Видели картинку в интернете с фразой «где то внутри ломается что - то важнее костей»?
Март был тяжёлым. Он оставил меня вот с такими внутренними переломами. Без гипса. Без перевязки. Без возможности показать, где болит. Потому что болело везде.
Это не одно событие, не конкретный удар. Просто весь месяц был таким. Как будто внутри обрушилось что то важное и осело тяжёлой пылью.
И вот в этом состоянии я оказалась среди руин.
Не специально. Просто так вышло.
Старая усадьба. Обвалившаяся крыша. Стены, внутри которых сквозит небо и растут деревья. Обугленные балки. Ржавое железо. Тишина.
Я стояла посреди этого мёртвого разрушенного, забытого и заброшенного места, смотрела на ржавчину, на облупившуюся штукатурку, на мох, который пробивался сквозь трещины — и чувствовала, как боль отступает.
Чуть-чуть. Не сразу. Не вся.
Но впервые за этот месяц стало легче.
И я вдруг подумала, что руины — это шрамы, которыми место помнит боль. Но самое главное, шрам — это всегда доказательство того, что зажило. Рана затянулась. Это не прошло бесследно, но это прошло.
Руины - это не мёртвое, это гимн жизни.
Они про то, как можно оставаться. Даже когда всё рухнуло. Они не делают вид, что у них всё хорошо. Они стоят. Молча, упрямо, назло. И в этом есть какая-то огромная сила.
И хотя одни люди их оставили и забыли, к ним идут другие. Всегда идут. Фотографируют. Смотрят. Молчат. Что то чувствуют внутри. Замирают. Потому что есть в руинах красота. Другая, неидеальная, странная. Но настоящая. Да, не для всех, только для «своих».
А природа вообще ведёт себя с ними как с родными. Железо покрывается ржавчиной и становится цвета земли и коры.
Торчащие из воды балки зацветают водорослями. Камни и деревья обрастают мхом.
Природа не отторгает руины. Она принимает их. И вписывает в пейзаж.
Как будто говорит: ты всё равно часть этого мира. Даже таким. А природа — это и есть сама жизнь. И это работает как терапия.
А ещё руины дают пространство для тишины. Для паузы, в которой можно услышать себя.
Они напоминают, что никто не обязан быть восстановлен до «как было», показывают, что ценность не в целостности. Можно быть другим. Перестроенным. Обгоревшим. Пережившим.
И это так честно!
Я смотрю на руины — и учусь у них.
Не идеализировать прошлое.
Не пытаться вернуть «как было».
Не стыдиться своей неидеальности.
А быть. Вот так.
Уже без ненависти к себе за то, что где то не смогла, не справилась.
Это и есть жизнь.
Мне помогло.
И я хочу, чтобы кто-нибудь, кому сейчас тоже больно, знал: даже если внутри — руины. Они могут стать местом силы. Потому что просто остаться и быть — это уже подвиг.
И это может стать началом.
P.S. На всех фото усадьба Чернышовых. Волоколамский район, село Ярополец