В то же время рынки прогнозов создают множество юридических, экономических и моральных проблем. Как и в случае с бывшим менеджером «Цинциннати Редс» Питом Роузом, который делал ставки на бейсбол, ставки на события, связанные с работой или личными интересами, могут легко пересекать этические границы.
Писатель и эксперт по опросам Нейт Сильвер, который недавно опубликовал книгу о рисках и о том, как азартные игры проникли в культуру (по его мнению, в основном к лучшему), в этом году устроился на работу в Polymarket. Анализ опросов Сильвера может не оказывать прямого влияния на избирателей, но он влияет на освещение событий в новостях и, в свою очередь, может влиять на изменение коэффициентов или ставок на Polymarket, который, в свою очередь, финансируется правыми венчурными инвесторами, такими как Навал Равикант и Баладжи Шринивасан, а также аналогичными венчурными фирмами, такими как Founders Fund, соучредитель которой Питер Тиль поддерживает Трампа. (Сильвер не ответил на запрос о комментарии.)
С этой точки зрения Polymarket становится странной, почти квантовой смесью политических интересов и рыночных сил — и напоминанием о том, что на практике мы мало что знаем о том, как работают эти рынки ставок. Они могут предоставить широкие возможности для мошенничества, манипулирования рынком или каким-то образом гарантировать, что ставка будет выиграна. Например, обанкротившаяся криптобиржа FTX управляла рынком прогнозов на выборы 2020 года, который ныне осуждённый мошенник Сэм Бэнкман-Фрид назвал «удивительно надёжной» воронкой привлечения новых клиентов (которых он впоследствии мог обмануть).
Возникает вопрос: делают ли букмекерские компании ставки на своих собственных рынках, как это делают многие криптовалютные биржи, например FTX? Способны ли злоумышленники манипулировать коэффициентами ставок или автоматизированным маркет-мейкером Polymarket? Я спросил пару блокчейн-аналитиков, знают ли они о каких-либо исследованиях Polymarket или криптовалютных рынках ставок на события, но они ничего не смогли мне ответить.
Есть и более принципиальные причины, по которым мы можем не захотеть подвергать некоторые сферы жизни жестокой волатильности азартных игр. В конце концов, в каком-то смысле рынки предсказания событий могут восприниматься как торговля человеческими жизнями.
В 2001 году Агентство перспективных оборонных исследовательских проектов при Управлении информационной осведомлённости Джона Пойндекстера спонсировало разработку так называемого «рынка политического анализа», который был описан как фьючерсный рынок для торговли геополитическими рисками. Когда в 2003 году стало известно о его существовании, политики-демократы осудили его как рынок для ставок на терроризм. Сенатор Том Дэшл назвал его «стимулом для совершения террористических актов».
«Торговля фьючерсами на кукурузу сильно отличается от торговли фьючерсами на терроризм и зверства, — сказал тогда сенатор Рон Уайден. — Первое морально оправдано и представляет собой свободное предпринимательство, а второе морально неприемлемо».
Программа была закрыта. Но люди, связанные с ней, например Робин Хэнсон, с тех пор настаивают на её потенциальной полезности. «Мы планировали прогнозировать военную и политическую нестабильность по всему миру, то, как политика США повлияет на эту нестабильность, и то, как эта нестабильность повлияет на США и глобальные показатели, такие как темпы роста или цены на нефть», — написал позже Хэнсон. Он утверждал, что сенаторы-демократы хотели набрать очки в борьбе с Джорджем Бушем-младшим. Администрация Буша в то время, как СМИ, падкие на сенсации, искажали суть PAM. «Почему лица, принимающие решения, считали, что исследовательское агентство, такое как DARPA, не должно проводить исследования, чтобы выяснить, могут ли спекулятивные рынки быть полезны для правительственной разведки?» — спросил Хэнсон.
Некоторые представители военного и разведывательного сообществ согласились с этим. «Рынки прогнозирования могут внести существенный вклад в стратегическую и тактическую разведывательную работу разведывательного сообщества США», — написал Пуонг Фей Йе, консультант по разведке, в статье, в которой он сожалел о прекращении существования PAM. Статья была опубликована в «Исследованиях в области разведки», журнале, издаваемом ЦРУ.
История даёт нам основания для беспокойства, как это сделали Уайден и Дашле, что некоторые представители крайне правых политических течений будут использовать рынки ставок для сеяния хаоса. В начале 1990-х Джим Белл, крайне правый писатель-либертарианец, активный участник списков рассылки киберпанка, написал серию эссе, в которых изложил то, что он назвал «политикой убийств». Объединив недавние идеи о шифровании, цифровых деньгах и децентрализации, Белл предложил систему, в которой люди могли бы получать призы за правильное «предсказание» смерти людей, попавших в «список нарушителей прав, обычно это государственные служащие, должностные лица или назначенцы».
На практике, писал Белл, это означало бы назначение вознаграждений за головы коррумпированных общественных деятелей, которых затем убивали бы наёмные убийцы, которые могли бы анонимно получать эти вознаграждения с помощью зашифрованных цифровых денег. Согласно причудливой интерпретации закона Беллом, всё это было законно. Это было даже утопией, гарантирующей, что политики будут вести себя хорошо — согласно строго ограниченным идеологическим стандартам Белла. «Мы больше не будем избирать людей, которые будут облагать нас налогами до смерти, регулировать нас до смерти или, если уж на то пошло, посылать наёмных головорезов убивать нас, когда мы будем противиться их желаниям», — писал Белл, который позже попал в тюрьму за уклонение от уплаты налогов, а также был осуждён за преследование федерального агента. Он даже думал, что этот рынок можно было бы использовать против иностранных лидеров, сделав их миролюбивыми и послушными.
Сегодня мы могли бы назвать предложение Белла рынком стохастического терроризма. К счастью, его план ещё не реализован, но социальную и политическую динамику, на которую он ссылался, — ультрациничное неверие в демократическую политику, желание «кто-нибудь избавит меня от этого надоедливого священника?» — теперь можно найти в социальных сетях, где нигилистические толпы, иногда подстрекаемые политиками и генеральными директорами, каждый день призывают к смерти общественных деятелей. (На Manifold, рынке прогнозов, связанном с движением эффективного альтруизма, вы можете сделать ставку на то, будет ли третья попытка убийства Трампа.)
Эссе Белла остаётся тревожным радикально-модным артефактом более ранней эпохи, когда цифровые деньги и фундаменталистская вера в рынки заставляли некоторых киберпанков думать, что революция не за горами. Новые рынки предсказаний — более цивилизованные предприятия, позволяющие пользователям делать ставки на исход насилия, не поощряя его открыто. Но их создатели — многие из которых демонстрируют идеологическую привязанность к криптовалюте и её обещанию либертарианской свободы от беспорядка политики — разделяют аналогичную веру в рынки как в экспертных моделировщиков и предсказателей человеческого поведения. И богоподобное желание предсказывать будущее, от финансируемых DARPA исследовательских лабораторий до беззаконной политики Джима Белла, направленной на убийство, и азартных игр Polymarket, основанных на новостях, остаётся прежним.
Подпишитесь на канал "Жизнь Дурова: ЗОЖ, деньги, ИТ" - все самое главное о здоровье, технологиях и деньгах