Ну вот и дошли руки до тюремных записок. Уж почти семь лет прошло, - пора. А то тетрадки начинают желтеть, а бисерный (ради экономии места) почерк всё сложнее разбирать.
И начну с рассказов поразительного человека, с которым свела судьба: Димы Дурныкина.
Когда его привели в нашу просторную камеру в степной «сталинградчине», все пятеро насторожились: как-никак, убийца!
Но добрейший и безмятежный вид 40-летнего Дурныкина говорил об обратном, что и подтвердилось.
Бескомпромиссный? Да. С обостренным чувством справедливости? Да. Именно потому скоро начались конфликты с ретивыми молодыми зеками.
Как самый старый, вызвался к тюремному психологу (должность крайне полезная). Убедил, что похожего на Челентано Дурныкина надо отселять, - любые ненужные разборки никому не нужны.
- Отселять? Только в двухместную. А кто ж с ним согласится сидеть?
- Я, - ответил я, полагаясь на опыт и интуицию.
И не ошибся. Дурныкин оказался поистине «очарованным странником». Он жил природой. Голубятник, знаток лошадей и трав, на все руки мастер, отец троих детей… Он не знал, взяли ли немцы Москву и дошли ли до Сибири, но мог часами рассказывать про повадки всяких животин. И людей…
Да, как Дурныкин стал «убийцей».
Местный мажор, сын какого-то местного «туза» или олигарха, изнасиловал его 13-летнюю дочь. Соответствующее медицинское свидетельство видел директор школы, друг Дурныкина. Но его просто подменили, когда изымали, видимо, выкупив, его заявление.
В изъятии принимала участие и жена, мать девочки! Она была зла на него за то, что дети живут с отцом и безоглядно его любят.
И вот в пьяной драке убивают мужика, и в убийстве обвиняют Дурныкина.
Автографы его «размножили» с одного единственного по всему делу. Избивавшие правдолюба знакомые менты, как «оказалось», были на больничном.
Всё это со слов Дурныкина, конечно. Но, видели бы вы этого человека, да пробыли бы с ним несколько месяцев в одной камере, вам бы стало очевидно, что врать-лукавить-хитрить он совершенно не способен.
Да и объективное свидетельство есть: резюме психологов из Саратова, где Дурныкина 21 день кормили-поили «сывороткой правды»; резюме, сухой остаток которого: «Не способен… Невиновен…»
Но срок свой 9-летний Дима Дурныкин продолжает отбывать. К счастью, уже на зоне.
Верю и надеюсь, что он не пропадет. И дети его дождутся.
А вот что станет (стало?) с теми, кто уже пропал?..
P.S. Фото Димы Дурныкина по понятным причинам у меня нет. Кадры с молодым Челентано использовать неудобно. Решил поставить памятник деду Щукарю в Ростове-на-Дону, отдаленно передающий «дух Дурныкина».
В БОЛЬНИЦЕ. ИДЕАЛЬНАЯ ЖЕНА. ИЗ РАССКАЗОВ ДУРНЫКИНА
Дурныкин после реанимации лежал в палате поселковой больницы и радовался, что ему не отрезали руку.
Еще несколько дней назад она почернела до предплечья и была похожа на полено с недогоревшего костра браконьеров, спугнутых егерем, но аккуратно загасивших оконь.
Укус гадюки он бы и не почувствовал, если бы не увидел её саму, скользнувшую в лес из-под бензиновой сенокосилки.
Он стал отсасывать кровь из кончика указательного пальца. Вскоре его язык и горло распухли так, что Дурныкину показалось, будто во рту у него поселился жирный хомяк, задом своим закупоривший глотку, а щеками – задние отверстия ноздрей его утиного носа.
В больнице раздулся живот, а потом и весь торс. Несколько раз Дурныкин посетил туалет, но тело продолжало пухнуть.
Его спасли уколы и капельница.
Рядом лежал молодой розовощекий парень, переживавший, что его уволили с хлебной работы. Он был гаишником, но у него был обнаружен диабет.
К Дурныкину никто не приходил. К бывшему оперу Толику пришли родители. Он был их единственным ребенком.
Зайдя, они сына на месте не застали. Тот пропадал в процедурной.
- Он в процедурной! – сказал правду Дурныкин без мысли сдать соседа, потому что не знал, что тот уходил туда не за-ради процедур, а чтобы развлекаться с медсестрами.
Не дождавшись сына, папа и мама успели пожаловаться Дурныкину на невестку. Шалава, мол, и хозяйка никакая. Они угостили его ломтем арбуза, который принесли сыну.
Потом в палату зашла красотка с большими пакетами, набитыми фруктами и контейнерами с домашней едой.
- Он в процедурной! – доложил Дурныкин, поняв, что это и есть жена опера. Никого другого и быть не могло.
Красотка не стала ждать. Оставив пакеты, она вышла. Вскоре вернувшись, взяла пакеты и поставила их рядом с Дурныкиным.
- Ешьте, а то всё остынет. Он будет нескоро, - просто сказала она, с интересом разглядывая Дурныкина, внешне и харизматически похожего на Челентано несмотря на опухлость.
- Но это же не мне…
- Ничего, его там покормят… Даже не повернулся, когда я открыла дверь! Как зовут эту сисястую?
- Наташа! – машинально ответил Дурныкин.
- На коленях у него. И не тяжело, больному-то!?
Разговор завязался. Возникла взаимная симпатия. Красотка взяла номер телефона Дурныкина и вбила все контейнеры в его тумбочку.
Потом он угощал вернувшегося Толика. Тот удивлялся: «У нас такие же!»
- В одном магазине отовариваемся, чего уж тут…
Так повторилось несколько раз. Жена мужа не заставала. Родители кляли её и хвалили медсестёр, давая понять, что любой из которых готовы были заменить «взбалмошную девку». Медсёстры принимали жену Толика за жену Дурныкина.
- Снова приходила? Молодец! – хвалили они её.
Толик благодарил за угощение.
Дурныкин с облегчением вышел из больницы.
Продавщица Нина оказалась общей знакомой, и как-то в присутствии Ларисы (так звали жену Толика) стала сватать её Дурныкину.
- Кабы хотел, пошел бы в кусты, еще в больнице, куда звала! Нет уж, у тебя дитё, муж. Меньше родителей слушайте! Двое в драке, третий… сама знаешь, где! Это на всех загсах должно быть в камне выбито!
Однажды он ей всё же позвонил.
- А мы с Толей шашлыки готовим! Заходи, Димыч!
Дурныкин пошёл, но у калитки остановился. Что-то застопорило.
Картина семейного благополучия умилила его. Он улыбнулся, тихо крякнул, и пошел восвояси, к своим любимым голубям и перепёлкам.
Это было десять лет назад.
С тех пор Наташа родила ещё четверых детей. Толик то ли погуливал, то ли нет. Но услужливая молва пыталась Наташе все уши прожужжать. В ответ она только улыбалась, и разговор на деликатную тему мужниных похождений не поддерживала:
- Чай не мыло, весь не измылится!
Толик, пораженный таким поворотом дел, привязывался к жене всё больше и больше, а погуливал уже по инерции, из ложно понимаемого гусарства. Но и оно вскоре иссякло.
Дети росли здоровыми и красивыми.
Было в кого!
--------------------------------------------
КОТ И ЯСТРЕБ. Из рассказов Дурныкина
Кот был, как тигр, только серый, с чёрными полосами.
Хозяин-пасечник за хорошее исполнение котячьей работы выводил его в степь широкую, порезвиться. Было любопытно ему наблюдать, как тот ловил мышей на воле: становился на задние лапы, как суслик, отворачивался, демонстрируя безучастность, и вдруг прыгал, цапая потерявшую бдительность полёвку.
Вот и на этот раз залюбовался пасечник на повадку кота, ставшего ему родным. Да не заметил, что в небе, прямо над головой, замер ястреб.
Замер, - и вдруг камнем – на кота, стоявшего в позе суслика. Вцепился в него своими острыми, как бритва, когтями, и оторвал от земли.
На высоте с полметра кот отчаянно заорал, но вдруг обмяк и свесил буйну голову…
Всё выше поднимал ястреб свою полосатую жертву.
Не своим голосом заорал и пасечник, захлопал в ладоши, палкой стал бить по термосу, безжалостно вминая внутрь китайскую гофру.
Ястреб же, казалось, разросся. Крылья его словно раздвинулись до орлиных.
Кот сквозь опущенные веки уже поглядывал на солнце прощальным взглядом…
Но тут пасечник издал столь резкий, нечеловеческий звук, что когти ястреба разомкнулись (потом вспомнилось, что это был припев битловской «The Continuing Story of Bungalow Bill»).
Уже попрощавшийся с жизнью кот полетел вниз с восьмиметровой примерно высоты.
Инстинкт не подвёл. Он стал на все четыре лапы. И долго ещё поводил круглой своей головою, отходя от шока.
Пасечник гладил его, не обращая внимания на то, что испачкался кровью страдальца.
- Спутник ты мой горемычный! – поговаривал он, не стесняясь слёз радости.
----------------------------------------------------
Надеюсь, найдется Дима Дурныкин, и запишем его новые рассказы!