Намереваясь рассказать советским зрителям о жизни Петра Ильича Чайковского и «подарить» великому актеру Иннокентию Смоктуновскому замечательную роль, режиссер Игорь Таланкин и писатель Юрий Нагибин затеяли свою грандиозную постановку.
В фильме всего чересчур: музыки и березовых рощ, грима и воды - как речной, так и той, что льют, когда заседают, то бишь когда нечего сказать. Несчастье Нагибина и Таланкина, правда, не в том, что им было нечего сказать, а в том, что им было нельзя говорить. Потому в фильме еще и чересчур много умолчаний.
Хотя на самом-то деле умолчание всего лишь одно, но существеннейшее - великий русский композитор, национальный гений и мировое культурное достояние, Петр Ильич Чайковский был, как теперь это принято называть, человеком нетрадиционной ориентации, отчего полжизни страдал, а потом, как мы знаем из других источников, ничего, привык, и, пользуясь любовью публики и благосклонностью государя, регулярно приводил в свою петербургскую квартиру (где обитал вместе с братом Модестом, самозваным редактором Пушкина, перекладывателем «Евгения Онегина» и «Пиковой дамы» из оригиналов в оперные либретто) покладистых околомузыкальных юношей. Стыдливая и жестокая советская идеология, естественно, такую правду о нашем (воспользуемся определением Пушкина, сформулированным Аполлоном Григорьевым) музыкальном «всё» допустить до масс не могла, потому и пришлось сценаристам использовать разные экивоки да умолчания, чтобы как-то объяснить выглядящее как минимум странным поведение великого композитора.
Так, например, крупнейший музыкант той эпохи, Николай Рубинштейн (отлично сыгранный Владиславом Стржельчиком), в фильме оказывается кем-то вроде не только ближайшего друга, а отчасти соперника, но и интимного советчика непутевого гения, как бы старшим братом его, тогда как настоящего брата у Петра Ильича, судя по фильму опять-таки, в природе не было.
Так, слуга Алеша (в блистательном исполнении молодого еще тогда Евгения Леонова) выглядит одновременно и этаким пушкинским дядькой Никитой, и чуть ли не тайным другом барина.
Так, сам Чайковский то напивается, то топится непонятно отчего - ну, видимо, чувствительной души человек был, к тому же гений, - а к гению могут ли быть претензии, как к рядовому гражданину?..
Но это все цветочки. Ягодки картины - неудачная женитьба Петра Ильича на дурочке и его отношения с влюбленной в композитора меценаткой Надеждой фон Мекк. На самом деле идиотски хихикающая жена музыканта вряд ли была дурочкой, скорее недалекой мещанкой. Но и недалекая мещанка будет же или плакать или смеяться, сразу после венчания узнав о своем благоверном малоприятные любой женщине подробности.
Ну а уж влюбленная меценатка - это вообще песня! Антонина Шуранова играет любовь стареющей аристократки изумительно, настолько достоверно, что порой как бы перетягивает на себя одеяло, заранее отданное Смоктуновскому, выводя свою героиню из второстепенной в главную. Бедный Чайковский, а с ним и Смоктуновский кадр за кадром, эпизод за эпизодом проигрывают ей в глазах зрителей и, главное, зрительниц. А зрительницы 70-х годов были, помнится, в восторге и от актрисы, и от образа. И жутко недоумевали: чего же ж это Петр Ильич-то так подкачал. Меж тем он, вероятно, просто помнил народную мудрость: обжегшись на молоке, не следует дуть на воду.
Смоктуновскому (в утешение?) дали за роль приз на МКФ в Сан-Себастьяне. Я бы дал приз гримеру за идеальное сходство Смоктуновского, Стржельчика и Бруно Фрейндлиха соответственно с Чайковским, Н. Рубинштейном и Тургеневым. Я бы дал призы Шурановой и Леонову...
Ни Таланкин, ни Нагибин призов не получили, хотя и вытащили изначально провальную, потому что неправдивую историю на уровень добротного кино. За счет бессмертной музыки, великих актеров и замечательной камеры.
Через полтора десятка лет Милош Форман своим «Амадеусом» показал, как надо делать музыкально-биографическую драму, тоже ведь в основе своей далековатую от реальности, хоть вдохновил драматурга Шиффера, чья пьеса взята за основу сценария «Амадеуса», сам Александр Сергеевич Пушкин.
Ну, а «Чайковский» - что ж, от композитора не убыло, искусству не прибыло... Вполне достойное подтверждение справедливости требования «жить не по лжи».
© Виктор Распопин
Иллюстративный материал из общедоступных сетевых ресурсов,
не содержащих указаний на ограничение для их заимствования.