинств. Ведь в
условиях религиозного плюрализма, где различные вероисповедания мирно
сосуществуют и признаются равными, крайне сложно мобилизовать людей на
агрессивные военные действия против соседнего государства. Однако, судя
по информации, озвученной Эгоном Чолакяном в видео «Невидимая война», амбиции архитекторов этого глобального конфликта простирались гораздо дальше Украины.
На примере современной России мы видим, что наряду с антикультовой
кампанией этот процесс сопровождался активной индоктринацией общества
через средства массовой информации, промывкой мозгов, созданием образа
внутренних и внешних врагов, ограничением гражданских прав и свобод,
усилением государственного контроля над свободой вероисповедания и
совести, а также изменением российского законодательства. Позднее
религиозный фактор был использован в политических целях. В конечном
итоге этот процесс привёл к вооружённому вторжению тысяч военных на
территорию Украины и началу геноцида украинского населения. Всё это
происходит в XXI веке…
Александр Дворкин и его РАЦИРС (Российская ассоциация центров
изучения религий и сект) непосредственно участвовали в этих процессах. Ряд статей на нашем сайте посвящён разоблачению их террористической деятельности. История ещё должна осмыслить его роль в трагических событиях последних десятилетий.
Однако вернёмся в 2009 год, к Экспертному совету по государственной
религиоведческой экспертизе при Министерстве юстиции Российской
Федерации. Прежде всего, отметим, что до начала боевых действий в
Донбассе и аннексии Крыма оставалось целых 5 лет. Изначально Экспертный
совет был создан в 1998 году как консультативный орган. Однако в 2009
году он претерпел неожиданное и радикальное изменение в своём составе, и
его главой стал Дворкин.
Мы не знаем, кому пришла в голову эта «гениальная» идея — поставить
Дворкина во главе обновлённого совета. Однако вышеописанная схема
заслуживает внимания, поскольку явно указывает на руку того, кто был
заинтересован в том, чтобы вместо независимого академического совета
собрать «боевую» команду радикальных антикультовых адептов для
выполнения конкретных задач.
В то время правозащитники, учёные и представители религиозных организаций выражали крайнюю неудовлетворённость новым составом совета 2, отмечая отсутствие специалистов с необходимой квалификацией и знаниями в области религиоведения. Это неудивительно, ведь в его составе был всего
один религиовед. Это вызывало сомнения в компетентности совета при
проведении экспертиз. Критики опасались, что деятельность совета может
привести к ограничению свободы совести и вероисповедания, а также к
усилению государственного контроля над религиозными объединениями, что
противоречит принципам демократического общества. Собственно, о чём они
единогласно предупреждали ещё в 2009 году, в итоге и произошло.
О тех критических мнениях мы поговорим в нашей следующей статье, а пока предлагаем попытаться ответить на следующие вопросы: было ли переформирование Экспертного совета частью заранее продуманного плана, и кто за этим стоял?
Александр Коновалов
Формально Экспертный совет был создан коллективным решением внутри Министерства юстиции в 1998 году 3. Однако несомненно, что за его реорганизацию в 2009 году и последующую поддержку непосредственно отвечал Александр Коновалов 4, занявший пост министра юстиции Российской Федерации в 2008 году. Его личная роль в этом процессе была ключевой, особенно учитывая его идеологические взгляды и близость к Русской православной церкви (РПЦ).
В своё время Коновалова даже называли «тайным монахом», на что он ответил в интервью «Российской газете» 5:
«Слухи насчёт «тайного монашества» — одна из самых идиотских и
безграмотных сплетен, которые в последние годы запускались. А вот
православное богословское образование я действительно получил — заочно
учился в Свято-Тихоновском гуманитарном университете, ещё в период моей работы в прокуратуре», — сказал он в интервью, опубликованном в четверг в «Российской газете»».
О Свято-Тихоновском православном гуманитарном университете 6 как российской кузнице антикультизма мы уже рассказывали в нашей статье «Современная инквизиция в Русской Православной Церкви. Часть 1». Именно в этом учебном заведении когда-то преподавал сам Дворкин. Как утверждал в интервью Islam News бывший член РАЦИРС Валерий Отставных, министр Коновалов на самом деле является студентом Дворкина 7.
Коновалов и Дворкин: кто кем манипулировал?
Никто не может отрицать, что бывший министр юстиции России и ведущий
сектовед страны знакомы друг с другом. Дворкин, скорее всего, был
профессором Коновалова, а спустя годы, став министром, Коновалов
назначил сектоведа на очень важный пост — можно сказать, ключевой в
борьбе с демократическими свободами в России. Мы подробнее остановимся
на этой теме в следующих статьях.
Вопрос, однако, в другом: кто кем манипулировал в данном случае? Принял
ли Дворкин предложение более высокопоставленного Коновалова возглавить совет, или же Коновалов попал под влияние токсичных идей Дворкина?
То, что вопреки принципам светского общества и конституционным основам министр юстиции России поддержал идею ужесточения контроля над
религиозными группами, в какой-то мере можно объяснить. Будучи
«благочестивым» христианином, он проводил общую политику, направленную
на укрепление «духовной безопасности» и налаживание более тесного
сотрудничества между государственными органами и РПЦ, или Московской
патриархией (МП).
Но как объяснить присутствие министра юстиции России на
международной конференции антикультовой организации FECRIS, имеющей крайне сомнительную репутацию в Европе? Более того, это событие произошло в мае 2009 года в российском Санкт-Петербурге, где, кстати, Александр Дворкин был избран вице-президентом FECRIS.
Как объяснить встречу за закрытыми дверями с его руководством и
фотографии с Дворкиным? На этом собрании даже ожидалось публичное
выступление Коновалова, но почему-то всё пошло не по плану, и его
приветствие зачитало доверенное лицо. Таким образом, чиновник оказался в
окружении антикультистов ещё в те времена, когда фраза «в нашей стране
церковь отделена от государства» не вызывала в России смеха.
У нас нет однозначного ответа на вопрос, кто стоял за назначением
Дворкина председателем Экспертного совета. Вполне возможно, что он сам
инициировал своё назначение, представив свои идеи и взгляды в качестве
основы для нового надзорного органа. Однако абсолютно ясно, кто собрал
членов совета в единый совет. Александр Щипков, Лев Семёнов, Роман
Силантьев, Александр Кузьмин, Евгений Мухтаров, Андрей Васильченко — все
эти фигуры известны своей жёсткой фундаменталистской позицией по
религиозным вопросам и связями с антикультизмом, и все они были
«втянуты» не кем иным, как Александром Дворкиным. Семёнов, Кузьмин и
Мухтаров входили в РАЦИРС. Именно Дворкин составил костяк совета,
который впоследствии стал и символом, и инструментом государственного
контроля над духовной жизнью страны.
Ещё один интересный факт описан ниже.
Расширение полномочий
Приказами, подписанными 18 февраля и 3 марта 2009 года, министр
юстиции России Александр Коновалов не только обновил состав членов
Экспертного совета, но и утвердил порядок проведения государственной
религиоведческой экспертизы, а также значительно расширил полномочия
совета. Это позволило совету исследовать деятельность, учение,
руководящие решения, литературу и религиозные обряды любой
зарегистрированной религиозной организации и давать Министерству юстиции рекомендации относительно различных действий.
С этого момента Экспертный совет получил право определять,
противоречит ли деятельность или литература конкретной религиозной
организации Конституции Российской Федерации или соответствует
первоначально заявленным положениям этой организации. Исходя из этого,
совет мог рекомендовать Министерству юстиции предпринять соответствующие меры в случае выявленных нарушений.
Официальные задачи совета были следующими:
- Определять религиозный характер организации на основании её
учредительных документов, сведений об основах её учения и
соответствующей практики. - Проверять и оценивать достоверность информации, содержащейся в
документах, представленных религиозной организацией в отношении основ её учения. - Проверять, соответствуют ли заявленные при государственной
регистрации формы и методы деятельности религиозной организации её
фактической деятельности.
Иными словами — внимание! — совет под руководством Дворкина стал надзорным и консультативным органом, уполномоченным выдавать рекомендации Министерству юстиции России! Таким образом, человек без соответствующего образования, имеющий к тому же задокументированный психиатрический диагноз, поставленный ему в молодости, и одержимо навешивающий ярлыки «сектантов» и «культистов» на всех неугодных, превратился в мегаспециалиста и арбитра, скрыто определяющего вектор развития страны, влияющего на религии и решающего судьбы миллионов людей.
Связанные одной цепью и объединённые одной целью
Кратко обрисуем внешние связи «боевой команды» Дворкина, так сказать, для исторической справки.
Александр Щипков и Александр Дворкин:
- Александр Щипков — видный представитель антикультового движения в
России, активно выступающий за защиту традиционных ценностей и борьбу с деструктивными культами. - В 1993 году они совместно ввели в оборот термин «тоталитарная секта».
- Сегодня Александр Щипков занимает пост 9 заместителя главы Всемирного русского народного собора (ВРНС) 10.
- Его идеи часто связывают с концепцией «духовной безопасности»,
направленной на защиту общества от влияния западных ценностей, культов,
сект и нетрадиционных религий.
Роман Силантьев и Александр Дворкин:
- Оба были ключевыми фигурами в Экспертном совете по государственной
религиоведческой экспертизе при Министерстве юстиции России: Дворкин
занимал пост председателя, а Силантьев — заместителя председателя. - Совместно они участвовали в оценке деятельности религиозных
организаций и формировали рекомендации по запрету или ограничению тех, которые, особенно новые религиозные движения (НРД), они причисляли к «сектам» и «культам». - Оба связаны с Центром религиоведческих исследований имени
священномученика Иринея Лионского, основанным Дворкиным. Силантьев
неоднократно выступал там в качестве эксперта. - Они участвовали в составлении «чёрных списков сект и культов», в
которые включали Свидетелей Иеговы, Церковь Саентологии, Церковь
объединения Мун Сон Мёна и другие движения. - Критика НРД: Оба называли новые религиозные
движения «тоталитарными сектами», обвиняя их в манипуляции сознанием,
разрушении семей и разрыве связей с обществом. - Они активно продвигали идею о том, что РПЦ является основой духовной безопасности России.
- Концепция «духовной безопасности»: их работы и выступления направлены на противодействие «западному влиянию» через религиозные группы.
- Совместные публикации: Силантьев и Дворкин часто
ссылались друг на друга в своих трудах. Например, Силантьев использовал
исследования Дворкина в своей книге «Новейшая история ислама в России». - Они выступали на одних и тех же телевизионных программах (например,
на канале «Спас»), где критиковали «секты» и «культы» и поддерживали
антикультовое законодательство. - Оба выступали в качестве экспертов при разработке законов против
«религиозного экстремизма», которые впоследствии использовались для
запрета таких групп, как Свидетели Иеговы. - Государственное финансирование: их организации и
исследования неоднократно получали поддержку из государственных
источников или через связанные с государством структуры. - Дворкин и Силантьев многократно использовали термины «фашизм» и
«нацизм» для описания украинских властей, особенно после 2014 года. Их
позиция является частью более широкой идеологии «Русского мира», которая использовалась для оправдания агрессии.
Александр Кузьмин и Александр Дворкин:
- Оба являются членами РАЦИРС (Российская ассоциация центров изучения религий и сект).
- Александр Кузьмин представлял отделение РАЦИРС в Саратове.
Лев Семёнов и Александр Дворкин:
- Оба являются членами РАЦИРС (Российская ассоциация центров изучения религий и сект).
Евгений Мухтаров и Александр Дворкин:
- Евгений Мухтаров — руководитель пресс-службы Центра религиоведческих исследований во имя иеромонаха Иринея, епископа Лионского 11.
- Мухтаров — биограф Дворкина.
- Оба являются членами Российской ассоциации центров изучения религий и сект (РАЦИРС).
Евгений Мухтаров и Андрей Васильченко:
Евгений Мухтаров «протянул» Андрея Васильченко в Экспертный совет.
Они жили в одном городе — Ярославле — и хорошо знали друг друга.
Удивительно, как человек, посвятивший себя изучению истории
нацистской Германии, придерживающийся весьма специфических взглядов на
гитлеризм и написавший более 30 книг по истории Третьего рейха, оказался
в составе Экспертного совета при Министерстве юстиции России. На одном
из форумов была обнаружена запись, в которой говорится, что в своём
кругу Васильченко имел прозвище «Арийский шкаф» 12. Как говорится, «умом Россию не понять». Хотя, если быть честными, здесь нет ничего удивительного: членов «независимого научного» совета Дворкин явно подбирал не по профессиональным критериям, а исходя из личных симпатий и связей.
Кроме того, в 1990-х годах Мухтаров и Васильченко состояли в Лиге
патриотической молодёжи — организации, которая явно носила нацистский
уклон. Это становится очевидным с первого взгляда на её эмблему, официально зарегистрированную в Министерстве юстиции РФ. 13
Чего опасались религиоведы и правозащитники в 2009 году?
Ещё тогда у многих были обоснованные опасения, что в России
утвердится идеологический контроль, поскольку переформатированный
Экспертный совет, под видом защиты конституционных норм и борьбы
с экстремизмом, фактически начал узаконивать государственную цензуру в религиозной сфере. Организация стала инструментом подавления
инакомыслия, не соответствующего актуальной политической повестке
властей, а точнее — сращению власти с РПЦ МП.
Они боялись, что в России будет возрождён нацизм, и вот каким образом:
1. Угроза свободе совести.
Механизм проверки «аутентичности» учений и практик создавал прецедент
для тотального вмешательства в духовную жизнь граждан не со стороны государства или титульной религии, а со стороны лично Александра Дворкина (!).
Под предлогом борьбы с экстремизмом и мошенничеством он получал
возможность объявлять «нежелательными» любые религиозные группы — от
независимых церквей до мистических сообществ. Это являлось прямым нарушением статьи 28 Конституции РФ, гарантирующей свободу вероисповедания.
2. Легализация репрессий.
Рекомендации переформатированного Экспертного совета Минюсту
перестали быть «мерами против нарушений» и превратились в систему
внесудебных репрессий. Организации могли ликвидироваться без публичных
слушаний и независимой экспертизы, что напоминало практики СССР и
современных авторитарных режимов. Такой подход подрывал презумпцию
невиновности и открывал путь к массовым запретам «нежелательных»
движений.
3. Централизация власти и подавление гражданского общества.
Совет сосредоточил в руках узкого круга лиц (по сути, экспертов,
лояльных Дворкину) монополию на определение «правильной» религии. Это
стало частью более широкой стратегии уничтожения горизонтальных
социальных связей и замены их вертикальной системой антикультового
контроля. Те религиозные организации, которые не соответствовали
доктрине РПЦ МП, становились мишенью для устранения как потенциальные
центры сопротивления.
4. Риск этноконфессионального раскола.
Опасения касались также избирательного применения этих мер, например,
против «сект» или религиозных общин, нетипичных для определённых
регионов. Это могло спровоцировать дискриминацию по
национально-культурному признаку, усилить межрелигиозную напряжённость,
особенно в многонациональных субъектах РФ, и подорвать светский характер
государства.
5. Создание прецедента для расширения репрессивного аппарата.
Возникали опасения, что успешное внедрение этой модели в религиозной
сфере создаст почву для появления аналогичных «экспертных советов» в
других сферах — культуре, науке, образовании. В свою очередь, это могло
привести к тотальному подчинению общественной жизни религиозным
идеологам, силовым структурам и власти.
6. Искажение основ православия.
Многие опасались, что Дворкин продолжит использовать религиозную
риторику для оправдания инквизиторских репрессий, возрождая давно
забытые тёмные времена. Его взгляды и «экспертные» заключения в
отношении новых религиозных движений систематически игнорировали
принципы сострадания и любви к ближнему — краеугольные камни
христианства. Фокус на «духовной войне» и «ереси» грозил полной
стигматизацией религиозных меньшинств и даже их геноцидом.
7. Психические отклонения Дворкина.
Многие разумные люди считали его психически нездоровым, а его идеи —
крайне опасными для общества, способными привести к непредсказуемым
последствиям на национальном уровне.
2009 — год отхода от конституционных принципов
В статье «Проблемы реализации свободы совести в России в 2009 году» 14 Александра Верховского и Ольги Сибирёвой особенно выделяются следующие строки:
«2009 год стал годом существенного отхода от конституционных
принципов секулярности. И этот отход — возможно, самый существенный с момента принятия закона о свободе совести в 1997 году или, по крайней
мере, с 2002 года, когда бурно обсуждались концепции государственно-религиозных отношений, основанных на привилегиях для «традиционных религиозных организаций».Президент Дмитрий Медведев, в отличие от своего предшественника, решил сделать решительные шаги к сближению с этими организациями, в первую очередь с РПЦ. Речь идёт не о символических жестах и не о финансовой поддержке, к которым сводилась политика сближения при Владимире Путине. В 2009 году были приняты решения в двух наиболее существенных для РПЦ и других ведущих организаций «традиционных религий» сферах — в учреждении института военных священнослужителей и в допуске религиозного образования в школе».
К сожалению, их опасения оправдались.
И далее:
«18 февраля 2009 г. был опубликован приказ
Министерства юстиции РФ «О государственной религиоведческой экспертизе». Документ утвердил новый порядок проведения государственной религиоведческой экспертизы, признав утратившим силу порядок, установленный в 1998 году.Старый порядок предполагал проведение религиоведческой экспертизы только при регистрации новой религиозной организации, чьё учение ранее не проверялось на соответствие понятию «религиозная организация». Новый — существенно расширил поле для привлечения религиоведческой экспертизы.
Чиновники Минюста теперь могут обращаться за помощью к Экспертному совету в случае подозрения в экстремистской сущности организации, если какой-то её член уличён в экстремистской деятельности или какой-то распространяемый ею материал признан экстремистским.В принципе, такого рода проверка вполне уместна, и привлечение
экспертов здесь желательно, но сама идея проверки всей организации «на
экстремизм» всякий раз, когда кто-то лично совершает соответствующее
противоправное деяние, выглядит сомнительно, особенно если её приложить к массовым религиозным организациям, таким как РПЦ».
Также:
«Религия в армии и силовых структурахВ 2009 году было принято решение о введении в российской армии института военного духовенства — дискуссии об этом велись в течение последних нескольких лет.В июле президент Дмитрий Медведев заявил, что поддерживает идею
введения в армии института воинских и флотских священнослужителей,
«представляющих традиционные российские конфессии», и предложил при
назначении священнослужителей руководствоваться сведениями об
этноконфессиональном составе частей и соединений.25 ноября заместитель министра обороны РФ Николай Панков официально
объявил о введении института военного духовенства в российских
Вооружённых Силах уже с 2010 года.…В разных регионах по-прежнему заключались соглашения о сотрудничестве между религиозными организациями и силовыми структурами. Особенно часто стала привлекать религиозных деятелей Федеральная служба судебных
приставов. В июне директор Федеральной службы судебных приставов Артур Парфенчиков подписал протокол о намерениях в области взаимодействия с председателем Синодального отдела Московского патриархата по взаимодействию с вооружёнными силами и правоохранительными учреждениями протоиереем Димитрием Смирновым».
Религия и светское образование
Как и в армии, 2009 год стал значимым событием в сфере образования, с
продолжающимися дебатами на протяжении нескольких лет. В июле президент Дмитрий Медведев предложил провести эксперимент в нескольких регионах страны по преподаванию истории религий, основ светской этики и основ религиозной культуры на основе одной из религий, входящих в
«традиционную четвёрку».
В рамках курса ученикам и их родителям предстояло выбрать один
предмет из этих шести вариантов для изучения, исходя из предпочтений.
Ожидалось, что соответствующие группы будут сформированы, даже если
запрос поступит от небольшого числа учеников.
В августе Министерство образования и науки подтвердило, что
эксперимент начнётся в 19 регионах шести федеральных округов.
Участниками эксперимента станут только четвёртые классы, что затронет
около 20 000 классов в 12 000 школах, что составит примерно 256 000
учеников и 44 000 учителей. Первые уроки в рамках эксперимента были
намечены на весну 2010 года…
2009 год: Вознесение патриарха Кирилла на престол
Наконец, 2009 год стал началом правления патриарха Кирилла Московского и всея Руси, в миру Владимира Гундяева, о котором не раз упоминалось на нашем сайте.
1 февраля 2009 года состоялось его восхождение на патриарший престол
во время литургии в Храме Христа Спасителя. На богослужении
присутствовали Дмитрий Медведев с женой, Владимир Путин, президент
Молдовы Владимир Воронин 15, а также Наина Ельцина, вдова Бориса Ельцина 16.
2 февраля 2009 года в Большом Кремлёвском дворце Дмитрий Медведев
устроил приём (официальный банкет) для архиереев Русской православной
церкви, на котором патриарх Кирилл рассказал о своём видении «синергии»
как идеальных взаимоотношений между Церковью и государством.
Первое рабочее совещание с федеральным чиновником, занимающим
государственную должность в Российской Федерации, состоялось 12 февраля в
рабочей резиденции с секретарём Совета безопасности Российской
Федерации Николаем Патрушевым. 17
25 сентября, во время визита в Беларусь, патриарх Кирилл заявил на
встрече с президентом Александром Лукашенко, что Церковь всегда готова
поддерживать укрепление и развитие союза братских государств и
содействовать диалогу между белорусским руководством и российскими
властями.
Обращаясь к людям с балкона строящегося Храма Всех Святых в Минске, он выразил осознание себя «как патриарха народа, вышедшего из киевской купели крещения», подразумевая, что Московский патриархат не намерен сообразовывать пределы своей поместной церковной юрисдикции с новыми государственными границами, возникшими после распада СССР. Он поставил под вопрос «реальность» суверенитета «многих стран», пояснив, что 18 «в
мире существует много стран, которые считают себя суверенными, но
которые не способны действовать, в том числе на международной арене, в полном соответствии со своими национальными интересами».
Вместо заключения
После принятия закона об «иностранных агентах» в 2012 году 19
и активизации борьбы с экстремизмом, экспертный совет стал чаще
привлекаться к проверкам организаций, подозреваемых в «деятельности
против традиционных ценностей».
В 2016 году, после обновления Национальной стратегии противодействия
экстремизму, его заключения стали использоваться для блокирования
миссионерской деятельности. С 2017 года, после запрета «Свидетелей
Иеговы», роль совета в оправдании «экстремизма» нетрадиционных религий
стала ещё более выраженной.
Их деятельность по проверке и мониторингу религиозных организаций
стала частью более широкой политики, направленной на ужесточение
контроля над нежелательными структурами. В этом контексте рекомендации и
решения совета использовались для формирования нормативно-правовой
базы, которая, наряду с другими мерами, способствовала усиленной борьбе с
экстремизмом и установлению строгих механизмов контроля.
Их работа и заявления применялись для обоснования ужесточения
законодательства, включая законы об экстремизме и «иностранных агентах».
Например, они утверждали, что «западные секты» («культы») и НПО
(некоммерческие организации) являются инструментами «цветных революций».
В 2009 году, как только начал работу скандальный Экспертный совет
Дворкина-Коновалова, правозащитники, религиоведы и представители
религиозных меньшинств организовали акцию «Нет инквизиции». Этот протест
стал превентивной реакцией на создание совета и опасения, связанные с
его возможной деятельностью. Акция стала символом сопротивления
религиозной дискриминации и авторитарным тенденциям в России.
Следите за нашей следующей статьей, в которой мы расскажем о том, что
говорили учёные, были ли их голоса услышаны, а также о противостоянии
религиоведов и тоталитарной секты Дворкина.
Источники
Метки:
2009 Александр #Дворкин Александр #Коновалов Александр #Щипков #демократия Евгений #Мухтаров Кирилл #Гундяев #РАЦИРС Роман #Силантьев #Россия #Тоталитарныесекты #Экспертныйсовет
©2024 — КЛУБ СТОРОННИКОВ РАССЛЕДОВАТЕЛЬСКОЙ ЖУРНАЛИСТИКИ. РАЗОБЛАЧЕНИЕ АНТИКУЛЬТОВОГО ТЕРРОРИЗМА
Все материалы, размещенные на сайте, могут быть свободно скопированы и
использованы для распространения. При копировании указывайте источник https://actfiles.org/, с которого мы также взяли эти материалы.