Я чувствую их. Я чувствую как они ползут по мне. Как каждый из них впивается в меня своими цепкими лапами, перемещаясь по телу. Они приходят каждую ночь. Едва ли мне стоит начать засыпать, как я чувствую на себе еле различимое касание лапок. Они ползут по моим ногам. По животу. Самое страшное, что они добрались и до лица. Они карабкаются по щекам, топчутся по коже закрытых век. Я чувствую их свербящее присутствие на моей шее, и глубоко внутри носоглотки. Я не задохнусь? Не случится ли так, что я подавлюсь одним из них во сне? Не забьют ли они своими телами мои дыхательных проходы? Пока я задаюсь такими вопросами, мне приходится лезть пальцами в уши, пытаясь выскрести незваных гостей. Каждая ночь превращается в игру в салки, где я раз за разом пытаюсь поймать это невидимое нечто. Муравьи? Тараканы? Блохи? Кто из этих невыносимых инсектов залез в мою постель? Когда же я узнаю ответ?
Не помогает найти их и комнатный свет. Лампочки, что стабильно выдают по семьсот люменов, не помогают найти мне ничего. Пустая постель, смятые простыни, лёгкое одеяло и белая подушка. Но стоит мне лечь, стоит мне только закрыть глаза, как они возвращаются. Я пытался прижать их ладонью, чтобы следом при свете не найти ни черта. Существуют ли они, или это лишь плод моей фантазии? Каждую ночь я трачу по несколько часов на борьбу с невидимым противником, которого возможно и нет. Я засыпаю уставшим, а просыпаюсь невыспавшимся, кажется я начинаю чувствовать их на себе даже днём. Мурашки по телу, которые не перестают блуждать. Как будто они стараются довести меня, свести с ума. Скажу честно, у них неплохо получается. С каждым днём желания ложиться становится всё меньше. Зачем? Я не хочу чтобы они вернулись. Я сижу перед сном на диване в гостиной комнате, бессвязно щёлкая передачи. Давай поженимся, новости, кино? Не важно, лишь бы не уснуть. Но даже так глаза начинают слипаться, голова тяжелеет, а сознание путается. Возможно, это накатывает дрёма, а возможно я задыхаюсь от паров раптора. Что вполне допустимо. Я купил его несколько дней назад. Я хочу избавиться от насекомых, которых я пока даже не видел. Я взял сразу от всех: от муравьев, пауков, клопов, тараканов, не исключил даже мушек с молью. Я избавлюсь от них, любой ценой. Сначала я выставлял Раптор на три часа потом шесть, потом восемь. Не помогает, ночи так и остаются бессонными, наполненными бесполезной возней. Нос свербит, я хочу чихнуть, опять я чувствую как что-то скребётся внутри.
Раптор теперь лежит на столе круглосуточно, каждый день я вдыхаю его пары, коллеги говорят, что я пропитался его запахом. Но. Это. НЕ. ПОМОГАЕТ!
Сон начинает всё чаще ускользать из моих рук, я чувствую, что совсем скоро он скажет мне «до свидания».
Я купил спрей от комаров, я теперь каждый день укутываю себя в несколько слоёв этого аэрозоля, практически новый парфюм, только от насекомых, то, что мне надо.
А что если муравьев нет? Что если я придумал всех этих букашек таракашек? Именно это мне пытаются донести друзья и родные, они не верят, что они есть. Я и сам уже перестал в это верить. Что если они у меня в голове?
Врач психиатр любезно выслушала меня. Сказала, что это лечится, что это всего лишь ОКР. Я на это надеюсь. Я купил препараты. Они мне помогут. Со мною работает психолог: «доверьтесь мне, мы избавимся от этой проблемы». Я верю. Я пью таблетки, но, как и прежде, они ползут по мне. Я чувствую их каждую ночь.
«У препаратов накопительный эффект, вам скоро станет легче.»
Хотелось бы, но уже прошла неделя, таблетки не помогают. Я снова стал опрыскивать себя спреем от насекомых, я снова достал Раптор. По крайней мере после его паров моё сознание затухало быстрее.
Меня положили в больницу. Мне не разрешили взять с собой Раптор, телефон тоже отобрали. Говорят, что он мне здесь не нужен. Не важно. Важнее будет другое, смогу ли я здесь спокойно уснуть.
НЕТ! ОНИ ПО-ПРЕЖНЕМУ ПОЛЗУТ ПО МНЕ, Я ЧУВСТВУЮ ИХ КАЖДОЙ КЛЕТКОЙ СВОЕГО ТЕЛА.
Медсёстры утверждают, что ничего нет, врачи утверждают, что ничего нет. Но я их чувствую, я чувствую как по мне ползают тысячи тварей. Мне нужен мой Раптор!
Таблетки. Они. Увеличили. Дозу. Я. Не. Ощущаю. Себя. Но. Ползут. Они. Ползут.
Я пролежал здесь три месяца. Я привык к отсутствию сна. Я привык к дозировкам. Я привык к постоянным вальсам, что кружат невидимые муравьи на моей коже. Но мне всё равно. Мне нужно выйти. Я вру врачам на обходах. Я спрашиваю, когда меня наконец выпустят. Я жду, когда я выйду отсюда. Мне говорят, что совсем скоро.
Тесты показали, что моё состояние выправилось. Врут. Последние несколько недель я живу в притворстве. Надеясь, что они скорее меня отпустят. И это случилось. Я иду домой. Скоро всё изменится.
Утро, я снова не выспался, тело, пропитанное спреем от насекомых, тихонько качает от недосыпа. Сегодня я себя побалую. Рука открывает кухонный шкафчик. Там у меня лежит сахар, на столе меня ждёт кружка предварительно залитая доверху кипятком, в ней плавает чайный пакетик, постепенно окрашивая воду в бурый цвет. Пока правая рука ссыпа́ла туда сахар ложку за ложкой, левая активно терла глаза, устраняя последние остатки сна. Я бы предпочел кофе. Всё же у него неоспоримое превосходство, когда дело касается утренней бодрости. Но врачи сказали, что кофе не гармонирует с таблетками , поэтому я давно поставил крест на таком, казалось бы, безобидном питие. Ну что ж, придется довольствоваться тем что есть. Хотя. Плевать. Не ощущая больше никаких сомнений, я, резким взмахом руки, выливаю чай в раковину. Попутно достав стеклянную банку с кофе. Оторвусь в последний раз. Время за его заваркой проходит быстро. Я же, не теряя его, шинкую бутерброды. Готово. Не глядя я поднес к губам мою любимую кружку - сосуд из керамики с нарисованным котиком и надписью «всё не так плохо», дааааа, всё будет хуже, гораздо хуже. Кружка медленно опускается, и взгляд наконец падает на её содержимое. Черный кофе с молоком. Мой любимый. Рука аккуратно подбирает наспех собранный бутерброд с колбасой. Давно я это не ел. В больнице такое не выдают. Завтрак прошел бы приятно, даже для моего затуманенного сознания. Но я чувствую как по мне продолжают ползать. Скоро это прекратится.
Завтрак закончился. Я пошел в гостиную. Там меня ждут мои приготовления. Стул и канистра с бензином. Я уверен, что я смогу их выжечь огнем. Я сажусь на стул. Даже отсюда я чувствую пары из канистры. Я беру её в руки. Тяжёлая - литра четыре. Руки поднимают её над собою. Ещё одно движение и бензин, булькая, начинает стекать по рукам. Ещё минута и я весь в нём. Запах бензола распространяется по квартире. Я сижу на стуле слегка покачиваясь. Я достану этих муравьев. Наконец-то они пропадут. Исчезнут! В руках появляется зажигалка. Щелчок. Пламя, изначально размером с ноготок, мгновенно вспыхнуло, языки огня, разгораясь, закружились в фееричном танце. Дым исходивший из пламени, решил показать себя, окружая меня в сером мареве. Боль. Я чувствую боль! Ничего, стерпится! Стиснув зубы, я начинаю хрипеть от неё. Каждая следующая секунда для меня служит гарантом, что муравьи уйдут. Ожоги покрывают всё тело, кожа лопается, я чувствую как нервы отказываются функционировать один за другим. Дым заполняет лёгкие, я не могу дышать. Кха. С каждым следующим вдохом я чувствую, как их распарывает словно лезвием ножа. Постепенно приходит равнодушие. Тело дёргается в спазмах. Неважно. Я избавился от муравьев.