Юность, опаленная войной
Представьте себе: вам нет и семнадцати, а вы уже на фронте. Именно так началась военная карьера Владимира Кончица в далеком 1941 году. Но это было только начало. Впереди его ждала служба "небожителем" в аэростате наблюдения, где он полностью поседел, не дожив до двадцати лет. После войны молодой офицер продолжил семейную традицию и дослужился до генеральских погон, как и его отец. История Владимира Николаевича Кончица — это не просто карьерный рост по блату, а настоящий путь с
Военное наследие семьи
Знаете, в нашей истории есть немало примеров, когда профессия становится делом всей семьи. Кончицы — яркий тому пример. Еще до революции дед Владимира, Иван Кончиц, был статским советником — по табели о рангах это приравнивалось к генерал-майору. Отец, Николай Иванович, окончил юнкерское училище и в Первую мировую командовал батальоном в чине поручика.
Вернувшись домой, Николай Иванович сделал важный выбор — поддержал молодую Советскую республику и вступил в РККА. Участвовал в Гражданской войне, боролся с басмачами в Туркестане, был военным советником в Китае вместе с легендарным Блюхером. В 30-е годы попал под репрессии, но выжил и с первых дней Великой Отечественной оказался на фронте.
О его боевых заслугах писал Константин Симонов в книге "Разные дни войны", описывая тяжелейшие бои под Ельней летом 1941-го. Отец Владимира принимал участие в обороне Москвы, освобождал Белоруссию и Польшу, а Победу встретил в Берлине заместителем командира стрелкового корпуса.
Начало боевого пути
Владимир Кончиц родился в Москве 11 января 1925 года. Мой дед, служивший с ним позже, рассказывал, что еще мальчишкой Владимир грезил о военной карьере, как отец. Окончив семилетку, он поступил во 2-ю специальную артиллерийскую школу. Будучи курсантом, в декабре 1941-го участвовал в обороне столицы.
Воевал на пяти фронтах: Волховском, 1-м, 2-м, 3-м Прибалтийских и Ленинградском. Участвовал в битве за Ленинград. Но самым опасным испытанием стал 1943 год, когда его зачислили в 3-й отдельный воздухоплавательный дивизион аэростатов артиллерийского наблюдения.
"Небожители" блокадного Ленинграда
Это подразделение появилось в самый тяжелый период блокады. Когда фашисты заняли все высоты вокруг Ленинграда, нашим артиллеристам понадобились глаза в небе. В корзины аэростатов посадили молодых офицеров с острым зрением. Они стали настоящими дирижерами войны, указывая артиллеристам цели и наводя огонь.
На фронте их прозвали "смертниками" — и не зря. Представьте: вы висите в плетеной корзине под огромным воздушным шаром, наполненным водородом, который вспыхивает от любой искры. Вокруг свистят пули и снаряды, а под вами — полтора километра до земли. Да, у каждого был парашют, но воспользоваться им удавалось немногим.
За это их и называли с уважением "небожителями" — век короток, а без них как без рук. Из 270 человек этого дивизиона войну пережили только пятеро. Владимир Николаевич
Пятьдесят раз горел, но выжил
"Пятьдесят раз горел. Седой был в восемнадцать лет. Ранили несколько раз в корзине", — скупо рассказывал Кончиц о своей службе. Он не любил вспоминать о войне, не считал себя героем — просто служба
Но разве это не подвиг? Однажды осколком перебило трос, соединяющий аэростат с землей. Кончица унесло на высоту около четырех километров. Прыгать нельзя — аэростат унесет к немцам, а ткань секретная. Дышать уже трудно,
"То, что случилось потом, и сейчас не могу осмыслить, — вспоминал он. — Корзина подвешена к аэростату на восьмиметровых тросах. Полез по одному из них к шару. В унтах... И ведь добрался!
С земли следили за ним. Когда приземлился, командующий артиллерией фронта тут же представил к награде. Но сам Кончиц уже на следующий день забыл о пережитом —
Послевоенная карьера
В начале 1944 года Владимир Кончиц был назначен начальником лётно-подъёмной части того же дивизиона, а в августе стал помощником начальника штаба артиллерии по разведке 100-го стрелкового корпуса 22-й армии. Победу встрети
После войны продолжил службу, окончил Военную академию имени Фрунзе и Военную академию Генштаба. Командовал полком, дивизией. В начале 70-х стал командующим 5-й общевойсковой армией на Дальнем Востоке, получил звание генерал-лейтенанта. Затем был начальником штаба Белорусского военного округа, а с ноября 1977 года возглавил войска Приволжского округа. В 1978-м ему
На Острове Свободы
За аналитические способности, компетентность в военном деле и принципиальность Владимира Николаевича ценили и в верхах. В 1981 году ему доверили ответственную миссию — он стал главным военным советником Министерства Революционных
Здесь Кончиц тесно работал с Раулем Кастро, который возглавлял это ведомство с 1959 года. Был в хороших отношениях с Фиделем. Неоднократно выезжал в Никарагуа, помогая Сандинистской
Мой коллега, военный переводчик, работавший на Кубе в те годы, рассказывал, что Кончица там уважали за прямоту и профессионализм. Кубинцы высоко оценили его вклад, наградив орденом Че Гевары I степени в золоте за №1
Последние годы службы
После командировки на Кубу генерал Кончиц в 1985 году возглавил Военную академию имени Фрунзе. Делился опытом, читал лекции в военных учебных заведениях Восточной Европы, а также Франции.
С распадом СССР закончилась и его военная карьера — в 1991 году он был отправлен в отставку. Не секрет, что многие военные болезненно переживали развал страны, которой служили всю жизнь. Владимир Николаевич не был исключением, хотя публичн
Наследие военной династии
Скончался генерал-полковник Кончиц 12 ноября 2001 года и был похоронен на Ваганьковском кладбище Москвы. Его жизненный путь — от юного лейтенанта до генерал-полковника, от воздушного наблюдателя до советника Кастро — это целая эпоха
Знаете, что особенно поражает в судьбе таких людей, как Владимир Кончиц? Они не просто выжили в страшные годы войны — они смогли сохранить достоинство и преданность долгу на протяжении всей жизни. Несмотря на репрессии, от которых пострадала его семья, несмотря на 50 воздушных пожаров и седину в 18 лет, он продолжал служить своей стране до самого конца.
В наше время, когда ценности меняются так быстро, стоит помнить о таких людях. Они — живое напоминание о том, что значит настоящая преданность делу и Отечеству. Для них это была не просто карьера, а призвание, передающееся из поколения в поколение.