Тревожность
Автор: Михайлов Кирилл Денисович
Опубликовано: 04 апреля 2025
ООН провозгласила 5 апреля Международным днем нравственности. Сутью глобального проекта для каждого государства мира является тщательное выполнение Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН № A/RES/73/329 от 25 июля 2019 года по формированию культуры мира в духе любви и нравственности.
Международный день нравственности (International Day of Conscience, возможный вариант перевода — Международный день совести) отмечается в системе международных и всемирных дней ООН 5 апреля. Он был учрежден Генеральной Ассамблеей ООН в 2019 году.
Нравственность — это особый настрой мышления и поведения социального субъекта, позволяющий не наносить вред (создавать угрозы) себе, окружающим, среде обитания, гармония духовных и материальных устремлений и действий, баланс прав и обязанностей социальных субъектов (всеобщая нравственность обеспечивает безопасное питание, размножение и только духовное доминирование социального субъекта).
Нравственный (этический) принцип – это способ поведения людей, обеспечивающий развитие человечества, основанный на учете и оценке каждым социальным субъектом вреда (угрозы), наносимого той или иной деятельностью (бездеятельностью) других социальных субъектов в процессе общения (дискурсивных практик).
Не причинение вреда себе и другим людям, среде обитания - краеугольный камень общества, где отношения между людьми построены на основе нравственных отношений. Построение такого общества — одна из главных целей Организации Объединенных Наций. Только нравственные отношения людей гарантируют каждому сохранность психического здоровья.
ООН стремится к созданию мира, в котором будущие поколения не будут знать летальных войн и бедности благодаря нравственным отношениям между странами и народами.
Чтобы всему человечеству указать нравственный путь, Генеральная Ассамблея ООН провозгласила 5 апреля Международным днем нравственности. Главная его задача — каждый человек на планете земля должен быть с раннего детства знаком с правилом III-C: не вредить себе (C1), соседям (C2), среде обитания (C3) ни мыслью (М), ни словом (С), ни делом (Д); созидать для себя, соседей, среды обитания мыслью, словом и делом. Тогда сократятся летальные войны, будет обеспечена сохранность психического здоровья.
Международный день нравственности тесно связан с глобальным экологическим принципом (ГЭП), глобальным экологическим нравственным принципом, нравственным правилом III-C, экосоциальными технологиями.
Нравственный путь, о котором ежегодно напоминает человечеству Международный день нравственности 5 апреля, и есть путь построения будущей цивилизации.
Государство и общество призваны помочь человеку стать нравственным. Каждый человек, идя по пути достижения нравственности, вносит свой вклад в построение этой цивилизации, укрепляет своё здоровье.
Путь нравственности для конкретного человека и для общества в целом интересен и неисчерпаем, как и сама жизнь. Мы – только в начале пути в будущее. Однако, старательно исполняя Резолюцию A/RES/73/329 Генеральной Ассамблеи ООН от 25 июня 2019 года, используя дискурсивную этику и экосоциальные технологии, будет сформирована культура мира.
В основе экологической дискурсивной этики (ЭДЭ) лежит глобальный экологический принцип (ГЭП) - это способ поведения людей, обеспечивающий выживание человечества, основанный на ненанесении человеком вреда себе, окружающим и среде обитания.
Вред – ощущаемое (подлинно переживаемое) субъектом нарушение его жизненного процесса (существования).
Из глобального экологического принципа проистекает глобальный этический нравственный принцип (ГЭНП) – человеку нужно вести себя так, чтобы не наносить вреда себе, окружающим и среде обитания.
Мы исходим из того, что каждый человек внутренне совершенен, не хочет вредить себе, окружающим, среде обитания. Он хочет соблюдать нравственное правило поведения или правило III-С: не вредить себе (C1), соседям (C2), среде обитания (C3) ни мыслью (М), ни словом (С), ни делом (Д); созидать для себя, соседей, среды обитания мыслью, словом и делом.
С1 + С2 + С3
М + С + Д
Международный день нравственности — не единственный международный день ООН, связанный с концепцией нравственного пути человечества. Ему близки по духу и целям Международный день человеческого братства, День «Ноль дискриминации», Международный день борьбы за ликвидацию расовой дискриминации, Международный день мирного сосуществования, Всемирный день культурного разнообразия во имя диалога и развития, Международный день мира, Международный день ненасилия, Международный день, посвященный терпимости, Международный день солидарности людей и др.
План мероприятий по реализации Резолюции ООН A/RES/73/329 "Формирование культуры мира в духе любви и нравственности" года является документом национального, направленный на формирование культуры мира на основе любви и нравственности в развернутом виде представлен в следующей публикации:
Мировая война: как спасти жизнь, деньги и власть
https://in.ast.social/menu-news/636-in005.html
Мир базируется в первую очередь на нравственном мировоззрении людей. Для того чтобы этого достичь, необходимо коренным образом изменить содержание обучения и воспитания в государствах-членах ООН. Новое образование должно коррелировать с содержанием экологической дискурсивной этики, нравственного правила III-C, носить дискурсивно-оценочных характер по форме и содержанию.
Институт психиатрии и информальной юстиции поздравляет всех с Международным днем нравственности! В качестве подарка мы представляем вашему вниманию научно-порулярную статью "Тревожность" нашего младшего научного сотрудника.
https://pik.ast.social
Санкт-Петербург, 2025.
Тревожность
Михайлов Кирилл Денисович
Младший научный сотрудник
Института психиатрии и информальной юстиции
https://pik.ast.social
Аннотация: в статье рассматривается психологический подход к оценке тревожности человека. Сформированы рекомендации по минимизации дискомфортных состояний, вызванных повышенной тревожностью человека.
Ключевые слова: тревожность.
Anxiety
Annotation: The article discusses a psychological approach to the assessment of human anxiety. Recommendations have been formed to minimize discomfort caused by increased anxiety of a person.
Keywords: anxiety.
Воображаемая вами катастрофа нереальна, она лишь плод работы тревожности. Наверно, вы без конца прокручиваете негативные мысли, и, как бы отчаянно вы ни пытались выбросить их из головы, они никуда не уходят.
Паническое расстройство или страх перед паникой возникает, когда мы боимся испытать сильную тревогу. У большинства людей, страдающих от этого типа тревоги, первая волна паники возникает словно из ниоткуда. Это их так пугает, что они замыкаются в себе и посвящают всё своё время попыткам предотвратить новую волну, сосредотачиваясь на панике и тем самым загоняя себя в порочный круг.
Навязчивые мысли - кошмарные образы
Давайте выясним природу или причину навязчивых мыслей - кошмарных образов, чтобы определить степень здравомыслия и оценить психическое состояние тревожного человека.
Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) характеризуется повторяющимися навязчивыми мыслями, образами, импульсами или идеями (обсессиями), обычно вызывающими беспокойство или страдание (дистресс), а также повторяющимися идеаторными (мыслительными) или поведенческими феноменами (компульсиями), сопровождающимися ощущением необходимости их выполнить либо в соответствии с обсессиями, либо согласно определенным правилам, которые необходимо соблюсти для достижения чувства «завершённости действия».
В международной классификации болезней 10-го пересмотра, адаптированной для практики в Российской Федерации (1995, 1999) ОКР выделены в отдельную рубрику F42 и включены в общий кластер невротических, связанных со стрессом и соматоформных расстройств (F40-F48).
Обсессивно-компульсивное расстройство (F42)
Навязчивые действия, или ритуалы, являются стереотипными манерами, которые больной повторяет вновь и вновь. Они не являются способом получить удовольствие или атрибутом выполнения полезных задач. Эти действия являются способом предотвратить возможность наступления неприятного события, которое, как опасается больной, в противном случае может произойти, нанеся вред ему или другому лицу.
Обычно такое поведение осознается больным как бессмысленное или неэффективное и делаются повторные попытки противостоять ему. Почти всегда присутствует тревожность. Если компульсивные действия подавляются, тревожность становится более выраженной.
Включены:
ананкастический невроз;
обсессивно-компульсивный невроз;
Исключена: обсессивно-компульсивная личность (расстройство) (F60.5).
F42.0 Преимущественно навязчивые мысли или размышления
F42.1 Преимущественно компульсивное действие (навязчивые ритуалы)
Большинство компульсивных действий относится к очистке от загрязнения (в основном мытье рук), повторным проверкам для получения гарантии того, что потенциально опасная ситуация не может возникнуть, или соблюдению аккуратности и опрятности. В основе такого явного поведения лежит обычно боязнь опасности, которой может подвергнуться сам пациент или которой он может подвергнуть другого, и ритуальные действия являются безрезультатной или символической попыткой предотвратить опасность.
Другие категории:
F42.2 Смешанные навязчивые мысли и действия
F42.8 Другие обсессивно-компульсивные расстройства
F42.9 Обсессивно-компульсивное расстройство неуточненное
Дефиниции некоторых симптомов и синдромов
Описаны разнообразные варианты содержания обсессий и ритуалов. Тем не менее, среди них могут быть выделены следующие категории («симптоматические дименсии»):
«Очищение» – страхи, связанные с загрязнением/заражением и ритуалы очищения;
«Симметрия» – обсессии по поводу симметрии и ритуалы повторного, «правильного» выполнения действий, раскладывания предметов в определённом порядке и счет;
«Табуированные мысли» – примеры включают агрессивные, сексуальные, богохульные обсессии и связанные с ними компульсии;
«Причинение вреда» – например, мысли или представления о причинении вреда самому себе или кому-то другому («контрастные навязчивости») и ритуалы перепроверки («повторного контроля») по этому поводу;
«Хординг» – обсессии и компульсии по поводу собирания и накопления различных предметов.
Обсессии
Обсессии – это повторяющиеся или неотвязные мысли, представления, или побуждения. Обсессии не приносят удовольствия и не воспринимаются как произвольные.
Они назойливые, нежелательные, и большинство людей страдают или испытывают тревогу от их появления. Пациенты с ОКР стараются игнорировать, избегать, подавлять навязчивости, или нейтрализовать их другими мыслями или действиями (например, выполняя ритуалы).
Компульсии
Компульсии (ритуалы) – это повторяющееся поведение или идеаторные акты, которые человек совершает из чувства необходимости в связи с содержанием обсессий или в соответствии с правилами, требующими точности исполнения, или достижения чувства «завершенности», «полноты» выполнения. Целью является уменьшение дистресса, вызванного обсессиями, или предотвращение нежелательных событий. При этом компульсии никаким реалистичным образом не связаны с этими «опасными» событиями или очевидно избыточны в сравнении с обычными действиями.
Компульсии также могут выполняться для избавления от чувства «незавершенности» — например, необходимость многократного повторения действия, пока оно не будет выполнено «абсолютно правильно».
Выполнение ритуалов не приносит удовольствия, хотя некоторые пациенты испытывают облегчение тревоги и дискомфорта.
Обсессии и компульсии могут быть различными по своей частоте и интенсивности – от 1-2 часов в день с их незначительной интенсивностью до постоянно присутствующих тягостных симптомов, значительно снижающих трудоспособность и (или) качество жизни.
В момент появления обсессивных мыслей или компульсивных действий пациент может испытывать разнообразные эмоции. Так, некоторые больные ощущают выраженную тревогу, на высоте которой могут развиваться и повторяться приступы паники (психовегетативные пароксизмы). Другие пациенты сообщают о выраженном чувстве отвращения. При совершении ритуала, многие пациенты испытывают неприятное чувство «незавершенности» или неловкости, которые не прекращаются пока действия не будут выполнены (например, определенные предметы разложены «правильным» образом).
У многих пациентов с ОКР обнаруживаются ошибочные убеждения и установки, включая следующие:
утрированное чувство собственной ответственности за предстоящие события и склонность преувеличивать негативные последствия неудач;
перфекционизм и неспособность переносить неопределенность («низкая толерантность к неопределенности»);
переоценка роли и важности идеаторных феноменов (мыслей) – например, вера в то, что наличие «плохих, запрещённых» мыслей также плохо, как и реальные действия;
убеждение в возможности и необходимости контролировать мышление.
Существует связь между ОКР и суицидальным поведением, частота возникновения суицидальных мыслей у больных ОКР на протяжении жизни значительна. У каждого второго пациента с ОКР были суицидальные попытки.
Большему риску подвержены больные с наличием коморбидной психической патологией, симптомами депрессии и тревоги, суицидальными попытками в анамнезе. Часть пациентов испытывают навязчивый страх причинить вред окружающим, но нет данных о том, что они с большей вероятностью совершат агрессивный поступок, чем лица из общей популяции.
Пациенты с ОКР по-разному оценивают степень бессмысленности и чрезмерности своих навязчивых мыслей и ритуалов. Степень критичности к симптомам зависит от индивидуальных особенностей и может меняться по мере развития заболевания. В ряде случаев при отсутствии критического отношения навязчивые мысли могут трансформироваться в бредовые – например, в случае с убеждённостью пациента в том, что его мысли смогут причинить реальный вред другому человеку.
Развитие симптомов ОКР чаще постепенное. Начинается из-за затруднений человека в адаптации к окружающей его социальной действительности. Привыкнув к заботе о себе со стороны любящих родителей, ребёнок сталкивается с другими людьми, и чувствует равнодушие к себе. Начинаются переживания безразличных отношений. Запускается ОКР. Ребёнок начинает избегать таких взрослых и места их сосредоточения. Став подростком, и чувствуя к себе безразличие со стороны других людей, призванных учить и воспитывать его (учителя, наставники, тренеры), он избегает лишних контактов с ними.
Если ребёнок сталкивается с нравственными, заинтересованными отношениями к себе в социальной среде (учебный класс, школа, секция, кружок), то ОКР не развивается.
ОКР формируется как избегающее поведение, когда больные с ОКР избегают безнравственных, лицемерных, социопатизированных людей, вещей, мест, наличие которых усиливает обсессии и компульсии.
Например, при страхе загрязнения такое поведение может распространяться на общественные места – рестораны, уборные – с целью уменьшения риска загрязнения или инфекции. Пациенты с навязчивыми мыслями агрессивного содержания могут ограничивать социальные взаимодействия. Избегающее поведение может охватывать разнообразные сферы жизни и значительно нарушать повседневное функционирование, трудоспособность и (или) качество жизни.
Генерализованное тревожное расстройство (ГТР)
Генерализованное тревожное расстройство (ГТР) – распространенная и устойчивая тревога и напряжение, не ограниченные или не вызванные преимущественно каким-либо особыми окружающими обстоятельствами («свободно плавающая тревога»). Заболевание характеризуется хроническим или рекуррентным течением и может приводить к выраженной дезадаптации и повышенному суицидному риску. Длительность тревожного состояния составляет как минимум 6 месяцев, не поддаётся сознательному контролю, то есть её невозможно подавить усилием воли или рациональными убеждениями, при этом интенсивность тревожных переживаний несоразмерна актуальной жизненной ситуации пациента.
Генерализованное тревожное расстройство (ГТР) начинается у человека после деструктивного опыта общения (взаимодействия) с безнравственной социопатизированной личностью. Испытав обман, разочарование, манипуляции, человек получает опыт депривации со значимым другим, олицетворяющим безопасность. Привязанность к человеку, который передавал больному чувства базовой безопасности (никаких проблем не будет, всё будет хорошо, все проблемы больного будут решены), разрушенная негативным опытом взаимодействия приводит к дефициту в структуре личности спокойствия и уверенность в завтрашнем дне. Образ будущего ломается, так как больше доверять значимому человеку нельзя. Он обманывал больного. Как следствие такого разочарования и обмана возникает тревога, неприятные соматические ощущения, аффективное напряжение, что создает предиспозицию для манифестации ГТР.
Тревожность
Тревога - это эмоциональное состояние с беспредметным чувством близкого несчастья, надвигающейся катастрофы, внутреннего напряжения.
Тревога может возникнуть как эмоциональная реакция, в ответ на какой-то внешний раздражитель (она кратковременная и связана напрямую с конкретной ситуацией).
Главным отличием страха от тревоги является предметность раздражителя. При страхе мы знаем, чего конкретно боимся, а тревога является беспредметной. Мы просто чувствуем сильное внутренне напряжение, у нас повышается бдительность, настороженность, ощущаем дискомфорт и находимся поиске выхода из угрожающего положения.
Тревожные проявления имеют широкий диапазон - от лёгкой нервозности до острой паники. Мозг непрерывно анализирует окружающую среду и в случае возможной угрозы реагирует повышением уровня тревожности. Неадекватная тревожность возникает, когда мы перестаём видеть объективную реальность внешнего мира и направляем взгляд исключительно на свой внутренний мир, состоящий из трёх компонентов:
1. Чувства.
2. Мысли.
3. Ощущения.
Многие исследователи полагают, что причиной (распространения тревожности) является сочетание ряда факторов: влияние социальных сетей на самооценку и самоуважение, нездоровые привычки сна, завышенные требования со стороны общества.
Здоровая тревога и тревожное расстройство
Важно проводить различие между повседневным беспокойством и неадекватной тревожностью. Тревожность как эмоция и биологическая реакция - это здоровое явление, свойственное всем людям. Тревожное расстройство возникает, когда тревожность становиться всепоглощающей или проявляется неожиданно. Тревожность - естественная реакция организма на угрозу либо на вред, в определённой ситуации она полезна. Ежедневная тревога вызывает у человека физические и эмоциональные симптомы.
Распространённые ловушки тревожности
1. Попытка исправить тревожность.
Человек, страдающий тревожность, часто самостоятельно пытается найти решения, которые помогут "и справить ситуацию".
2. Избегание.
Поначалу эти действия приводят к краткосрочному улучшению, но одновременно приучают мозг к единственному выходу - пребывание в безопасном месте.
3. Поиски в интернете.
В результате человек большую часть времени тратит на возросшую тревогу и мысли "а если?".
4. Интеллектуальная западня.
Человек начинает самостоятельно "прорабатывать" тревожность, анализируя свои мысли и надеясь, что с помощью логики он избавиться от чувства тревоги.
5.Зависимость от других.
Страх "остаться один на один с приступом и сойти с ума".
Описанные подходы предполагают необходимость "лечиться" или "что-то предпринять" в состоянии тревожности.
Почему проявляется тревожная реакция
Амигдала, или что происходит в нашем мозге.
За инстинкт выживания отвечать старейшая часть нашего мозга - так называемый рептильный мозг, в котором располагается миндалевидное тело под название "амигдала".
Амигдала - самая старая и быстрая часть нашего мозга, но не самая умная. Её задача - быть начеку, постоянно отслеживая происходящее с помощью органов чувств. Более того, амигдала является проводником страха. Она - босс, генеральный директор компании "Страх".
Амигдала инициирует тревожную реакцию когда видит опасность, мнимую или реальную. Амигдала мгновенно посылает сигнал в гипоталамус, а тот в свою очередь, активирует симпатическую нервную систему, которая тут же вырабатывает адреналин.
Адреналин - это гормон, который в стрессовых ситуациях мобилизирует все силы организма на самозащиту. Вся информация, поступающая от органов чувств, пересылается на 'материнскую плату' мозга - в таламус.
Неокортекс - "наш мыслящий мозг"
Есть два типа развития ситуаций при которых выбрасывается адреналин в кровь. Примеры:
1. При видимости мнимой опасности. Мы идём по улице и видим бегущую нам навстречу собаку. Издалека та кажется безобидной. Однако по мере приближения мы замечаем, что собака скалиться, из её паст и течёт пена. Вполне возможно, что она больна бешенством. Зрение и слух передают новую информацию таламусу, который, в свою очередь делиться обновлёнными данными с амигдалой. Она сигнализирует гипоталамусу о выбросе адреналина и активируется режим "бей или беги".
2. Представим, что на вас мчится автомобиль. Перед лицом неминуемой опасности таламус игнорирует неокортекс и напрямую посылает информацию амигдале - моментальная обязательная реакция, которая порой спасает нам жизнь.
Симпатическая нервная система активируется в условиях затяжного стресса или в ситуациях, требующих напряжённой психической и физической деятельности. Она помогает нам адаптироваться к стрессу, изменяя работу наших внутренних органов.
Парасимпатическая нервная система - это система отдыха.
Симптомы тревожности:
Гипервентиляция - перенасыщение кислородом во время тревоги. Наше дыхание вдруг становиться поверхностным, мы делаем короткие быстрые вдохи, не можем контролировать процесс и, конечно, пугаемся. Следствие, сухость во рту, учащённое сердцебиение, ощущение холодных рук и ног.
Тахикардия - нарушение сердечного ритма, когда сердце учащённо бьётся Проблемы с пищеварительной системой.
Боли в груди.
Потливость - когда тело приходит в состояние «бей или беги», симпатическая нервная система вырабатывает гормоны, в том числе адреналин, который активирует потовые железы.
Проблемы со сном. Мы не можем уснуть из-за тревоги, а тревога не уходит из-за дефицита сна - так мы попадаем замкнутый круг.
Нарушение концентрации внимания - иногда наше внимание сосредоточено на одной застрявшей в голове мысли или на неприятном физическом ощущении, и это отвлекает нас от любой деятельности.
Беспорядочные мысли. Неконтролируемое «самокопание».
Изменение аппетита.
Мышечные судороги.
Тревожность - это реакция на угрозу
Если угроза мнимая, то реакция запускается самовольно в результате ненамеренного программирования. Самое главное, что нужно запомнить: нет смысла уговаривать реакцию - слова для неё ничего не значат. Посмотрите своему страху в глаза, чтобы перепрограммировать свою реакцию и разорвать замкнутый круг, в который вы попали.
Кортизол держит нас в состоянии постоянной бдительности, чтобы, оказавшись перед лицом реальной угрозы, мы могли быстро получить доступ к адреналину.
Взвинченность - это действие кортизола, прыжок из кресла - выброс адреналина.
Экспозиция, или грамотное противодействие
Экспозиция - это постепенное уменьшение чувствительности человека ко всему, что вызывает у него тревожность. Постепенно или полное погружение в дискомфортную среду (с понимаем того, что человеку больше ничего не угрожает). Если погружение в такую среду или иную среду невозможно (например человек пережил сексуальное насилие), то возникает воображаемая экспозиция.
Человеку предоставляется возможность представить свои чувства в этот момент. Эту работу лучше проводить вместе с квалифицированным психотерапевтом. Экспозиция в домашних условиях предполагает, что даже если мы ощутили тревогу, мы должны продолжить заниматься тем, чем планировали.
Формирование нового отношения
Вырабатывайте у себя привычку оценивать уровень тревожности. Не важно, уменьшается ли тревога, или возрастает. Важно хвалить себя за уменьшения уровня тревоги.
Когнитивный рефрейминг - минус на плюс. Ваша тревожность - данность, но вы можете по-разному на неё смотреть.
Добровольная терпимость - готовность чувствовать тревогу и понимание, зачем мы это делаем.
Все убеждения складываются из выводов, которые мы делаем, анализируя чужие действия или бездействия, сказанные или несказанные слова.
Как справиться с приступом паники
В соответствии с техникой «минус на плюс» мы советуем вам заменить формулировку «паническая атака» на «прилив адреналина».
Мы стараемся остановить атаку, судорожно отвлекаемся, занимаемся самолечением, и ищем немедленное успокоение. К сожалению, такие действия лишь дают амигдале понять, что тревожной реакции следует бояться, и с ней надо бороться.
Когда у человека приступ паники, оптимальное решение - ничего не предпринимать.
Контроль, который вы так боитесь утратить, в действительности является отказом от настоящего, данного природой, контроля, который восстанавливает баланс.
Когда наши мысли присутствуют в настоящем, разум и тело быстрее возвращаются в уравновешенное состояние.
Профилактика тревожности:
развлечения;
смех;
горячая ванна;
массаж;
отдых на природе;
расслабление.
Выводы
Наиболее эффективна профилактика тревожности при взаимодействии с нравственными людьми, работа в нравственном коллективе, смена мировоззренческой парадигмы.
Нравственность – безвредное и созидательное поведение человека по отношению к самому себе и другим людям.
Коллектив – социальная группа, в которой сформирована нравственная атмосфера, характеризующаяся следующими признаками:
внутренним единством идей, целей, задач; совместным способом деятельности;
взаимовыручкой и поддержкой друг друга по принципу «один за всех и все за одного»;
самоуправлением, где каждый член коллектива играет роль исполнителя при решении одной задачи, и руководителя при решении другой задачи;
возможностью каждому члену коллектива завоевать авторитет в форме общего признания социального и профессионального соответствия занимаемой должности или роли;
дружбой, спокойствием и уверенностью в будущем каждого члена коллектива;
конструктивным поведением членов коллектива, обеспечивающим им сохранность психического и соматического здоровья;
чувством гордости за принадлежность к коллективу;
совместным обсуждением и принятием управленческих решений.
Смена мировоззренческой парадигмы – процесс перехода к нравственному мировоззрению, построенному на распознании нравственности и безнравственности, вредного и созидательного, духовного и корыстного. Нравственное мировоззрение осуществляет этическую саморегуляцию поведения человека в границах, заданных нравственным правилом III-C: не вредить себе, соседям, среде ни мыслью, ни словом, ни делом; созидать для себя, соседей, среды мыслью, словом и делом.
Технология смены мировоззренческой парадигмы основана на дискурсивно-оценочном методе (ДОМ), который заключается в организации широкого участия граждан в обсуждении и оценке социально-значимых решений с позиций ГЭП, ГЭНП, III-C.
Глобальный экологический принцип (ГЭП): человек не должен вредить себе, другим людям и среде обитания.
Глобальный этический нравственный принцип (ГЭНП): человек должен вести себя так, чтобы не причинять вреда себе, другим людям и среде обитания.
Нравственное правило III-C: не вреди себе (С1), соседям (С2), среде обитания (С3) ни мыслью, ни словом, ни делом; созидай для себя, соседей, среды мыслью, словом, делом.
Тревога — это отрицательно окрашенная эмоция, выражающая ощущение неопределённости, ожидание негативных событий, трудноопределимые предчувствия. В отличие от причин страха, причины тревоги обычно не осознаются, но она предотвращает участие человека в потенциально вредном поведении, или побуждает его к действиям по повышению вероятности благополучного исхода событий.
Вред – ощущаемое и переживаемое человеком нарушение условий его нормальной жизнедеятельности.
Угроза – потенциальный вред жизнедеятельности человека.
С помощью тревоги человек распознает источник вреда или угроз и начинает его избегать. Это нормальная защитная реакция и она позволяет обеспечить безопасность жизнедеятельности.
В субъективную проблему тревога превращается в случае гедонизма и паразитизма субъекта. В таком случае ему показаны специалисты, которые наставят его на нравственный путь.
Нравственный путь человечества – безвредная и созидательная деятельность людей друг для друга и среды обитания, совместное обсуждение и исполнение принятых решений.
Созидание – общественно-полезная деятельность, в ходе которой человек отдаёт другим больше, чем получает взамен.
На нравственном пути тревога позволяет изобличить основного врага человека – социопата. Это общественно-опасное психическое заболевание, при котором утрачивается совесть и сострадание к людям. Несмотря на хорошую социальную маскировку социопата тревога позволит простому человеку понять, что ему лучше избегать общения «с этим приятным человеком», иначе он причинит вред, возможно, в особо крупном размере.
То есть это нормально, когда человек испытывает тревогу, что позволяет ему ориентироваться в людях и ситуации, не включая при этом свои мозги (неокортекс).
Вместе с тем рекомендуем, что при включении своих мозгов, то есть при приобретении привычки умственного труда, чтения, и достижения высокой квалификации, человек без тревоги обнаруживает источники вреда, и с юмором воздействует на них, чтобы нейтрализовать вред и угрозу.
Повышение квалификации, уровня образования – самая действенная мера по управлению собственной тревожностью.
Литература
Декларация нравственной политики от 25 ноября 2024 года / Международное движение «Нравственная солидарность», Санкт-Петербург, 2024.
Декларация нравственного пути человечества № AЭСТ/1/2024 от 31.01.2024 года.
Залуцкая Н.М. Генерализованное тревожное расстройство: современные теоретические модели и подходы к диагностике и терапии. Часть 1 / Н. М. Залуцкая // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. – 2014 – № 3 – С. 80–89.
Залуцкая Н.М. Генерализованное тревожное расстройство: современные теоретические модели и подходы к диагностике и к терапии. Часть 2 / Н. М. Залуцкая // Обозрение психиатрии и медицинской психологии им. В.М. Бехтерева. – 2014 – № 4 – С. 129–134.
Караваева Т.А. Холистическая диагностика пограничных психических расстройств / Т. А. Караваева, А. П. Коцюбинский. – Санкт-Петербург: Спецлит, 2017 – 286 с.
Колюцкая Е.В., Смулевич А.Б. Невротические расстройства // Психиатрия: Научнопрактический справочник / Под ред. академика РАН А.С. Тиганова. — М.: ООО «Издательство «Медицинское информационное агентство». — 2016. — C. 349-368.
Мосолов С.Н. Обсессивно-компульсивное расстройство (диагностика, клиника, терапия): монография / С.Н. Мосолов. – М.: 2005. — 56 c.
Чудаков А.Ю., Горелов А.А. Судебно-медицинская экспертиза суицида: монография / Серия книг: Теория и методика профессионального обучения и воспитания взрослых / Под ред. П.И. Юнацкевича. Санкт-Петербург, Институт суицидологии, 2022 – 64 с.
Юнацкевич П.И. Основы военной суицидологии / Серия книг: Теория и методика профессионального обучения и воспитания взрослых. - СПб, Институт суицидологии АЭСТ, 2018. – 120 с.
A 2-year prospective follow-up study of the course of obsessive-compulsive disorder / J.L. Eisen [et al.] // Journal of Clinical Psychiatry. – 2010. – Vol. 71. – №8. — P. 1033-1039.
Abramowitz J.S. Obsessive-compulsive disorder / J.S. Abramowitz, S. Taylor, D. McKay // Lancet. – 2009. – Vol. – 374. — № 9688. – P. 491–499.
Ahmari S.E. Using mice to model Obsessive Compulsive Disorder: From genes to circuits / S.E. Ahmari // Neuroscience. – 2016. – Vol. 321. — P. 121-137.
American Psychiatric Association Diagnostic and Statistical Manual of Mental Disorders, Fifth Edition (DSM-5) / American Psychiatric Association, Arlington, VA, 2013.
Anxiety Disorders. — 2007. — Vol. 21. — №3. – P. 394-406.
Assessment of obsessive-compulsive symptom dimensions: development and evaluation of the Dimensional Obsessive-Compulsive Scale / J.S. Abramowitz [et al.] // Psychological Assessment. – 2010. – Vol. 22. — №.1. – P. 180-198.
Brain circuitry of compulsivity / O.A. van den Heuvel [et al.] // European Neuropsychopharmacology. – 2016. — Vol. 26. — №5. – P. 810-827.
Clinical features of tic-related obsessive-compulsive disorder: results from a large multicenter study / P. Gomes de Alvarenga [et al.] // CNS Spectrums. – 2012. – Vol. 17. – №2. — P. 87-93.
Coetzer B.R. Obsessive-compulsive disorder following brain injury: a review / B.R. Coetzer // International Journal of Psychiatry in Medicine. – 2004. – Vol. 34. — №4. – P. 363-377.
Comorbidity of anxiety disorders with anorexia and bulimia nervosa / W.H. Kaye [et al.] // The American Journal of Psychiatry. – 2004. – Vol. 16. — №12. — P. 2215-2221.
Comorbidity, age of onset and suicidality in obsessive-compulsive disorder (OCD): An international collaboration / V. Brakoulias [et al.] // Comprehensive Psychiatry. – 2017. – Vol. 76. – P. 79-86.
Cottraux, J. Combining Pharmacotherapy with cognitive-behavioral interventions for obsessive-compulsive disorder / J. Cottraux, M.A. Bouvard, M. Milliery // Cognitive Behavioral Therapy. – 2005. – Vol. 34. — №3. – P. 185-192.
Distinct Subcortical Volume Alterations in Pediatric and Adult OCD: A Worldwide Metaand Mega-Analysis / P.S. Boedhoe [et al.] // The American Journal of Psychiatry. — 2017. – Vol. 174. — №1. – P. 60-69.
Dorsal anterior cingulotomy and anterior capsulotomy for severe, refractory obsessivecompulsive disorder: a systematic review of observational studies / L.T. Brown [et al.] // Journal of Neurosurgery. – 2016. – Vol. 124. — №1. – P. 77-89.
DSM-IV field trial: obsessive-compulsive disorder / E.B. Foa [et al.] // The American Journal of Psychiatry. – 1995. — Vol. 152. — №1. – P. 90-96.
Early onset of response with selective serotonin reuptake inhibitors in obsessive-compulsive disorder: a meta-analysis / Y. Issari [et al.] // The Journal of Clinical Psychiatry. – 2016. – Vol. 77. — №5. – P. e605-e611.
Escitalopram in obsessive-compulsive disorder: a randomized, placebo-controlled, paroxetine-referenced, fixed-dose, 24-week study / D.J. Stein [et al.] // Current Medical Research and Opinion. – 2007. – Vol. 23. — №4. – P. 701-711.
Escitalopram prevents relapse of obsessive-compulsive disorder / N.A. Fineberg [et al.] // European Neuropsychopharmacology. – 2007. – Vol. 17. — № 6-7. – P. 430-439.
Florida Obsessive-Compulsive Inventory: development, reliability, and validity / E.A. Storch [et al.] // The Journal of Clinical Psychology. – 2007. – Vol. 63. — №9. – P. 851-859.
Fostick L. Acute obsessive-compulsive disorder (OCD) in veterans with posttraumatic stress disorder (PTSD) / L. Fostick, N. Nacasch, J. Zohar // World Journal of Biological Psychiatry. – 2012. – Vol. 13. — №4. – P. 312-315.
Genome-wide association study of obsessive-compulsive disorder / S.E. Stewart [et al.] // Molecular Psychiatry. – 2013. – Vol. 18. — №7. – P. 788-798.
Hirschtritt M.E. Obsessive-compulsive disorder: Advances in diagnosis and treatment / M.E. Hirschtritt, M.H. Bloch, C.A. Mathews // JAMA. – 2017. – Vol. 317. — № 13. – P. 1358-1367.
How prevalent are anxiety disorders in schizophrenia? A meta-analysis and critical review on a significant association / A.M. Achim [et al.] // Schizophrenia Bulletin. – 2011. — Vol. 37. — №4. – P. 811-821.
Insel T.R. Obsessive-compulsive disorder and serotonin: is there a connection? / T.R Insel // Biological Psychiatry. – 1985. — Vol. 20. — №11.– P. 1174-1188.
International Obsessive-Compulsive Disorder Foundation Genetics Collaborative (IOCDFGC) and OCD Collaborative Genetics Association Studies (OCGAS). Revealing the complex genetic architecture of obsessive-compulsive disorder using meta-analysis / Molecular Psychiatry. – 2018. – Vol. 23. — №5. – P. 1181-1188.
Is obsessive-compulsive disorder an anxiety disorder, and what, if any, are spectrum conditions? A family study perspective / O.J. Bienvenu [et al.] // Psychological Medicine. – 2012. – Vol. 42. — №1. – P. 1-13.
Kaplan A. A review of pharmacologic treatments for obsessive-compulsive disorder / A. Kaplan, E. Hollander // Psychiatric Services. – 2003. – Vol. 54. — №8. – P. 1111-1118.
Koran L.M. Quality of life for patients with obsessive-compulsive disorder / L.M. Koran, M.L. Thienemann, R. Davenport // The American Journal of Psychiatry. – 1996. – Vol. 153. – №6. – P. 783-788.
Late-onset obsessive compulsive disorder: clinical characteristics and psychiatric comorbidity / Grant J.E. [et al.] // Psychiatry Research. – 2007. – Vol. 152. — №1. – P. 21-27.
Milad M.R. Obsessive-compulsive disorder: beyond segregated cortico-striatal pathways /M.R. Milad, S.L. Rauch // Trends in Cognitive Sciences. — 2012. – Vol. 16. — №1. – P. 43-51.
Monteiro P. Learning From Animal Models of Obsessive-Compulsive Disorder / P. Monteiro, G. Feng // Biological Psychiatry. – 2016. – Vol. 79. — №1. – P. 7-16.
Moving from PANDAS to CANS / H.S. Singer [et al.] // The Journal of Pediatrics. – 2012. – Vol. 160. — №5. – P. 725-731.
Multicenter voxel-based morphometry mega-analysis of structural brain scans in obsessivecompulsive disorder / S.J. de Wit [et al.] // The American Journal of Psychiatry. — 2014. – Vol. 171. – №1. — P. 340-349.
Neurosurgical targets for compulsivity: what can we learn from acquired brain lesions? / M. Figee [et al.] // Neuroscience and Biobehavioral Reviews. – 2013. – Vol. 37. — №3. – P. 328-339.
Obsessions and compulsions in the community: prevalence, interference, help-seeking, developmental stability, and co-occurring psychiatric conditions / M.A. Fullana [et al.] // TheAmerican Journal of Psychiatry. – 2009. – Vol. 166. — №3. – P. 329-336.
Obsessive-compulsive disorder and female reproductive cycle events: results from the OCD and reproduction collaborative study / V. Guglielmi [et al.] // Depression and Anxiety. – 2014. – Vol. 31. — №12. – P. 979-987.
Obsessive-compulsive disorder comorbidity: clinical assessment and therapeutic implications / Pallanti S. [et al.] // Frontiers in Psychiatry. – 2011. – Vol. 2. – P. 70.
Obsessive-compulsive disorder versus body dysmorphic disorder: a comparison study of two possibly related disorders / K.A. Phillips [et al.] // Depression and Anxiety. – 2007. – Vol. 24. — №6. – P. 399-409.
Obsessive-compulsive disorder with poor insight: a three-year prospective study / F. Catapano [et al.] // Progress in Neuropsychopharmacology & Biological Psychiatry. – 2010. – Vol. 34. – P. 323-330.
Obsessive-compulsive disorder: a review of the diagnostic criteria and possible subtypes and dimensional specifiers for DSM-V / J.F. Leckman [et al.] // Depression and Anxiety. – 2010. – Vol. 27. — №6. – P. 507–527.
Obsessive-compulsive disorder: an integrative genetic and neurobiological perspective / D.L. Pauls [et al.] // Nature Reviews. Neuroscience. – 2014. – Vol. 15. — №6. – P. 410-424.
Pallanti, S. Treatment-refractory obsessive-compulsive disorder: methodological issues,operational definitions and therapeutic lines / S. Pallanti, L. Quercioli // Progress in Neuropsychopharmacology and Biological Psychiatry. – 2006. – Vol. 30. — №3. – P. 400-412.
Pharmacological and psychotherapeutic interventions for management of obsessivecompulsive disorder in adults: a systematic review and network meta-analysis / P. Skapinakis [et al.] // Lancet Psychiatry. – 2016. – Vol. 3. — №8. – P. 730-739.
Phenomenology of OCD: lessons from a large multicenter study and implications for ICD-11 / Shavitt R.G. [et al.] // Journal of Psychiatric Research. – 2014. — Vol. 57. – P. 141-148.
Pinto A. Personality features of OCD and spectrum conditions. In: The Oxford Handbook of Obsessive Compulsive and Spectrum Disorders, Steketee G (Ed) / A. Pinto, J.L.Eisen. — New York: Oxford University Press, 2012.
Pittenger C. Glutamate abnormalities in obsessive compulsive disorder: neurobiology, pathophysiology, and treatment / C. Pittenger, M.H. Bloch, K. Williams // Pharmacology & Therapeutics. – 2011. – Vol. 132. — №3. – P. 314-332.
Post-treatment effects of exposure therapy and clomipramine in obsessive-compulsive disorder / H.B. Simpson [et al.] // Depression and Anxiety. – 2004. – Vol. 19. — №4. – P. 225-233.
Prevalence, severity, and comorbidity of 12-month DSM-IV disorders in the National Comorbidity Survey Replication / R.C. Kessler [et al.] // Archives of General Psychiatry. – 2005. – Vol. 62. — №6. – P. 617-627.
Psychometric validation of the obsessive belief questionnaire and interpretation of intrusions inventory--Part 2: Factor analyses and testing of a brief version / Obsessive Compulsive Cognitions Working Group // Behavioral Research and Therapy. – 2005. – Vol. 43. — №11. – P. 1527-1542.
Quality of life and disability in patients with obsessive-compulsive disorder / J. Bobes [et al.] // European Psychiatry. – 2001. – Vol. 16. – №4. — P. 239-245.
Quality of life and functional impairment in obsessive-compulsive disorder: a comparison of patients with and without comorbidity, patients in remission, and healthy controls / J.D. Huppert [et al.] // Depression and Anxiety. – 2009. – Vol. 26. — №1. — P. 39-45.
Ravizza L. Episodic and chronic obsessive-compulsive disorder / L. Ravizza, G. Maina, F. Bogetto // Depression and Anxiety. – 1997. – Vol. 6. — №4. – P. 154-158.
Response versus remission in obsessive-compulsive disorder / H.B. Simpson [et al.] // The Journal of Clinical Psychiatry. – 2006. – Vol. 67. — №2. — P. 269-276.
Role of dopamine in the pathophysiology and treatment of obsessive-compulsive disorder / M.S. Koo [et al.] // Expert Review of Neurotherapeutics. – 2010. — Vol. 10. — №2. – P. 275-290.
Selective serotonin re-uptake inhibitors (SSRIs) versus placebo for obsessive compulsive disorder (OCD) / G.M. Soomro [et al.] // Cochrane Database of Systematic Reviews. – 2008. – Vol. 1. — CD001765.
Skoog G. A 40-year follow-up of patients with obsessive-compulsive disorder / G. Skoog, I. Skoog // Archives of General Psychiatry. – 1999. – Vol. 56. — №2. – P. 121-127.
Snider L.A. PANDAS: current status and directions for research / L.A. Snider, S.E. Swedo // Molecular Psychiatry. – 2004. — Vol. 9. – P. 900-907.
Steketee G. The Yale-Brown Obsessive-Compulsive Scale: interview versus self-report / G. Steketee, R. Frost, K. Bogart // Behavior Research and Therapy. – 1996. – Vol. 34. — №8. – P. 675-684.
Suicidality in obsessive compulsive disorder (OCD): a systematic review and meta-analysis / I. Angelakis [et al.] // Clinical Psychology Review. – 2015. – Vol. 39. – P. 1-15.
Sustained response versus relapse: the pharmacotherapeutic goal for obsessive-compulsive disorder / N.A. Fineberg [et al.] // International Clinical Psychopharmacology. – 2007. – Vol. 22. — №6. – P. 313-322.
Systematic review of environmental risk factors for Obsessive-Compulsive Disorder: A proposed roadmap from association to causation / G. Brander [et al.] // Neuroscience & Biobehavioral Reviews. – 2016. – Vol. 65. – P. 36-62.
The cross-national epidemiology of obsessive-compulsive disorder. The Cross-National Collaborative Group / M.M. Weissman [et al.] // The Journal of Clinical Psychiatry. – 1994. – Vol. 55. – Suppl. 5-10.
The epidemiology of obsessive-compulsive disorder in the National Comorbidity Survey Replication / A.M. Ruscio [et al.] // Molecular Psychiatry. – 2010. — Vol. 15. — №1. – P. 53–63.
The ICD-10 classification of mental and behavioural disorders: diagnostic criteria for research. The ICD-10 classification of mental and behavioural disorders / W.H. Organization. – World Health Organization, 1993.
The OCI-R: validation of the subscales in a clinical sample / J.D. Huppert [et al.] // Journal of
The role of glutamate signaling in the pathogenesis and treatment of obsessive-compulsive disorder / K. Wu [et al.] // Pharmacology, Biochemistry, and Behavior. – 2012. – 100. — №4. – P. 726-735.
The Yale-Brown Obsessive-Compulsive Scale. I. Development, use, and reliability / W.K. Goodman [et al.] // Archives of General Psychiatry. – 1989. – Vol. 46. — №11. – P. 1006-1011.
The Yale-Brown Obsessive-Compulsive Scale. II. Validity / W.K. Goodman [et al.] // Archives of General Psychiatry. – 1989. – Vol. 46. — №11. – P. 1012-1016.
Whole-genome association analysis of treatment response in obsessive-compulsive disorder / H. Qin [et al.] // Molecular Psychiatry. – 2016. – Vol. 21. — №2. – P. 270-276.
Данные для цитирования:
Михайлов К.Д. Тревожность: Научный доклад. - Санкт-Петербург, Институт психиатрии и информальной юстиции, 2025.
Михайлов Кирилл Денисович
Младший научный сотрудник
Института психиатрии и информальной юстиции
https://pik.ast.social