В прошлом году был в Израиле по причинам читателю не особо интересным. В основном тусовался, если это можно так назвать, в городе Ашдод. Место знаменито в основном тем, что процент русскоговорящего населения на единицу площади там максимальный. Находится город в получасе машиной (или в часе поездом, там все сложно) на юг от Тель-Авива, тоже на берегу.
Как и большая часть израильских достопримечательностей, Ашдод - город ужасно старый. Финикийская база, греческое поселение, римская крепость, еврейское поселение, арабское поселение... в без малого четырех тысячах лет туземной истории чего только не было. К сожалению только мало что сохранилось. В принципе, копают и сегодня.
Современный же город довольно молод и начинает он отсчет своей истории с 1955 года, когда гражданин Леви Эшколь, бывший тогда волею судеб и избирателей премьер-министром Израиля, подписал распоряжение (а может разрешение?) о возрождении Ашдода. Задача была не то чтобы исторической, все было довольно прозаично и даже приземленно. Четырьмя годами раньше в том же районе начали строить электростанцию, а следом и порт. Все это происходило вокруг устья реки (или ручья, он в устье-то метров 10 шириной) именем Лахиш. Сегодня весь район превратили в парк, а порт развивается на север, от города подальше.
Так вот, с началом строительства выяснилась немаловажная подробность, о которой почему-то не подумали заранее: на строительстве не хватает людей. Началось все с вахт, но постепенно проявился весь идиотизм ситуации - в страну прибывает волна марокканцев, которым нужна работа. А где есть работа, там нет людей. Эти обстоятельства привели к тому, что члены 22 семей, которые в 1956 году морем прибыли из Яффо примерно сюда...
Так вот, семьи эти носили довольно экзотические для нашего уха марокканские фамилии: Эдри, Охана, Бускила, Битон, Свиса и т.д и т.п. Сегодня этим, конечно, никого не удивишь, даже ашдодский городской голова и тот Ласри. Но тогда для рафинированной (в понятиях послевоенного Израиля) европейской интеллигенции это не знающие идиш африканцы выглядели и звучали как инопланетяне. Так что задача "пойди туда, не знаю куда, построй так, чтобы всем понравилось" была вполне под стать исполнителям. Получится - хорошо, а нет, так и не жалко.
Итак, они пришли и начали. Первым архитектурным изыском явилось повторение привычной Северной Африке хижины условного дяди Тома. Стены из досок, потолки из пальмовых листьев. Со временем стены стали бетонными, крыша получила гидроизоляцию, пальмовые листья ушли прикрывать двор от солнца, а оно в этих краях немилосердно.
Я отыскал, возможно, последнюю улочку из домов той эпохи на задворках торгового и административного центра первого и самого старого района Ашдода.
Слева - как раз те самые домики из конца 50ых. Конечно, много раз перестроенные и модернизированные, но это именно они и других не осталось. Ну или я не нашел.
Стоит отметить, что в Ашдоде, в отличие от других городов мира, районы не называются, а нумеруются. Город постепенно заполняет пространство, ограниченное с запада Средиземным морем, с севера рекой Лахиш, в востока железной и автомобильной дорогами (они параллельны). Последние некогда вели из Константинополя в Каир, но именно что некогда. Политические пертурбации последних ста лет несколько сократили транспортные возможности... Тем не менее, географически там все просто и "квадратиш-практиш-гут". Номера, как требует еврейская религиозная в основе традиция, заменены буквами алфавита. У моря построен район номер один, или в местной системе "Алеф". Следующий за ним на восток - "Бет". За ним - "Гимел". На этом место закончилось и четвертый район, "Далет", Находится строго на юг от "Алеф" и начинает вторую шеренгу.
Поскольку некоторое время район был единственным, людям таки надо было делать свой бизнес. Поэтому там же поднялся первый в городе торговый центр. Его много раз перестраивали и дополняли, но вот кусочек изначального.
Состояние зданий оставляет желать много лучшего. Думаю, недалек тот час, когда все это снесут. А жаль. Хотя и содержать это в таком виде тоже нельзя. И консервировать в таком виде внутри города дорого.. Сложно все, короче.
В конце 60ых - начале 70ых город начинает бурно расти. И тут на сцену выходит новый тип строительства. Представьте себе, что надо построить много, быстро и недорого. К этому времени оформилась вчерне концепция израильского строительства, пережившая потом рубеж веков: "два прораба, три араба и одно ведро". В действительности в индустрии работали совсем не одни арабы, но общая идея была примерно такая.
Так вот, на что были похожи те дома? Под ногами песок, морозы исключены, сейсмика нулевая, подмывов тоже почти не бывает... Берем площадку, бетонируем в земле плиту из ж/б, на ней строим. Четыре-пять этажей стоят свободно, не падают. И, как можно видеть, эти дома стоят по сей день.
Скоро обнаружилось у этих зданий и слабое место. Таковым оказался пол. Поскольку самым дешевым способом строить было монолитное литье, первый этаж, на земле лежащий, оказался жутко холодным, а отсутствие толковой гидроизоляции приводило к коррозии арматуры со всеми вытекающими и высыпающимися. И к Московской олимпиаде примерно наступила эпоха столбов.
Идея состояла в том, что плита (да, плита сохранилась) будет стоять на небольших столбиках и продолжение этих столбов поведет стены вверх. При желании, а таковое появлялось иногда, между столбами размещали подвал и/или бомбоубежище (местная специфика), но основным новшеством стало отсутствие жилых помещений на первом этаже. Только вывод лестницы, различные кладовки или водяные и газовые распределители со счетчиками. Жилье - извольте подняться этажом выше. Эти проекты стали очень популярны, поскольку позволяли убрать от погоды всякое, даже обустроить несколько частных парковок. Дома вытянулись на 9 этажей влегкую (8 плюс уровень входа).
До этого момента я писал о самобытном местном типе строительства. В 1990ом году ему официально пришел конец. Много высотного жилья (места мало, людей много) понадобилось быстро, еще быстрее, совсем быстро... И началось масштабное строительство, совершенно неотличимое на вид от Москвы или Лондона той же эпохи.
Единственное и неочевидное отличие - монолит остался королем стройки. Керамзитный блок изредка шел в дело, но лишь изредка. Однако под слоем штукатурки и иногда декоративной плитки кому какое дело.
В принципе такая же картина сохранилась и на следующее десятилетие. Но мало помалу в конструкции начал проникать стальной каркас.
Эта фотография в контексте истории удалась на все 146%. Справа по улице стоит квадратная девятиэтажна из 80ых, за ней - верхние этажи домов родом из начала века. А на заднем плане, в начале уже следующего района, современная многоэтажка. В центре - одна из двух магистральных улиц, прорезавших город с севера (за спиной) на юг.
Вот так выглядит южная окраина города. Слева юг и там только пески. Дальше в пустыню строить нельзя по соображениям охраны природы. Заповедник-с.
Вот так - окраина северная. Частью здесь был пустырь, а частью старое жилье. Теперь вот вовсю строят то, что будет проходить под ярлыком "завтра". А пока у меня все.