Как долго тянется время в дали от родины, казалось, что этот день никогда не закончится, никогда.. Вы понимаете, что никогда, этот длинный день не хотел заканчиваться. Счёт времени уже был потерян, со всеми приключениями, время как будто остановилось, и ходило по кругу, или замерло и ничего не происходило. Постоянно какой то бег на месте. "День сурка" - день который возвращался именно на то место от куда был сделан старт, но финиша не было и мы возвращались снова. Значит, что то мы не закончили, раз время возвращало нас на круги своя.
Но что же мы не сделали или сделали не правильно, крутилось в голове Сергея мысль, неразрешимой как казалось проблемы. Почему мы возвращаемся снова в это уже надоевшее место, где можно сказать прошла суровая юность. Война, которая всегда была рядом на шаг позади, от которой приходилось защищаться или жить вместе.
Это селение находилось рядом с бывшим когда-то родным батальоном, в который всегда хотелось вернуться и не хотелось совсем уезжать на войну. Конечно, непонятный уже ближе к увольнению долг не оставлял нас, был в душе у каждого молодого солдата, «шурави», так нас называли местные жители и враги. Самое главное, что это нужно было твоей Родине, ведь ты солдат, вот и весь ответ. Но домой хотелось всегда и как можно быстрее на самом деле.
Вот и сейчас хотелось очень сильно домой, там ждали, это Сергей знал точно, потому что Зуля снилась ему почти каждый день последнее время. Сергей очень сильно скучал за этой девчонкой, ставшей для него родной за то время, которое он находился в Афганистане. Он мечтал, что будет потом, после возвращения, и поэтому в любом случае, при любых обстоятельствах, наперекор судьбы, он должен был вернуться назад, в Термез, потом в Россию вместе с Зулей.
Сергей вышел на улицу из тёмного и прохладного жилища и, взобравшись на глиняный забор, где потолще, запрокинув голову, посмотрел в небо. Небо, как всегда, было чистым, как новое стекло, небо без единого облачка и дуновения ветерка. Воздух дрожал от жары, было видно, что если присмотреться, то можно было почувствовать, как он колыхался и вздрагивал.
Всё время Сергей находился в напряжении и предчувствие опасности за свою жизнь. Хоть и утверждал и божился Ахмамад, что всё хорошо и что об этом никто не знает, кроме кишлачных жителей. Где знает один, там знают все, и как ещё «духи» не появились здесь — это был большой вопрос. Сергей и верил и не верил ему, он последнее время даже себе не верил, что когда-нибудь они покинут эту страну, но очень сильно хотел этого возвращения, потому что поездку в Афганистан Сергей считал своей, большой и безумной ошибкой. На самом деле, уже не хотелось никаких ни денег, никаких приключений и никакой войны! Но она, эта война, шла за ними по пятам и не отпускала.
Димбол последнюю неделю не выходил из длительного наркотического состояния. Он то и дело выходил по нужде на улицу и снова возвращался на своё место, исчезая в тёмных комнатах дома. И только вечером его можно было увидеть на лежанке возле костра, на котором висел железный солдатский чайник, который был всегда горячим, и от него исходил вкусный запах местными пряными травами. Он потягивал из пиалы душистый напиток и всегда пытался что-то невнятно говорить, обращаясь к Сергею, но у него не всегда это получалось.
Разговаривать с ним Сергей уже совсем не хотел, потому что всё было сказано, и цель и мечты Сергея были только об одном: чтобы побыстрее уехать, убраться подальше из этого кишлака и Афганистана. Это место, которое больше тяготило, чем радовало. Добиться каких-то внятных рассуждений на счёт возвращения домой было крайне трудно. Казалось, что Димбол вообще не собирался возвращаться или что-то делать вопреки всему, а без него Сергей не мог вернуться назад домой. Наблюдая за поведением своего друга, создавалось такое впечатление, что ему здесь всё нравилось.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ..