Бывает психическая атака, её можно было наблюдать в фильме "Чапаев", где бравые каппелевцы делали чапаевцам нервы, но в итоге все полегли под пулемётами героических красноармейцев. А бывает паническая атака. Тоже ничего хорошего.
Панические атаки перекраивают сознание в сторону постоянного страха, сковывают мучительными ощущениями. Прикопало близким разрывом или сложился над тобой домик, а ты выбрался, но давящий ужас уже никуда не денется. Он с тобой и будет о себе напоминать, преследовать в самых неподходящих ситуациях. Или вообще от другого, ещё с гражданки. Или выткалось само из воздуха.
Вот вмекешилось в голову, а человек с этим живёт. Психологическая штуковина. Наукой это явление не исследовано до конца.
Доктор Борменталь рассказал одну реальную историю. Борменталь это позывной, отголосок из "Собачьего сердца" Булгакова.
Раньше Борменталь был психиатром у детишек. Но случилось так, что стал он лечить и взрослых и детей и собак и кошек, но не в уютном кабинете с кубиками, а в полевых условиях. И в основном штопает взрослых мужиков: орудует скальпелем, железки вытягивает пинцетом, которые звякают в таз, зашивает кривой иглой раны, в общем, делает важную работу.
Но речь сейчас не о сложной судьбе героического начмеда ШБ Борменталя (а о нём нужно писать отдельно). А вашему вниманию ниже представлен правдивый рассказ, который похож на фантастический экшн, но от этого менее правдивым повествование не стало.
Борменталь:
"Однажды в наш батальон попал боец, который постоянно мучился паническими атаками: ему постоянно казалось, что он умирает. То сердце сдавит, до давление зашкаливает, то голова кружится, то плывет всё перед глазами. Хоть со свечкой ложись и помирай.
На самом деле все эти симптомы были ложными. От приступов так называемых панических атак. Но переубедить человека было невозможно, он считал, что у него огромные проблемы со здоровьем".
Борменталь тогда подумал: Ёшкин кот, как же он воевать будет? Ведь если обстрел какой начнётся или навал — он же просто ляжет на землю и закроет голову руками. Какой из него боец?
Но толком исследовать пациента не успел, закрутился, да и у бойца свои задачи, не будет же в медицинской палатке вечно отираться.
Однажды наши бойцы на БРДМ применили военную хитрость — дали на броне кругаля и выскочили к опорнику противника уже с тыла. А противник решил, что прислали подкрепление, обрадовался.
Наши бойцы спешились, быстренько деактивировали вражеских солдат и уютно устроились в чужом опорнике. А затем радушно принимали ничего подозревающего врага, который прибывал как подкрепление или на ротацию. Встречали с хлебом-солью. Подпускали на близкое расстояние и уничтожали кинжальным огнём.
Спустя какое-то время враг понял, что в этом опорнике находятся русские бойцы. Но к тому времени бойцы уже разжились вражеской радиостанцией и слушали эфир. Они подготовились. Но не ожидали степени той яростной остервенелости, с которой обманутое командование врага обозлилось и во что бы то ни стало вознамерилось вернуть свой опорник. Вражескому командованию-то что, оно же в атаку само не идёт — хлопов своих посылает.
Накаты следовали один за другим. Враг наваливался, а затем, разбитый, отходил, отползал. И всё начиналось снова и снова. Уже и БРДМ наша сгорела. Уже все наши бойцы были изранены. Остался только один — тот, который страдал паническими атаками.
Этот мужик, единственный оставшийся в строю, во время очередной атаки противника захватил несколько пленных и заставил их стрелять по своим же атакующим. Перед бруствером постепенно росла гора деактивированных солдат противника. Это уже разглядели наши, с экрана, когда прислали "наблюдателя".
Боец же этот все эти дни донимал комбата по рации своими орами. Нет, не подкрепление просил. И не огневую поддержку. А транслировал свои панические рулады о том, как у него болит сердце, кружится голова и что он едва-едва не теряет сознание. Комбат каждый день успокаивал его, просил продержаться ещё немного и ещё... И ещё немного.
Комбат не знал, что этот боец страдает паническими атаками. Верил, что у того действительно здоровье на пределе. Боялся, что сердце откажет. Просил: потерпи, дорогой. Не умирай! Но там и без сердечных хлопот было несравненно тяжело. Практически невозможно.
Сколько суток он там так держался — я не знаю. Почему не прислали подмогу — об этом Борменталь не рассказал.
Того бойца представили к званию Героя Российской Федерации. Он выжил. Надеюсь, это представление не затеряется, как бывает теряются наградные документы таких же простых и одновременно непростых Героев.
Но так как боец от своего психического расстройства так и не избавился до сих пор, Борменталь продолжает наблюдать за этим товарищем, пытается его вылечить. А лечить голову — самое трудное, это не железку достать.
P.S. Некоторое время назад открыл для себя атмосферные рисунки Птичника. Как явление, описывающее всеобщий вселенский бардак в отдельно взятой локации — весьма любопытно. Иногда буду использовать это народное достояние для иллюстрации текстов (ну и попиарю, между делом), как и рисунки других бойцов (а талантов у нас немало).
Потому что проблема иллюстрирования текстов стоит остро. Актуальные фото нельзя, забрюленные не передают остроты момента, ретроспективные — не отражают накал современности. А рисунки, как ни странно, передают. Надеюсь, вам понравится. С уважением, администратор канала "Военвед".