Ира сидела в комнате, кропотливо вывязывая спинку очередной кофточки. В их деревне работы особо не было, вот и приходилось вести кружок кройки и шитья в родной школе, единственной на всю округу, а вечерами вязать на заказ.
– Повезло еще, что в нашей деревушке все друг другу семиюродная родня по восьмиюродной бабушке и все друг друга знают. Иначе кто б меня без педогогического образования к детям-то подпустил?
– А так все знают хорошую девочку Иру, которая делает разные «красивУшки» и которую мама два года назад не пустила в город учиться одежки шить.
Ира с детства обожала рукодельничать, но мать всегда ворчала, говоря, что дочь у нее «непутевая и лучше бы шла грядки полоть да овощами на рынке торговать».
Ира никого не слушала и потихоньку вязала, продавая свои творения через интернет. Так у нее скопилась неплохая сумма, вот только духу собрать вещи и податься в город у девушки не хватало.
Дверь распахнулась, явив взору девушки недовольную мать.
– Опять свои нитки пУташь! – презрительно сплюнула женщина. – лучше бы чем дельным занялася!
Ира мысленно поморщилась. Безграмотная речь родительницы уже давно была для нее сродни скрежету вилки по зеркалу. Но как тут выскажешь? Мама все же!
Поэтому девушка скрипнула зубами и отложила вязание.
– Ты давай тут это... того самого... прихорошися да на кухню приходи. Там тебя гость ждет, – хитро улыбнулась мать и вышла.
– Какой еще гость? – недоуменно хмыкнула девушка, пожав плечами.
Прихорашиваться она не собиралась, а потому просто пошла на кухню да так и застыла на пороге.
За столом сидел шкафообразный молодчик, уплетая борщ с громким сербаньем.
Услышав шаги, парень поднял глаза и расплылся в довольной улыбке.
– Привет, – пробасил он, скользя по точеной фигурке девушки масляным взглядом.
Ира поежилась.
– Как корову на рынке осматривает! – мелькнуло в мозгу.
По спине пробежал липкий холодок. Было в этом "добром молодце" с необремененным интеллектом лицом что-то пугающее и отталкивающее.
– Хороша невеста! – вдруг пробасил парень.
«Кто невеста? Зачем невеста? Почему невеста?!» – панически забилось в висках.
– Мам, это кто вообще? – внезапно севшим голосом спросила Ира.
– Яшенька, муж твой будущий. Клавдии Семеновны внук, – блаженно проворковала женщина, сложив руки бутончиком.
– Кто?! – ошалело переспросила девушка – какой еще муж, мама?!
– Как какой?! – всплеснула руками женщина. – Работящий, хозяйственный, с золотыми руками! Он мне теплицу починить обещал!
– Теть Валь, кстати, где у вас инстрУменты можно взять? Я б прям щас вам все и сделал! – улыбнулся Яша.
– Ой, Яшенька, золотце мое, в сарае посмотри, – сладко пропела Валентина.
Парень кивнул, встал из-за стола и широкими шагами вышел из дома. Проводив работничка взглядом, Валентина подошла к дочери и, схватив ее за локоть, зашипела:
– Ты видала те ручищи?! Он тебе ими и огород вспахает, и дом построит! Золото, а не парень! Ведь мы-то с отцом чай не молодеем!
– Вспашет, мама! Вспашет, а не вспахает! – не выдержала Ира. – Он этими ручищами не только вспашет, но и прибить может!
– Ты б потише вопила-то! – шикнула Валентина. – Я у бабки егойной узнала: Яшка хороший парень. Не пьет, не куряет, добрый! Пытался в городе устроиться, да умом не вышел. В деревню вот вернулся.
– По нему и видно, что умом не вышел, – фыркнула Ира.
– Так тебе чай с ним не кроссворды разгадывать в семейной жизни-то, – усмехнулась мать.
Девушка фыркнула, высвободила локоть из цепкой материнской хватки и ушла к себе в комнату, громко хлопнув дверью.
Счастливая Валентина готовила ужин. «Ничего, перебесится девка» – говорила сама себе женщина, переворачивая скворчащие на сковороде котлеты.
– Семка, ты-то че про нашего будущего зятька скажешь? – спросила она мужа.
Семен делал вид, что не слышит. Сидел за кухонным столом в ожидании ужина и читал газету.
– Семка! Старый ты пень на мою голову! – вызверилась женщина. Подобное поведение мужа всегда ее бесило.
– Зять как зять, неча взять – буркнул он, нехотя убирая в сторону «желтушный листок» – А чегось Ирка-то, так и ерепенится?
– Пущай поерепнится! Все равно будет как я сказала, – припечатала Валентина и недовольно добавила:
– Хоть какая-то от нее польза будет, а то ишь, удумала, в город ей надо, карьеру каку-то строить!
– И то верно, – согласился Семен. – Нешто нашей Ирке Яшка совсем не понравился? Видный же парень, рукастый, а она от сватовства отказалась?
– Мало ли, кто нашей царевне не понравился! – фыркнула Валентина – Парень он простой, работящий! Нам с тобой помогать будет! А ей все принцев подавай!
Поджав губы, женщина остервенело переворачивала котлеты, словно они были в чем-то виноваты. Упрямство дочери выводило ее из себя.
– Мы такими не были. В свое время слово против воли родительской боялись сказать! – негодующе выпалила она после паузы.
– И не говори! А сейчас больно умная молодёжь пошла, – поддержал жену Семен. – ничего, стерпится - слюбится! Будут жить-поживать да детишек рожать.
Валентина и Семен не понимали стремлений дочери. Все ее желания казались им блажью, особенно стремление «выйти за муж по любви».
– Начитаются всякого, насмотрятся, а потом любвю им подавай большую, – ворчала Валентина. – Я вот за тебя, ирода окаянного, как-то без любви вышла и ничего, живем уже тридцать лет, дочку вырастили. И Ирка также с Яшкой уживется.
– Когда сватов-то звать будем, заноз…эм…золотце мое? – спросил Семен, доставая из шкафчика тарелки и помогая жене накрывать на стол.
– Ой, Семка, не знаю! Ближе к осени наверно, когда урожай поспеет. А зимой свадебку сыграем, – ответила женщина, ставя на стол сковороду с котлетами.
Ирина не находила себе места. Девушке было страшно идти против воли родителей, но иного пути не было.
Свое будущее она представляла иначе. Ее дальнейшая жизнь в мечтах никак не была связна с деревенской рутиной и шкафообразным Яшей.
– С ним даже говорить не о чем! Как с таким жить-то?! - рассуждала девушка, панически кидая вещи в чемодан.
«Сегодня за ужином я скажу родителям, что уеду в город и буду там строить свою жизнь!» – решительно подумала Ирина и вздрогнула от недовольного окрика из кухни.
– Ирка! Иди ужинать!
В воздухе витало напряжение. Сердце девушки бешено заколотилось. «Сбежать бы сейчас сверкая пятками и закрыться в своей комнате», – тоскливо подумала Ира и тут же одернула себя:
– Нет! Если я сейчас не отстою себя, то вся жизнь пойдет насмарку».
– Ну что, ты все обдумала? – спросила мать, накладывая еду в тарелку дочери.
– Да, мама, я хорошо подумала и мое мнение не изменилось, – жестко ответила Ирина, вставая. – Я хочу уехать в город и буду строить свою жизнь там!
– Посмотри, отец, она собралась свою жизнь строить, а на долг перед родителям наплевать! – рассердилась Валентина. – Ириша, ты же нам по хозяйству в силу худосочности своей помогать не можешь, а Яшка силен, да и руки у него золотые, идеальный помощник!
Ира съежилась, ощущая на себе тяжелые взгляды родителей.
– Я благодарна вам за то, что вы меня воспитали и выучили, – спокойно сказала девушка. – Но я хочу прожить свою жизнь сама! Мои работы неплохо покупают, я смогу жить в городе и помогать вам!
– А Яша как же?! – ошалело спросила Валентина.
– Я не выйду за Яшку! Не нравится он мне!
– Живешь тут на всем готовом и еще носом крутишь! – вызверилась мать – В город собралась! Лябофь тебе подавай! Да с Яшкиной семьей каждая девка нашей деревни мечтает породниться! Он парень рукастый!
– Лучше в монастырь уйду, чем за этого шкафа без мозгов выйду! – сплюнула Ира.
– Выйдешь, – севшим голосом произнесла Валентина и принялась за ужин.
Ирина же вышла из-за стола, так и не притронувшись к тарелке с едой. Она твердо решила уехать в город.
Когда родители уснули, она тихонько вышла из дома и направилась на вокзал, молясь всем силам мироздания, чтобы были билеты на проходящий поезд.
С того момента как Ирина уехала в город прошло уже больше года. Она высылала деньги родителям и изредка звонила, чтобы поздравить с праздниками.
В один из таких дней она наконец услышала по телефону от матери смущенное:
– Ириш, прости меня, старую. Ты ведь у меня творческой всегда была, в бабку свою пошла по отцу. То меня и бесило. А можешь мне шаленку связать, а? Я всем соседям хвастать буду, какую красоту у меня доча создает!
Понравился рассказ? Напишите своё мнение в комментариях.