Кирилл ухмыльнулся, потому что после слова "программа" Боб застыл с остекленевшим взглядом. Он толкнул Хаука и показал на Мишу, тот был таким же, как и Боб. Хаук вздохнул, его раздражало, что он ничего не понимал в современных гаджитах. Он честно спросил Митяя:
– О чем они задумались-то? Я вообще не понял, про что Кирилл говорит, если мы заклятье сняли?
Митяй хыхыкнул.
– Дык! Не с механизмов же. Ох, умен этот тип! Информация дело тонкое! Парни соображают, как снять сигнал, но так, чтобы тот, от кого получали сигнал не догадался. Эх! Банальцы!
Боб от этого «отвис» и возмутился:
– Да, пошёл ты! Сам баналец! О! Но ведь это – заклятье!
Митяй фыркнул.
– Какая разница? Надо понять, что и как передаёт, и всё.
– Это понятно, но в какую программку встроилась эта программа! Ведь все активные приложения работают, как часы, не заикаются. Документы читаются, музыка играется… – Боб неожиданно ахнул. – Нет, вы поняли, как это сделали?
– Точно! Смотрим, чем мы не пользуемся часто, но оно работает.
Хаук толкнул Мишу, чтобы ему пояснили, тот тоже «отвис», и буркнул:
– Не мешай! – а потом объявил. – Нашёл! Провалиться! Я и забыл сколько скачал музыки. Чуете? Мы тогда вместе один старый рок-концертик скачали, и я нашим послал его. Жесть! Как красиво нас сделали! А, давайте, пусть это приложение работает, как и работало, но оповещает и нас о своей работе.
В комнату вошёл Тимофей и угрюмо посмотрел на всех.
– Знаете, что я обнаружил, что очень часто у нас попадается, так сказать, ночная бабочка по имени «Пастушка»? Она клянется исправиться, но попадается на мелочах за хулиганство или скандальчик в ночном клубе. Сейчас её нет. Так что, это она была чьими-то глазами, и боюсь не одна она. Я поспрашивал, и мне сказали про пару хулиганов-подростков, которых периодически притаскивали для воспитательных разборок. Мы на них вообще не обращали внимания. Это ещё не всё – два месяца назад, сюда приходили проверяли электропроводку. Позвонил я тем, кто проверял. Там сказали плановая проверка, кто проверял попозже узнают, у них текучка кадров. Так что, нас как детей малых провели.
Кирилл стал похож на кота, который крадется за мышкой.
– Поехали к нам и составим эту партию.
Он весело стал что-то писать на бумаге, Хаук и Ион, встав на цыпочка читали, после чего сунул написанное под нос Митяю и Мише. Митяй с выражением кота, сожравшего сметану, пока хозяйка не видит, улыбаясь, куда-то позвонил:
– Привет!
– Готовься к смерти, Митька! Мое терпение лопнуло! – раздался гневный баритон Лёвы. – Клиентка кипит так, что мы кондиционер включили.
– Не сердись! Непредвиденные обстоятельства.
– Познакомишь? Она так хороша? – баритон теперь звучал заинтересованно.
Наомхан шепнул Кириллу:
– Учись! Вот как надо работать!
– Класс, голосом образ создает! – восхищенно прошептал Кирилл.
Митяй завопил:
– Лёва, это не то, что ты подумал! Мы смотрели футбол на даче, потом у нас всё отключилось. Полезли выяснять, а там такое! Крысы кабель перегрызли. Думали, что я успею в магазин, но тут выяснилось, что забыли мотоцикл заправить. На заправке санитарный день почему-то. Короче, я застрял. Лёва, отмени на завтра все мои массажи, пусть Диана меня заменит! Мы тут такое придумали из-за этого кабеля.
Сочный баритон заполнил комнату.
– Митя, я не могу отменить, твои клиентки меня растерзают. Дианка занята. Сегодня она ещё сможет, но завтра нет. Я переношу массаж для твоих дам на… Думай, на какой день тебе будет удобно, и учти за полцены, потому что не хочу, чтобы пострадала репутация салона. Учти, Новый Год на носу.
Митя застонал, как от зубной боли, потом оживился.
– Лёва, ты меня просто убиваешь! Ведь мне нужна-то пара дней. Хотя… Давай переноси их на первое! После пьянки массажик – самое то. Бог с ними с деньгами, всех не заработаешь! Дианке я лично куплю щуку, которую она обожает. Куплю даже сказочную, она выполнит все её желания.
– Ну, попробую их уговорить! Это просто невозможно, что ты так без предупреждения… – вздохнул Лёва, и все представили, как он расстроенно качает головой.
Митяй опять завопил:
– Лёва! Не сердись, я такое с друганами придумал из-за того, что эти крысы заставили нас столько пыхтеть! Думаем, как крыс извести.
– Гадость какая! А потравить их нельзя?
– Лёва! Ну что ты, право! У нас ловушка и коты. Отрава… Это чисто по-бабски. Нет, мы их, как в древности…
– На дудочке играть и в озере топить? Неужели их так много? Ваши дамы там будут в восторге, – Лева принялся хохотать, он мгновенно понял, что ему сообщает Митяй и решил немного осложнить жизнь их врагу.
Митя тоже догадался, что Лева сообщил ему, что понял, что они опоздали, и что уверен, что помощниками является женщина и может быть и не одна. Теперь надо было сообщить, что они готовы к охоте, но не уверены, что выловят всех.
– Какая дудочка?! Охоту устроим. С ловушками! А потом отпразднуем.
– Митя! Я не понимаю этого. Праздновать тризну по крысам… Брр! Учти я на два дня уезжаю в Москву, и у меня там будет мастер класс, поэтому всё обговаривай с Дианой. Но! Я предлагаю вместо праздника рыбалку. Возвращаются Март и Лес. Они со всей своей оравой едут на Кондурчу. Девочки поклялись, что они нам дадут спокойно отдохнуть и на лыжах покататься
– Заметано!
Боб покачал головой и достал из своей сумке несколько телефонов. приложил палец к губам, потом занялся телефоном Миши.
Хаук покачал головой в недоумении и возмутился:
– Ты же маг! Зачем ты всё это таскаешь?
Боб фыркнул.
– Эх ты! Я исхожу из принципа, лучше синица в руке, чем дыра в кармане. Всё! Мне ещё подарки покупать.
Он забрал все телефоны, положил их в ведро, потом все телефоны, которые как-то изменил сам, положил сверху и подсунул ведро Кириллу.
– А почему я? – возмутился тот
– Ты самый коварный.
– Приятно! – Кирилл, подумав, несколько минут позвонил их криминалисту. – Саша! Выспался?
– Как же выспишься с вами. Что надо?
– А откуда та усохшая девица пришла на вокзал? Это можно узнать?
Саша усмехнулся.
– Я всё могу! Она пришла из ресторана. Она была в неплохом, но недорогом ресторане. Судя по тому, что у неё было в желудке. Кира! Я знаю, что спросишь, и уже тебе кинул список ресторанов по тем продуктам, что нашел у неё в желудке, да и сам подумал. Как ни странно, но скорее всего она была в «Конфитюре». Вам надо бы туда заглянуть. Люблю этот ресторанчик.
– Спасибо, Саша! Что дети делают, почему так тихо?
Раздался смех.
– Они побежали ставить камеры у грядки. Я им сказал, что первый, кто заметит всходы, получит большое ведёрко шоколадного мороженного, а там почти полтора килограмма. Вот скажи мне, зачем я теплицу построил? А? Ведь так хорошо жил!
– Костя рассердилась? – Кирилл спросил, заранее зная ответ.
– Почему? Нам и Ольге, которая у нас гостит, теперь обеспечены три дня тишины. Дети там расставили камеры, телефоны, а самые маленькие, которые ничего из техники не имеют, притащили свечки, альбом и два будильника. Кто-то из друзей старших сейчас им рассказывают, что такое время, и как его можно зафиксировать. Там сейчас такая красота. Зима, а Кай там что-то для своих букетов растит. Наше местное. Просто фурор производит. Представляешь, на Новый Год букет из красного клевера и лопухов! Это нечто!
– Саша, вам не стыдно? Ведь ночью будет прохладно! Дети же там будут ночевать!
– Дети взяли тёплые вещи, спальники, еду, термосы с чаем. Пришли родители двух друзей Горки. Они сейчас там ставят палатки для самых маленьких. Ужас какой-то эти родители его друзей! Взрослые люди, но сразу впадают в детство, как попадают нам! Кстати, в качестве грелок у них уже четыре пса. Домоправительница Кона назвала нас провокаторами. Мы теперь в саду пьем чай на ковре и лопаем плюшки и критикуем новую идею Кай. Она делает букеты в больших камнях с дырками, над которыми шары, облака и какие-то загогулины из ниток. Как она это делает, я не знаю, но сейчас у них весь дом заставлен искусственными камнями, которые, когда в них вода подсыхает, начинают нежно чирикать. Это Ольга придумала.
– Почему критикуете?
– Кай попросила. Ей что-то не нравится. Правда её хозяин уже увез двадцать букетов, да и заказчики в восторге, но Кай что-то не нравится.
– Так у вас опять все девчонки?
– Нет! Гусена с детьми гостит у Леса, там тоже полный дом детей. Ваня решила научиться делать какие-то сладости у Джонни. Вот они все и поехали к Лесу. Обещали нам излишки из мастер-класса передать.
Во время болтовни все напряженно смотрели на часы. Наконец Боб кивнул. Кирилл немедленно закруглился:
– Ладно, пойду дам распоряжения, насчет ресторана, а потом поеду к Лесу. Обожаю всякие плюшки! До встречи!
Все уставились на Боба, тот ухмыльнулся
– Поймал! Вот адрес! Дуйте туда! Попался упырь!
Они почти успели! Почти!
Роскошная трёхкомнатная квартира радовала изысканным уютом. На кухонным столе стоял еще тёплый электрочайник и две крошечные чашки, рядом на блюдцах лежали крохотные пирожные. В спальне на роскошной кровати лежала убитая девушка. Придушенная красной лентой, на руках знакомые им наручники, к голой груди красивой булавкой был приколот листок Библии. Убита электрошокером. Рядом валялась камера.
– Вот упырь! – прохрипел Хаук.
Убийца, им оставил камеру, чтобы, видимо, так плюнуть в лицо. Они смотрели, как некто, лица которого не было видно из-за чёрного кулька на голове и в чёрных перчатках, изысканно ласкал придушенную девушку. Та стонала и извивалась, когда она переживала максимальное наслаждение, он заменил вибратор на электрошокер, убив её, потом посмотрел в камеру и показал большой палец, прошипев:
– Кайф! – сделал неприличный жест, потом помахал им рукой, сложенной в жест окей и прошипел. – С Новым Годом!
Камера выключилась. Все молчали несколько минут, потом, Кирилл угрюмо отослал куда-то, что он снял. В комнате были ребята Иона, на лицах была угрюмость. Они много повидали, но такое их просто подкосило. Звонок заставил всех вздрогнуть.
Голос Саши печально спросил:
– Ребятки, а как насчёт того, что вы не учли подсознательное?
Кирилл оскалился.
– Саша! Ты издеваешься что ли?
– Всё просто. Двух он убил раньше, эта была третья.
– Как это раньше?! – теперь уже не выдержал Ион.
– Эта, убитая сегодня, родная сестра вашей мумии. Ищите, где-то есть третья их сестра.
– Саша, ты издеваешься? – опять закричал Кирилл. – Как третья? Где она? И почему ты решил, что третья?
– Посмотри ещё раз ролик, убийцы!
Саша отключился, а все опять стали смотреть ролик. Наконец, Кирилл зашипел:
– Он не помахал нам, не окей показал, а показал три пальца. Не специально. Просто это подсознание вырвалось на волю.
– Предположим! Да-да! Предположим! Он хотел убить каких-то трёх девушек, но зачем он зверствовал в Сызрани? – возмутился Миша.
– А кто вам сказал, что Египтянин один? – разозлился Кирилл. – Что же мы все время что-то, то пропускаем, то путаем.
– Путаем? – Хаук сердито нахмурился.
– Хаук, ты лучше говори, что вспомнил, – Миша, почесал себе локти. – Не молчи, а то я от твоих мыслей весь чешусь.
Кирилл усмехнулся, потому что это было правдой, всегда Миша чесался, когда у кого-то застревало в голове что-то важное, а носитель никак не мог это выудить. Хаук проворчал:
– Мы не путаем, а это что-то напутали те, кого мы ищем. Не знаю, поможет ли нам это, но я хочу, кое-что рассказать. Послушайте! В прошлом часто возникали секты или семьи, которые были чудовищными, и всё из-за того, что они желаемое выдавали за действительное. Шли к цели, ломая всех, и основываясь на ложных убеждениях и знаниях.
– Это ты про инквизицию? – любознательно спросил Боб.
– Нет! Бывало, много хуже. Я когда-то очень давно спасал с друзьями целый район, от семейки баронов на севере Германии, которые нашли древний трактат о бессмертии и решили достичь его, заключив сделку, как они считали, с Адом. Собственно, в округе все так считали, потому что члены этой семейки вырезали у мужчин, женщин и даже детей сердца и съедали их сырым, а у стариков изымали мозг и тоже употребляли его в сыром виде. Боялись их ужасно, потому что у них в замке служили самые отъявленные мерзавцы и негодяи. Несколько нападений на замок они отбили, даже выдержали трехмесячную осаду. Тогда-то и Рим, и Инквизиция обратился в Контору.
– Вот это да! – прошептал Миша.
– Когда я со своим отрядом ворвался на стены замка, который опять осаждал очередной объединенный отряд местных жителей и нескольких баронов своими воинами, то всех нас поразило спокойствие и деловитость защищающихся. Они не просто ничего не боялись, они у убитых деловито вырезали сердца и тут же поедали. Нам помогли наемники-головорезы этих баронов, осознавшие, что их тоже съедят, потому что семейка торопилась, добрать нужное количество сердец. Они были уверены, что если съедят сто одиннадцать сердец, каждый, то их будет нельзя убить. У них была очередность по поеданию сердец.
– Я о таком не слышал! – Ион сердито засопел.
Ребята Иона, застыли, сжимая кулаки, не зная верить или не верить тому, что услышали, но многие уже поняли, что пора меняться и видеть настоящую реальность, а не то, что мы думаем о ней.
Хаук покивал и пробасил:
– Тогда Рим принял решение стереть из памяти людей это происшествие. Есть кое-какие отчеты и всё. Замок мы сожгли до основания, камни сбросили в море. Те, кто атаковал замок этих чудовищ, ликовали, понимая, что обрели уверенность в завтрашнем дне. Мы сожгли и защитников замка, потому что осознали, что это люди были абсолютно ненормальными. Они ничего не боялись, но очень расстраивались, что не успели завершить обряд, так искренне верили в него. Удивительно, что это место избегало потом всё живое, даже птицы не гнездились на уступах утеса, где стоял этот замок. Скалу же назвали Скалой людоедов.
Кирилл нахмурился.
– И как это всё связать с тем, на что наткнулись мы?
– Дослушай! – Хаук криво усмехнулся. – Нам потом стало понятно, что они неправильно прочли, точнее перевели древний манускрипт, списанный с ещё более древнего папируса, который рассыпался от старости. В папирусе говорилось, что каждый обретает величие, когда сто одиннадцать сердец бьётся в его груди. Неправильно перевили слово «величие», приняв его за слово «вечность», то есть бессмертие, но самое ужасное, что неправильно прочли и еще кое-что. У египтян не было прилагательных, и древние переводчики того папируса спутали и прочли фразу «живых благодарных сердец, спасенных, не жалея жизни», как «съесть сердца живых и так спастись».
– А зачем они мозги стариков лопали? – удивился Миша
– Манускрипт разваливался, и они построили придуманную цепь из рассуждений, в которой говорилось, что мозги стариков нужны, как носители мудрости. – Хаук грустно усмехнулся. – Думаю, что они так все чем-то заразились, что сделало их ненормальными. Только в этом веке узнали, что людоедство очень опасно для самих людоедов.
– Это точно! – Боб процитировал. – Людоедство приводит к развитию прионных болезнях, которые вызывают медленно прогрессирующие поражения головного мозга, связанными с белками – прионами. Эти заболевания приводят к поведенческим, нарушениям и развития тяжелых психопатических состояний.
Один из ребят Иона тихо произнес:
– Ты думаешь, что и у нас сейчас есть целая семья маньяков? Они что-то не так перевели в каком-то манускрипте?
Хаук покачал головой.
– Может да, а может и нет. Сейчас мы должны принять за гипотезу, что родственников маньяка несколько и что-то с ними тоже не то. Возможно, из них кто-то давно был садистом-маньяком, но латентным.
– Он умный! Изощренно умный! Не психопат! – гневно проговорил один из ребят Иона. – Видишь, подарок нам прислал к Новому году.
– А социопаты часто очень умны, и не психопаты! – возразил Миша. – Эх! Они такие изобретательные и часто очень завистливые, потому что не любят конкуренции.
– Они завидуют друг другу? Я что-то не понял, ты намекаешь, что эти девицы в какой-то дальней родственной связи с самим маньяком? – Ион в сомнении поджал губы. Надо связаться с группой, которого вела маньяка в Сызрани. Поехали к нам! Надо убитую девушку отвезти в Морг и посмотреть станет она мумией или нет.
В кабинете все напряженно смотрели на экран. Известный им полковник (Кон) и майор (Василий) мрачно смотрели на них с экрана. Кон угрюмо проворчал:
– Мы нашли это чудовище. Вася, конечно, выговор получил. Такая беда, застрелил его случайно! – Кон криво усмехнулся. – Родители преступника богатые и уважаемые люди. Адвокат его семьи написал жалобу. Однако экспертиза показала, что их чудовище пуля рикошетом задела, когда Вася отстреливался при задержании. Они очень переживали, их адвокат принёс какие-то справки о невменяемости чудовища. Никто и подумать не мог, что с ним такое произойдёт. Вроде учился, работал, а потом съехал. Они считают, что он просто спятил.
– Эти твари хотели ему сохранить жизнь?! – не выдержал Тимофей.
Кон угрюмо кивнул.
– Хотели. Вот у нас и возникли кое-какие сомнения. Какая-то тень на всём этом. Адвокат вроде обычный, но мы обнаружили, что он очень дальний родственник той твари. Мы всё проверили, но он не знает, что родственник, да и сами они неплохие люди. Даже можно сказать хорошие. Маньяк сначала был абсолютно нормальным, – Кон тяжело вздохнул. – Ион, пусть твои полазят по родословным всех убитых у вас, ну и связанных с этим делом. Кое-что мы узнали, по просьбе Лёвы. Так вот у той мумии из больницы, все корни из Сызрани. Она воспитывалась в приёмной семье, но мы нашли её настоящую мать. Это первая из убитых маньяком – Регина Смирнова. Кстати, с паспортом этой мумии тоже у вас оплошка она Сверчкова, а не Скокова. Это феноменальная подделка паспорта, причём непонятно зачем. Эта мумия – приёмная дочь Марины и Игоря Сверчковых. Маньяк убил и Марину.
– Когда? – Ион это простонал. – Кон, пожалуйста, с числами, если можно и очередность назови.
– Ион, вот в этом вся и загадка! Эти Сверчковы развелись, когда девочка пошла в первый класс. Девочка осталась с отцом, который женился второй на женщине с дочкой, и она родила ему ещё одну дочку.
– Вот это да! – Миша покачал головой. – Как их судьба всех свела!
– Ты даже не представляешь, как свела! – Кон криво усмехнулся.
И все неожиданно поучаствовали запах сырой земли и горелого. Кирилл подобрался, как гигантский кот перед прыжком.
– Кон, что-то мне нехорошо. Не тяни!
– Как ты думаешь, кто двоюродный брат у этого Сверчкова? – угрюмо спросил Кон.
Кирилл вздрогнул, потому что понял, почему для него появилось эти два запаха: разверзнутой могилы и горелого. Это было связано с исчезновением их секильды.
– Парни, помните судьбу, кого у нас из-под носа уволокли? Однако, главное теперь то, что они промахнулись и дали нам время, – зло прищурился Кирилл.
Он, как все коты, любил быть независимым, но и преданность ему была не чужда, особенно к тем, кто стал объектом его заботы. Нормальная девчонка, а её судьба так скручивает, что сердце щемит, подумал он. Опять что-то тренькнуло внутри, напоминая, что уже и не скручивает её, а убили...
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: