В современном мире крайне сложно разобраться в национальном вопросе. Допустим сто лет назад мало кто знал, кто такие белорусы или кубинцы, но когда сверхдержава ввела экономические санкции против их стран, весь мир сразу узнал об их существовании.
Сегодня военно-промышленный комплекс маскируется под благовидным предлогом — демократией. И это весьма действенный инструмент, который позволяет военным корпорациям получать значительные доходы.
Всё больше политиков, аналитиков и обозревателей в Соединённых Штатах Америки приходят к заключению, что беспрецедентные поставки оружия Соединёнными Штатами по всему миру приводят к эскалации конфликтов, а не к установлению демократии, о чём так часто говорят американцы в своих выступлениях.
Более того, четыре крупнейшие оружейные корпорации США активно участвуют во внешней политике страны.
Слова «угроза безопасности», «защита национальных интересов» и «развитие демократии» становятся лишь прикрытием для стремления гигантов военно-промышленного комплекса извлечь максимальную прибыль из военных конфликтов по всему миру. А если конфликтов нет, то их создают, и зачастую весьма грубо.
Так в период с 1917 по 1932 год, после установления власти рабочих и крестьян на Кубани, начался один из самых сложных и неоднозначных процессов в истории России — процесс украинизации.
Как местные, так и приезжие представители интеллигенции активно участвовали в украинском национальном движении на Кубани. Это движение объединяло различные группы интеллигентов, включая учителей и кооперативных организаторов, которые стремились донести свои идеи до народных масс и добиться влияния во властных структурах. В ходе Гражданской войны и последующей кампании украинизации эта деятельность пользовалась поддержкой коммунистических властей. Однако кубанцам удалось сохранить свою национальную идентичность, несмотря на попытки изменить её.
На первых порах процесс украинизации проходил спонтанно, по инициативе жителей некоторых населённых пунктов, но при активной поддержке Кубанской краевой рады и законодательных органов.
Термин «украинизация» часто вызывает негативные ассоциации, но ведь это всего лишь изучение ещё одного языка как часть культурного процесса. Насколько мне известно, сколько языков я знаю, столько раз я человек.
Так что же в этом плохого?
А то, что этот процесс не должен быть насильственным.
В самом начале украинизация проходила стихийно, по инициативе жителей некоторых населённых пунктов, но при активной поддержке Кубанской краевой рады и законодательных органов.
Сразу после своего образования в марте 1917 года Кубанская рада заявила о своих планах создать разветвлённую сеть украинских школ, расширить использование украинского языка и способствовать его внедрению в церковные службы.
После захвата власти большевиками в 1917 году они использовали карательные органы, такие как Чрезвычайная комиссия, чтобы подавить любое инакомыслие.
Это тёмная страница в истории России. Когда людей силой заставляли отказаться от русского языка в пользу украинского. И речь шла не о добровольном изучении как иностранного языка. А как иностранный язык он никому не нужен. Только песни. Ничего больше не нужно от украинского языка.
Идея кубанской независимости вызывала недоумение у казачьего населения. Они не понимали, как Москва может стать заграницей. Нежелание отрываться от России стало одной из причин признания на Кубани власти большевиков в 1918 году. Партизанское движение, разгоревшееся после занятия большевиками Кубани в 1921 году, в основном проходило под общероссийскими, а не «самостийническими» лозунгами, такими как «Да здравствует советская власть! Долой коммунистов!» или «Власть царю, земля народу». Эти особенности мировоззрения кубанцев ярко проявились в конце 1920-х — начале 1930-х годов, когда насильственно-бюрократическая украинизация выявила предпочтения и антипатии жителей Кубани. Постепенная русификация украинцев происходила не в результате насильственной ассимиляции, а вследствие естественной эволюции этнической культуры и самосознания представителей близких друг к другу этносов.
Причинами начала украинизации были давление националистически настроенных украинских коммунистов во главе с М. Скрыпником и его предшественником Шумским, которые стремились либо отторгнуть ряд территорий от РСФСР и передать их Украине, либо украинизировать их население. Причинами её прекращения стали завершение внутрипартийной борьбы и необходимость культурной унификации в государстве, а также географические рамки украинизации на территории РФ и такие факторы, как выдвижение украинцев в состав местного руководства.
Украиноязычное делопроизводство казалось населению крайне неудобным. В кубанских станицах не было спроса на украинскую книгу. Все считали, что на украинском языке можно петь, рассказывать сказки и разыгрывать сценки, но не воспринимали его как язык письменной культуры. Тем более, что до 1928 года он не имел четко закреплённых правил грамматики.
В контексте украиноязычного делопроизводства, население проявляло значительное неудобство. В кубанских станицах не наблюдалось спроса на литературу на украинском языке. Существовало убеждение, что украинский язык пригоден для устной народной культуры, такой как пение, рассказывание сказок и театральные постановки, однако он не воспринимался как язык письменной коммуникации. Следует отметить, что до 1928 года украинский язык не имел официально установленных грамматических норм.
Многие украинцы рассматривали русский язык как свой родной. Наблюдатели неоднократно фиксировали отсутствие у них мотивации к сохранению и развитию украинского языка. В Ейском районе местные органы власти неоднократно регистрировали различные искажения украинского литературного языка, которые проявлялись в районной газете, на вывесках, а также в официальных документах и бланках.
Украинское национально-культурное движение сталкивалось с серьезными препятствиями в ряде станиц и не получало поддержки со стороны местного казачества. Особенно сильное сопротивление вызывала инициатива по внедрению украиноязычного образования в школах.
9 августа 1919 года был издан циркуляр министерства, который предлагал ввести преподавание украинского языка в первых отделениях начальных училищ везде, где будет получено согласие родителей учащихся. Однако эта инициатива встретила множество трудностей даже в черноморских станицах. Во многих населённых пунктах в условиях гражданской войны не хватало средств на реформы образования, не было возможности купить новые учебники, не хватало учителей, знающих украинский язык. Такая ситуация сложилась в станицах Новопашковской, Новоминской, Старотиторовской, Черноерковской и Новотиторовской. Во всех этих станицах, кроме Новотиторовской, преподавание украинского языка планировалось ввести в 1920/21 учебном году. Жители станиц Бородинской и Хмельницкой отказались от введения обучения украинскому языку из-за недостатка средств и кадров.
В учебных заведениях более высокого уровня, чем начальные училища, преподавание украинского языка не было развито. Например, украинского языка не было в программе гимназии общества «Просвещение», находившейся в станице Старотиторовской.
Надо отметить, что население ряда черноморских станиц принципиально выступало против преподавания украинского языка. Так поступило население станиц Старощербиновской, Новороговской и Старолеушковской. Сход станицы Голубинской отверг предложение депутата Рады Костенко о введении преподавания украинского языка в местном начальном училище. Представители станицы заявили, что «украинского языка не знают и говорят на общерусском языке». В станице Кисляковской из числа родителей 918 учащихся только 53 пожелало обучать своих детей украинскому языку. Тем не менее министерство просвещения внесло предложение о его преподавании на 1-ом и 2-ом отделениях находившегося в станице Шевченковского училища. При этом только 28 из 78 родителей учащихся поддерживали это предложение. Поэтому союз учителей станицы Кисляковской отверг идею о преподавании украинского языка в училище. Он, включая украинскую активистку М.А. Сердюк, предложил создать для желающих изучать украинский язык отдельную школу.
В 1927 году в Брюховецком районе было принято решение о ликвидации украинской секции при райкоме ВКП(б). В районе только Шкуринский сельский совет перешёл на украиноязычное делопроизводство. В станице Раевской местная власть не платила школе надлежащих денег из-за того, что она была украинизирована. В станице Старощербиновской заведующий школой агитировал против образования в школе 5 украинского класса. В станицах Новоминской и Мингрельской руководство отказывалось украинизировать старшие классы школы.
К концу 1929 года местные власти на Кубани проявляли вопиющее равнодушие к реализации плана сплошной украинизации. Такая ситуация сохранялась и в дальнейшем. Представители партийного и советского аппарата назывались в числе сил, активно тормозивших проведение украинизации. Ко всему прочему местные власти препятствовали включению украинизации в число программ, на выполнение которых распространялся принцип ударничества.
Медленно шла украинизация в Ейском и Краснодарском районе. К концу 1931 года делопроизводство на украинском языке было введено только в пяти населённых пунктах последнего района. В станицах Нововеличковской, Пашковской, Марьянской, Васюринской, Динской и Новотитаровской работа по украинизации неприкрыто и откровенно саботировалась. Эти районы не удалось сделать центрами украинской культуры, как планировалось ранее. Делопроизводство, ведение бухгалтерии и изучение литературной украинской речи массово игнорировалось.
Делегаты краевого совещания уполномоченных по нацмен делам, прошедшего в июне 1930 г. в Ростове-на-Дону, пришли к выводу, что план украинизации на 1929-1930 гг. практически сорван.
«Нам сейчас некогда. Мы откладываем и более важные работы, а не то, что бы проводить украинизацию — говорил секретарь комсомольской ячейки станицы Новомышастовской. На хуторе Упорном Павловского района председатель сельского совета заявил: «Лучше убейте меня, а на украинский язык не повернете». В станице Старомышастовской председатель правления колхоза всю переписку на украинском языке клал под сукно и не отвечал ни на один запрос, присланный ему на украинском языке.
Общее отношение кубанцев к украинизации выразил опытный педагог, скрывшийся за инициалами Н.К.: «Я десять лет живу на Кубани, бывал сотни раз на собраниях граждан и никогда не слышал, чтоб масса населения, за исключением единиц хлеборобов и украинофильствующих интеллигентов, стояла за украинизацию». Профессор Кубанского сельхозинститута Ленский говорил: «Украинизация — искусственный вопрос, во-первых, «кубанцы не говорят по-украински, так как уже давно русифицированы, во-вторых, украинизация приведет к регрессу культуры, в-третьих жизнь не требует украинизации».
10 декабря 1932 г. ЦК ВКП(б) обсуждал вопрос о хлебозаготовках в УССР, на Северном Кавказе и в Западной области. Присутствовали и руководители перечисленных регионов. Сталин предал суровой критике главного вдохновителя украинизации в российских регионах Николая Скрыпника.
Антисоветские эмигрантские круги проявляли интерес к украинизации. Они стремились представить эту инициативу правительства как вынужденную меру, вызванную давлением со стороны украинцев.
К 1932 году политика украинизации уже привела к усилению шовинистических настроений среди украинцев, которые часто проявлялись в форме агрессивной русофобии и антисемитизма. Таким образом, она не способствовала разрешению национальных конфликтов, а, напротив, обостряла их.
Украинизацию на местах зачастую прекращали по собственной инициативе, как только ослабевал контроль за её проведением.
В конце 1930-х годов всё перевёрнулось, и русский язык стал обязательным предметом в украинских школах. Украинский алфавит, грамматика и словарь были адаптированы под нормы русского языка, а сам русский язык начал вытеснять украинский из повседневного общения.
В начале 1935 года Постышев признавал, что члены КП(б)У начали отказываться от украинского языка и даже перестали говорить на нём. Подобные изменения произошли и в средствах массовой информации: если в 1931 году около 90% газет и 85% журналов выходили на украинском языке, то к 1940 году эти показатели снизились до 70% и 45% соответственно.
В литературе пропагандировалась идея о том, что великие русские писатели, такие как Пушкин, Толстой и Достоевский, оказали большое влияние на украинских авторов. В отличие от предыдущего десятилетия, когда власть поддерживала украинизацию городов, новая политика была направлена на расширение влияния русской культуры в сельской местности.
26 декабря 1932 года постановлением Северо-Кавказского краевого исполнительного комитета украинизация была остановлена. Прекратился выпуск периодических изданий на украинском языке и любая издательская деятельность.
В современном мире многие люди понимают, что именно коммунистическая революция привела к нынешним проблемам и конфликтам, сопровождающимся кровопролитием.В первой половине 1933 года все книги на украинском языке, находившиеся в библиотеках, были изъяты и уничтожены путём сожжения. Остались лишь единичные экземпляры, которые в настоящее время представляют коллекционную ценность.
После этой акции последовали репрессивные меры в отношении лиц, активно способствовавших украинизации Кубани. Эти меры были оправданы.
Некоторые исследователи используют термин «принудительная деукраинизация Кубани» для описания событий, имевших место в первой половине 1933 года. Однако более корректным является утверждение о возвращении к прежнему состоянию. Были устранены ошибки, допущенные отдельными украинскими партийными работниками, которые пытались изменить языковую ситуацию на Кубани.
В течение десяти лет предпринимались попытки навязать использование украинского языка, однако эти усилия оказались безуспешным и.
В России среди населения наблюдается тенденция к ностальгии по коммунистической власти, аналогичная той, что наблюдается в Украине по отношению к Партии регионов.
Однако мир претерпевает изменения, и важно не забывать историю, не допуская её искажения. Хотя многие интерпретируют её по-своему, стараясь её переписать.
Это всё, что хотелось сказать о ситуации с украинским языком на Кубани.