Когда говорят об этом человеке, обычно употребляют слова: легенда академии, светило юридической науки. И это не лесть, а дань уважения и искренняя признательность. Речь идет о докторе юридических наук, бывшем профессоре кафедры теории государства и права Саратовской государственной академии права (ныне – СГЮА) Байтине Михаиле Иосифовиче.
В преддверии 80-летия Великой Победы делимся воспоминаниями Михаила Иосифовича о его юности, пришедшейся на трудные годы Великой Отечественной войны.
«Я только окончил Московский юридический институт, когда началась война. С первых ее дней – бесконечные ночные дежурства в институте на крышах зданий. С 1 июля 1941 года я работал на строительстве оборонительных рубежей на линии реки Десна, на дальних подступах к Москве: Ельня, Рославль, Фаянсовая. С января 1942-го по декабрь 1943-го был секретарем комитета ВЛКСМ на «Трехгорной мануфактуре» в Москве.
Затем до конца войны работал в аппарате московских областного и городского комитетов ВЛКСМ (МК и МГК) первым заместителем заведующего отдела пропаганды и агитации. В конце войны был утвержден помощником первого секретаря МК и МГК.
Воспоминаний много, в основном благодаря встречам с интересными людьми, работниками искусства, их поддержке. Однажды у нас на «Трехгорке» выступала фронтовая бригада ГИТИСа под руководством Николая Озерова. Да-да, того самого. Он был худющий, длинный, живой! После концерта мы сидели в небольшой комнатушке и ели с большим аппетитом холодные котлеты с почти замороженной картошкой, черный хлеб и пили чай с сахаром – такое лакомство! Или вот еще пример. Над нами шефствовал Художественный театр, и однажды ведущая группа этого театра бесплатно дала концерт. А среди артистов были Тарханов, Ливанов, Яншин, Андровская, Степанова. Это было просто невероятно! Мы получали неоценимую помощь и поддержку.
Визиты артистов связаны еще и с тем, что «Трехгорка» – одно из немногих московских предприятий, куда пускали иностранных гостей: все остальные были засекречены и проходили под номерами. Тот коллектив, в котором я работал, очень помогал чувствовать себя нормально: не паниковать, а спокойно делать свое дело. На предприятии дневали и ночевали мать Олега Кошевого, мать Зои Космодемьянской, которая постоянно рассказывала о своей дочери. Во время работы в отделе пропаганды и агитации я познакомился со многими молодыми поэтами.
Конечно, проблем было море, ведь постоянно нужно было работать на фронт: более 700 дней и ночей и максимум 5-6 часов сна в день, а то и вообще без сна, в холоде и в голоде. И на решающих участках работала молодежь возраста примерно наших студентов. Во-первых, было очень тяжело с оборудованием: оно постоянно ломалось и его необходимо было ремонтировать. Во-вторых, надо было продумывать организацию производства. В-третьих, были бесконечные перебои с сырьем.
Вот один эпизод. Я вернулся после обхода комбината в час ночи. Только лег спать, в половине второго – звонок: комсорг с прядильной фабрики Дарья Семенова (кстати, впоследствии ставшая депутатом Верховного Совета, а затем и членом президиума Верховного Совета). Шел снегопад, за два метра ничего не видно. А на комбинате было огромное количество цехов, и с ткацкой на прядильную фабрику по «железке» перегонял шпули такой маленький паровозик, который обслуживали пятеро пенсионеров. И он застрял, а это остановка производства, а если прибавить еще, что тогда у нас было Красное знамя труда, то понятно, что могло произойти. Но людей не было. Я побежал в комитет комсомола, и через полчаса 30 человек уже были на месте: кто-то расчищал пути, другие переносили шпули на себе пешком туда и обратно, пока не пошел паровоз, и полностью обеспечили прядильный цех. На следующий день в 8 утра заведующий прядильного цеха доложил на собрании, что они смогли выйти из ситуации только благодаря комсомолу. И таких благодарностей – очень много.
И делали ведь за что? На деньги тогда рассчитывать не приходилось: их просто не было. Самая большая плата – тарелка супа с молочной лапшой или кислыми щами, но и за это мы были очень благодарны. Откуда, казалось, можно взять такую производительность, а давали, невзирая на все трудности и ужасный холод. Может быть, сейчас это непонятно, но у молодежи тогда было много энтузиазма: мы за полтора часа могли собрать полторы тысячи человек комсомольцев. А сколько из наших ребят занималось на медицинских курсах, сколько ушло в армию, в ПВО! Мы держали шефство над многими госпиталями, над курсами младших лейтенантов 33-й армии, которая защищала Москву.
Отдельного упоминания заслуживает история про подписки. Тогда очень часто их использовали для займа денег на нужды фронта. Представьте, какие тогда быки зарплаты, но, тем не менее, всегда 100 процентов работников отдавали необходимую сумму. И однажды был случай, когда девушка хотела выписать 300 процентов своей зарплаты. Она говорила: «А что я? Главное, чтобы Гитлера победили». Очень долго пришлось ей объяснять, что нам важно, и чтобы Гитлера победили, и чтобы с ней все хорошо было, ведь ей тоже как-то жить надо. Смогли уговорить на 150 процентов. На меньшее она не соглашалась».
#НаучныйПолк #НаучныйПолкСГЮА #Победа80