Долгое время я с ужасом думала, что «Улица Холодова» Евгении Некрасовой - это журналистская документалистика, читать которую мне будет

Долгое время я с ужасом думала, что «Улица Холодова» Евгении Некрасовой - это журналистская документалистика, читать которую мне будет трудно, продираясь через бесконечный фактчекинг и неймдроппинг людей, которых я не сильно то знаю, но чьи смерти скорее всего принесут мне море политического огорчения. Вариант не читать новый роман Некрасовой я не рассматривала и слава богу. «Улица Холодова» напоминает чётко сконструированный автофикшн, где Евгения пишет о себе через призму важного события, которое её сформировало. На страницах есть замечательная фраза, что Некрасова «выстраивает ментальную «улицу Холодова», на которой прямо сейчас живут и работают современные русскоязычные журналистки и журналисты. Они не боятся, или боятся и очень устают, но продолжают писать». И с самой первой страницы эта книга втягивает в себя читателя, говоря с ним на одном языке людей, детство (или отрывок жизни) которых прошло в страшные девяностые.

Мое детство было как ракета или пуля, выпущенная без цели, без направления, летящая в мифическую взрослость, рискуя разорваться по дороге или ранить кого-то.

Евгения Некрасова «Улица Холодова»