Детство — это не место. Это состояние.
И у каждого оно было своим. У меня — это барак у железной дороги, гудки поездов, которые мы слушали как музыку и маленький козлик, ставший моим первым настоящим другом.
Я жил в Заречном, но мне казалось — в мире
Мы жили просто. Очень. Один барак — несколько семей. Тесно, шумно, но по-своему тепло. Папа работал на железной дороге, мама — инженер, строгая, но мудрая. Ни богатства, ни комфорта, но была какая-то основа — ощущение, что это твой старт, а не тупик.
Козлик как смысл
У нас не было ни кошки, ни собаки. Но был козлик. Маленький, немного глупый, но очень живой. Он был нашим другом, поводом играть, смеяться, быть добрее. Мы его кормили, звали по имени (которое постоянно меняли), и представляли, что он — герой в мире, где всё возможно.
Потом он умер. И мне казалось, что с ним умерло что-то очень важное во мне. Чистое, светлое, доверчивое.
Гриша и его опасные игры
Гриша (мой сводный брат) был старше и сильнее. С ним было страшно. Не потому что он был злой. А потому что он придумывал такие игры, в которые не хотелось играть, но и не играть было стыдно.
Одна из них — «Самолёт». Мы ждали, пока пролетит настоящий самолёт, и кто первый его замечал — кричал:
«Самолёт, самолёт, забери меня в полёт!»
Я кричал — потому что все кричали. А внутри молился, чтобы никто не заметил, как мне страшно. Потому что быть трусом — это худшее, что могло произойти. Особенно рядом с Гришей.
Самая опасная игра — с поездами
Была ещё одна игра. Камни на рельсы. Мы укладывали их так, как будто могли остановить состав. Это было страшно. Очень. Я знал, что это опасно. Что может случиться беда. Я боялся. Но он говорил, что я трус, если не сделаю этого.
📌 Тогда я впервые понял, что быть храбрым — не всегда правильно.
Когда ты не герой своего детства
Я не был смелым. Я не был лидером. Я был тем, кто наблюдает. Тем, кто боится. Тем, кто осознаёт.
И знаете, с возрастом я понял: это было моим суперспособностью. Я не шёл туда, куда шли все. Я не нарушал правила, если чувствовал, что внутри мне плохо.
Что я вынес из этого
📌 Железная дорога — как жизнь. У неё два пути: можно ехать по рельсам. А можно пытаться их ломать.
📌 Игры с риском не делают тебя взрослым. Делают тебя травмированным.
📌 Быть трусом — значит иногда просто остаться живым.
📌 Если ты не лидер — это не беда. Важно, кем ты стал, когда все ушли.
И ещё…
Лена (моя сестра) была мне ближе. Мы не делились многим, но я чувствовал, что она рядом. Что она — свой человек. Мы были разными, но в ней было что-то, что помогало мне держаться. Тихая защита. Без слов.
📍 Был ли в твоём детстве человек, который тащил тебя в опасность?
📍 Или, наоборот, кто-то, кто молча держал за руку, пока ты молчал от страха?
Расскажи об этом. Это важно. Не для меня. Для тебя.
В следующем эпизоде — семья: дяди, тёти, бабушки, дедушки и брат Гриша, которому жизнь бросала слишком много вызовов. И как на этом фоне родилось желание уйти. Навсегда.