Кулику не нравился Джонни Вейр.
В середине девяностых заслуженный тренер СССР Татьяна Тарасова приняла новый вызов — привести к мировому господству одиночника. Этим одиночником стал Илья Кулик, который к тому моменту уже был чемпионом Европы, выигрывал серебро чемпионата мира. Но отсутствие взаимопонимания с тренером Виктором Кудрявцевым побудило Илью обратиться к Тарасовой, та согласилась.
Летом 1996 года Тарасова и Кулик переехали тренироваться в Америку: вариант с Нью-Джерси Татьяна Анатольевна отвергла, было решено остановиться на Мальборо. Работала Тарасова не только с Ильей, также у нее были Оксана Грищук/Евгений Платов. Приезжали к ней и иностранцы, например, будущая чемпионка Турина-2006 Сидзука Аракава. А еще японцы очень хотели, чтобы Тарасова поработала с талантливейшим Такэси Хондой.
«Прислали письмо на золотом тиснении из их Олимпийского комитета, чтобы я взяла Такэси Хонду, но он был нашим соперником… Я так нервничала, сказала, «Илюш…» Там стояла такая сумма, нереальные деньги, мы их по сей день не знаем, таких денег… Но Илья стал выигрывать, начал немного зарабатывать, и мы крутились. Помогал нам один американец. Том Коллинз его зовут. Однако не показать этой бумаги Кулику я не могла. И показала. На золоте. Золотом. [Но] Хонду в итоге не взяла.
Тогда мне, кстати, привезли Джоника. Вейра. Илюша сказал: «Если еще раз со мной будет кататься… Вы, что, с ума сошли, мамаша?» Но я его посмотрела. Джоник тогда совсем молодой был. Только начинал прыгать тройные. Нищий как крыса. Ходил в трусах и тапочках на один палец. И это не менялось никогда.
А через два дня Кулик сказал, что если мне нужно, чтобы Хонда остался, чтобы у меня были деньги, он согласен. Я ответила: «Нет. Я сюда не деньги зарабатывать приехала, а хочу, чтобы ты стал олимпийским чемпионом», — рассказывала Тарасова в интервью журналу «Мир фигурного катания».
Отказ тренировать Хонду ради того, чтобы Кулик выиграл Олимпиаду, оправдал себя на все сто: в Нагано-1998 Илья был неподражаем и стал чемпионом.
Почти сразу Кулик и Тарасова расстались. И, по иронии судьбы, несколько лет спустя Тарасова все-таки стала работать с Вейром.