Глава 6. Имя в пыли
— Кого оставить?
Голос исчез. Как будто и не говорил. Но эхо продолжало вибрировать в костях.
— Это уже не шутка, — Лена шептала, но её голос звучал громче, чем хотелось бы. — Это что-то... что-то...
— Не «что-то», — перебила Мира. — У этого есть имя.
Никита замер. Медленно повернулся.
— Ты знала?
Она кивнула.
— Оно приходило ко мне. Не ночью. Не во сне. В зеркале. В отражении. Оно называло себя... Келарет.
Лена вздрогнула. Имя будто шевельнуло воздух. Где-то в глубине стен что-то застонало.
— Ке... что? — Слава отступил к стене. — Это даже не имя. Это... заклинание какое-то.
— Оно было древним задолго до того, как здесь появился город, — Мира говорила тихо. — Оно — из тех, кого заперли под землёй. Оно кормится воспоминаниями. Ошибками. Оно растёт, когда ты сомневаешься. Когда выбираешь не того. Когда предаёшь.
На потолке вспыхнул экран. Лица. Четыре. Затем — одно гаснет. Остаётся три.
— Кого оставить? — снова спросил голос. — Один уже сделал выбор. Остальные — заплатят.
— Я не делал выбор! — выкрикнул Никита. — Я ничего не знаю!
— Но ты думал. Ты сомневался, — отозвалось из тумана. — И Келарет слышит сомневающихся.
Пол. Под ногами — мозаика. Только сейчас они поняли, что стоят не на паркете. А на старом каменном круге. В центре — символ: глаз, внутри которого — спираль. А под ним — слово, покрытое пылью.
Мира наклонилась, смахнула пыль.
KELARETH
— Имя нельзя произносить часто, — прошептала она. — Оно пробуждается.
— Зачем ты нам это говоришь?! — Лена задыхалась. — Зачем ты вообще здесь?!
Мира посмотрела на неё. Долго. Печально.
— Потому что я родом из рода Смотрящих. Мы знали, что Келарет однажды проснётся. И я должна была найти тех, кто сможет его остановить. Или... накормить.
Никита отступил назад. Лена смотрела на неё, как на чужую.
— То есть... ты всё это знала?
— Я знала, что будет выбор. Но не знала, кто вы. Пока туман не выбрал вас.
Тьма сгустилась. Воздух сжался, как будто над головой навис потолок. Существо... Келарет... двигался ближе. Он уже не прятался. Его форма — человеческая и не совсем. Высокий. Пустой. С лицом, как у марионетки. Без глаз. Только рот. Улыбка до ушей.
— Сделайте выбор. Или я сделаю его за вас.
В этот момент Слава вдруг шагнул вперёд.
— Оставьте меня.
— Что ты творишь?! — Лена метнулась к нему.
— Я помню. Я... я пошёл в подвал тогда. Один. Я видел символ. Я коснулся его. Я... привёл его сюда. Это я. Я — слабое звено.
Существо отозвалось, почти ласково:
— Признание. Принимается. Но цена — не один. А двое. Один — по вине. Второй — по предательству.
Никита, Лена, Мира — замерли.
А экран снова мигнул.
ДВОЕ БУДУТ ОСТАВЛЕНЫ. ОДИН ВЫЙДЕТ. ОДИН ПРОСНЁТСЯ.
И тогда Лена прошептала:
— Никит… ты ведь знаешь, кто предал?
Он молчал.
Он знал.
Но сказать — значит выбрать.
А за ним уже тянулись руки Келарета.
