Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Да это диагноз!

С какого момента врач становится ВРАЧОМ?

В дипломе было написано: врач.
Но по ощущениям — совсем не так. После шести лет учёбы я вышла из университета с головой, полной теории, и с руками, которые ничего толком не умели. Было страшно. Немного стыдно. И ощущение, будто я на сцене в белом халате, играю роль, не зная текста. Мне повезло попасть в интернатуру на рабочее место. Это значило, что я вроде бы уже врач — с зарплатой, с графиком, даже с пациентами. Но все назначения и диагнозы всё равно утверждались куратором. То есть ответственность не настоящая. Ошибку всегда подправят. Моё первое кесарево было на 42-й день интернатуры. Да. Я считала. Я гордилась собой до мурашек. Хотелось сказать всем: я делала операцию, сама! Но честно — тогда я всё делала по инструкции, как будто следовала рецепту. А если что-то шло не так, я не знала, как быть. Навыки в руках были, а вот мышление… не включалось. Один момент особенно запомнился. Консилиум. В отделении обсуждают непростую пациентку. Врачи спорят, перебивают друг друга, каждый что-т
Женщина-врач стоит на переднем плане, за её спиной — два врача в обсуждении. Иллюстрация передаёт момент, когда голос внутри становится голосом профессионала.
Женщина-врач стоит на переднем плане, за её спиной — два врача в обсуждении. Иллюстрация передаёт момент, когда голос внутри становится голосом профессионала.


История о том, как однажды ты перестаёшь быть фоном — и становишься врачом.

В дипломе было написано: врач.

Но по ощущениям — совсем не так.

После шести лет учёбы я вышла из университета с головой, полной теории, и с руками, которые ничего толком не умели. Было страшно. Немного стыдно. И ощущение, будто я на сцене в белом халате, играю роль, не зная текста.

Мне повезло попасть в интернатуру на рабочее место. Это значило, что я вроде бы уже врач — с зарплатой, с графиком, даже с пациентами. Но все назначения и диагнозы всё равно утверждались куратором. То есть ответственность не настоящая. Ошибку всегда подправят.

Моё первое кесарево было на 42-й день интернатуры. Да. Я считала. Я гордилась собой до мурашек. Хотелось сказать всем: я делала операцию, сама!

Но честно — тогда я всё делала по инструкции, как будто следовала рецепту. А если что-то шло не так, я не знала, как быть. Навыки в руках были, а вот мышление… не включалось.

Один момент особенно запомнился. Консилиум. В отделении обсуждают непростую пациентку. Врачи спорят, перебивают друг друга, каждый что-то предлагает. Я стою сбоку, как мебель.

И тут один из докторов спрашивает:

— А ваше мнение?

Я растерялась. Моего мнения тогда не было вообще. Я что-то пробормотала, несуразное, и замолчала. А в голове осталась фраза: а какое у меня вообще может быть мнение?..

Прошло время. Я набралась опыта. Стала уверенно ставить диагнозы, самостоятельно принимать решения. Но этот случай с консилиума почему-то не забывался.

А потом, спустя время, снова обсуждение в отделении. Тяжёлый случай. Врачи спорят. И я — не просто слушаю, а спорю сама. С доводами, аргументами, голосом. Не ради спора, а потому что знаю, как правильно.

И в этот момент я поняла: оно появилось. Моё мнение.

Не скопированное, не подсмотренное, не подсказанное. Своё.

Вот тогда я и почувствовала себя врачом. Настоящим.