Для единства русского народа в XX столетии, рождение «украинства», было сродни появлению «унии» для Православной Церкви.
В огромное национальное тело был внесен вирус раскола и в «украинство» отпало не малое число русских людей.
Огромную роль в перерастании этой местной южнорусской болячки, в полномасштабную региональную эпидемию внесло то «всероссийское взбалтывание», которое раньше у нас любили называть «великой и бескровной революцией».
Февральская предтеча «великой и бескровной» трогательно заботясь о самоопределении инородцев, легализовала в России «украинство» и попутно запустила механизм разрушения единства страны.
В свою очередь, большевики, как истинные интернационалисты и радикальные русофобы, стали проводить в стране различные национальные «коренизации», в череде которых наиглавнейшей надо признать «украинизацию».
Именно коммунисты организовали массовое распространение «украинства», этого одурманивающего наркотического средства для южнорусского населения.
Насильственная «украинизация» в советские времена, приняла поистине удивительные масштабы, вследствие неимоверных усилий партийного и советского аппарата в союзе со всевозможными деятелями «украинского» движения (в подавляющем своем большинстве все они были социалистами).
Вливание «украинских» химер даже и в советском их преломлении, в таких сверхчеловечески огромных дозах, конечно, не могло не дать определённых результатов.
На свет появился типаж «украинца», своеобразно сочетающий в себе советский материализм и «украинский» партийный национализм.
Не следует думать, что сознание населения РСФСР, в отличие от УССР, не было подвержено той же «украинизации».
Мы, русские, жившие в административных границах РСФСР, испытывали тоже давление только в мягкой её форме.
Если бы во времена Российской Империи, русскому жителю С.-Петербурга кто-нибудь начал рассказывать о том, что жители Киева и Минска – представители 2 отдельных, но «братских» русскому славянских народов, причём, один из них носит столь неказистое и искусственное название, как «украинский», то он вызвал бы только непонимание, о чём идёт речь или удивление от этой выдумки.
Советская же историческая наука, начиная со школьной скамьи, всем нам, жившим в РСФСР, рассказывала, что какие-то неведомые «украинские» земли попали в состав Литовского государства (XIII-XV вв.), затем перешли в Речь Посполитую и воссоединились в XVII веке с Русским государством, уже под названием «Украины».
Нам рассказывали, что то ли со времён Киевской Руси, то ли чуть позже единая древнерусская народность разделилась на 3 самостоятельных ветви, из которых сформировались 3 отдельных самостоятельных народа: белорусский, «украинский» и русский.
Насаждаемая насильно «украинизация» в советские времена практически никогда не ослабляла своего давления на подвластное коммунистам южнорусское население.
Для советской власти не было большего внутреннего идейного противника, чем русское самосознание, а потому политическая разделённость русской нации на 3 «братских» народа, было важной идеологической установкой партии.
Михаил Смолин
