Один из величайших русских художников Иван Айвазовский в жизни был не самым приятным человеком. Вздорный характер и кавказская вспыльчивость пугала окружающих, а семье живописца приходилось совсем несладко.
Любовь с первого взгляда
В 1848 году 31-летний Иван Айвазовский (урожденный Ованнес Айвазян) познакомился в доме своих знакомых с 19-летней Юлией Гревс.
«Тонкая девичья фигурка в чёрном, ещё больше подчёркивающем стройность, тёмные волосы и большие выразительные глаза незнакомки сразу же обратили на себя внимание Айвазовского, которому уже порядком надоели ужимки и улыбки окружающих его разодетых по последней парижской моде дам», – описывает эту встречу биограф Айвазовского Юлия Андреева.
Есть легенда, что отец девушки Яков Гревс, шотландец по рождению, служивший военным врачом, загадочным образом пропал в Таганроге 19 ноября 1825 года. Родственники считали, что его исчезновение было тогда как-то связано со смертью императора Александра I, умершего в тот же день. Однако затем Яков Гревс, видимо, всё же «отыскался», раз его дочь родилась в 1829 году.
Так или иначе, семья Гревсов была небогата. Юлия была вынуждена служить гувернанткой-«англичанкой», поэтому предложение руки и сердца от уже известного художника, любимца императора Николая I, восприняла, вероятно, как дар небес. Несмотря на то, что невеста была лютеранкой, 15 августа 1848 года пара венчалась по армянскому обряду в древней феодосийской церкви Сурб Саркис.
Внешне жизнь Айвазовских шла вполне чинно. Художник достойно обеспечивал семью, в которой одна за другой родились четыре девочки: Елена, Мария, Александра и Жанна. Юлия Яковлевна пыталась быть мужу верной подругой жизни. Например, во время раскопок Айвазовским крымских курганов она просеивала землю и заносила находки в каталог.
«Вывихнул руку, угрожал зарезать»
Однако подлинное семейное счастье Айвазовского, как однажды обмолвился художник, продлилось лишь две недели после скороспелой свадьбы. Портрета жены он никогда не написал, в письмах о ней упоминал редко. На совместной фотографии с подросшими дочерьми супруги подчёркнуто смотрят в разные стороны.
Однажды в 1860-м году Юлия Айвазовская, забрав детей, буквально сбежала от мужа без денег и документов. Хотя она несколько раз уходила и возвращалась, в 1860-х годах супруги уже не жили вместе. И дело, как выясняется, было не в том, что Юлия хотела сменить скучную Феодосию на столичное общество, или хотя бы на Одессу, где жила её мать и где ей проще было со временем удачно выдать замуж дочерей.
Подлинную причину семейного разлада жена художника пыталась объяснить не кому иному, а лично императору Александру II. В 1870-м году она написала царю жалобу на супруга – этот документ из фонда III отделения императорской канцелярии сохранился в ГАРФ.
Юлия Гревс признавалась, что вышла замуж по молодости, «не зная жизни», и тут же столкнулась с «ревнивым и властолюбивым» характером мужа и его «необузданной натурой». В многочисленном армянском семействе Айвазовских, по признанию автора письма, царили «восточные нравы». Кроме того, родственники делали всё, чтобы отдалить художника от жены-иностранки.
Грубое обращение Айвазовского довело Юлию до того, что она стала пугаться звука его шагов и даже присланных им писем. Когда она тяжело заболела, муж вместо сострадания начал её избивать. Однажды он бросил жену на землю так, что у неё горлом пошла кровь.
«Другой раз он вывихнул мне руку, о чём может свидетельствовать вправивший её пользовавший меня врач Эргард и таврический вице-губернатор Солнцев, посетивший меня вслед затем, – писала Юлия. – С угрозой меня зарезать он бросился на меня, больную женщину, с бритвой, я успела с силой, которую даёт иногда отчаяние, вырвать её из его рук и выбросить в открытое окно».
Царю не довелось прочитать этих душераздирающих подробностей. Дело решилось на уровне его канцелярии. Главный жандарм Одессы Карл-Крамер Кноп провел с художником-маринистом воспитательную беседу. Примечательно, что сначала Айвазовский утверждал, что жена изменяла ему с Эргардом и другим мужчинами, но затем признал, что она была неверна ему лишь «в нравственном отношении».
В 1877 году супруги оформили развод. А уже в 1883 году 66-летний художник женился повторно. Его избранницей стала 27-летняя красавица Анна Саркисова-Бурназян, которая к тому времени успела побывать замужем и осталась вдовой. По свидетельству писателя Антона Чехова, вторую жену Айвазовский тоже «держал в ежах» («ежовых рукавицах»).