Над головой нависало свинцовое небо. Оно почти сливалось с клубами промозглого тумана, разогнанного имперским десантным кораблём класса «Марс».
Инквизитор Фамулус неспешно сошёл с трапа на мягкий ковёр травы. Дикий ветер гонял по зелёному морю призрачные волны влажного серебра, гнул долу яркие венчики полевых цветов. Сквозь тяжёлые силовые латы ощущалась пронизывающая промозглая сырость. Воздушные фильтры гермошлема пропускали тающий аромат, наполненный горьковато-сладким запахом влажной земли, трав и цветов, которые напоминали о покое и забвении.
Пока поисковая группа – свита инквизиторов, отряд Адептус Сороритас, и приданные им в помощь отделения Имперской Гвардии, – высаживалась на поляну, отбивая коваными сапогами дробь по металлу трапа, Фамулус огляделся. Встроенные в гермошлем компактные сенсоры прозондировали окрестности, а на окуляры была выведена краткая информация об окружающей среде. Никакой угрозы, опасности, да и просто подозрительной активности вокруг обнаружено не было. Лишь темнеющий вдали лес казался живым, словно затаившийся зверь. Казалось, будто деревья странно, незаметно двигаются, а их ветви неестественно шевелятся, и во всём ощущалась враждебная настороженность. Фамулус глубоко вдохнул и выдохнул, успокаивая чувства. Да, стоило признаться самому себе, что годы заточения в отдалённом мире-монастыре, среди вечных льдов и снегов, притупили боевую закалку. Как бы это не умалило его ментальные силы – у него появилось предчувствие, что здесь они ему будут очень и очень нужны. Что-то в этой тишине и покое было не так. В них чувствовался тонкий, сладковатый привкус лжи, таящей смертельную угрозу.
Мир, названный Арквилея 1, был обнаружен имперской исследовательской экспедицией около года назад. В условиях непрекращающейся войны с внешними и внутренними врагами, да даже и просто ввиду того, что Империуму было необходимо кормить миллиарды граждан, обнаруженная планета стала настоящим подарком. По своим физическим характеристикам найденный мир не только не уступал мирам Империума, но даже и превосходил их своей первозданной чистотой. Благоприятные условия позволили быстро развернуть колонию и начать работы по разведке и добыче ресурсов. А отчёты, посылаемые в Администратум, свидетельствовали о том, что работы идут быстро, строго по плану и даже с некоторым опережением. Спустя какое-то время, стало понятно, что колонистам ничего не угрожает, и крупные контингенты Астра Милитарум были выведены с планеты и переброшены на другие, куда более напряжённые и сложные участки. Остался лишь необходимый гарнизон сил планетарной обороны с частями поддержки. И какое-то время всё шло хорошо…до тех пор, пока Арквилея 1 не замолчала. Отчётов больше не было, а на сигналы колония не отзывалась. В Администратуме забеспокоились приняли решение отправить на Арквилею экспедицию, которая должна будет разобраться на месте, что к чему.
Фамулус недоумевал, почему выбрали именно его? Его, запятнавшего себя безумием ереси? Его, едва прошедшего искупление? Даже учитывая его искреннее раскаяние и возвращение к Свету Императора, ему светило, в лучшем случае, сожжение заживо, а в худшем – болезненная операция превращения в киборга-фанатика, арко-флагелляция. Однако ему дали второй шанс. За него просили его коллеги-инквизиторы во главе с самим инквизитором Винченте, что было особенно странно. Ведь именно Винченте он чуть не убил, когда попытался защитить свою еретичку-ученицу. Почему его простили, для него оставалось загадкой. Возможно, причиною стал его дар. Умение проникать в сознание, видеть мысли, угадывать намерения, его чувствительность к тонким материям. Это особенно ценно, когда Империум нуждается в каждом, кто может его защищать. При этом, у Фамулуса не было иллюзий — он понимал, что его свита, на самом деле, его конвоиры, которым приказано следить за действиями Прощённого. И если что-то, хоть что-нибудь, пойдёт не так, насчёт своей дальнейшей судьбы Фамулус даже не сомневался. Однако теперь Фамулус вряд ли встанет на путь ереси. Последние потрясения, обнажившие ложь, из-за которой он пал, а также годы заточения заставили по-новому взглянуть на многое.
К Фамулусу подошла его коллега-инквизитор. Её воронёные латы с серебристыми вставками запотели на промозглом холоде. Продолговатые линзы окуляров изящного гермошлема отливали кроваво-красным.
– Псайкер говорит, что здесь произошёл мощный психоэмоциональный всплеск. Около трёх месяцев назад, брат Фамулус, – промолвила инквизитор, – Как раз тогда, когда перестали приходить отчёты в Адептус Астрономика. След от него ещё очень отчётлив.
Фамулус был с этим согласен. Он тоже ощущал возмущения в эфирном поле – как круги на воде от брошенного камня. Это какой силы должно было быть возмущение, чтобы не затихнуть до сих пор! Даже если брать во внимание чувствительность и податливость тонких материй под покровом реальности.
– Это было нападение? – поинтересовался инквизитор.
– Не похоже, – покачала головой бледная дама с длинными белоснежными волосами, закутанная в тёмную робу. В руке она держала психосиловой посох с бронзовой аквилой на навершии. Деметра Прайм. – Я не ощущаю ярости и ужаса, след от которых отчётлив после сражений и разносится по тонким материям на приличные расстояния. Скорее…скорее здесь трепет, восторг…отчаяние…надежда. Это похожи на те ощущения, которые возникают у человека, когда он получает то, чего очень долго ждал.
– Что это значит? – насторожился Фамулус.
– Возможно, я неправильно выразилась, Ваше Преосвященство, – тряхнула ломкими волосами Деметра, – Но как сказать лучше, я не знаю.
Фамулус кивнул. Ладно.
– А варп? – спросил он.
– Я не чувствую следов прилива или затопления, – ответила псайкер. – Тем более, за последние два года здесь не наблюдалось никаких бурь и штормов. Эфирный фон очень спокоен. Да и Хаос не ощущается. Если бы это был прорыв, мы бы это почувствовали.
– Может быть, тут поработали колдуны и демонопоклонники? – предположила инквизитор Вейл.
– Не похоже, – возразил Фамулус. – Действительно, если бы это было прямое нападение, то сработала бы аварийная автоматическая система защиты, а мы бы давно поймали их сигнал о помощи. Но этого не было. На картах база выглядит целой. И планетографы уверяют, что следов атаки или саботажа нет. Остаётся только внимательно осмотреться.
Выстроившись в походный порядок, отряд двинулся в сторону леса. Во главе отряда – Фамулус и Вейл. Рядом с ними — их свита. Инквизиторы и рослые, закованные в тяжёлые латы крестоносцы прикрывали псайкера и аколитов. Их, в свою очередь, прикрывали Сёстры и гвардейцы.
Прочитав короткую молитву, сконцентрировав таким образом силы, Фамулус сосредоточился на ощущениях. В лесу, сквозь фильтры гермошлема, слабо чувствовался запах палой листвы и горьковатой свежести. Фамулус слышал шёпот ветра в скрипучих ветвях и тёмной листве, свивающих над ними и вокруг них плотную сеть. Словно скользящий по коже шёлк ощущал он движение тонких энергий, пронизывающих пространство. Обжигающие прикосновения. Эхо далёких всплесков страха и надежды, разочарования и радости, злости и наслаждения. И по мере того, как они шли, эти ощущения становились всё более отчётливыми. Они обдавали холодом прикосновения хищной стали, теплом согревающего огня, пляшущего в домашнем очаге, обжигали ударом плети по обнажённой плоти.
Но было и ещё одно. Навязчивое и липкое как воспоминание о врезавшемся в душу ночном кошмаре. Это было ощущение слежки. Озираясь по сторонам, меняя приближение и режимы встроенного в шлем визора, Фамулус осматривал колючие заросли, вглядывался в переплетение ветвей, в клубы тумана между корявыми, кривыми стволами, на которых устроились колонии желтоватых грибов и ярко-зелёного мха. Но листья и ветви шевелил лишь заплутавший ветер.
И всё же Фамулусу казалось, что кто-то неусыпно за ними наблюдает. Но кто или что? Эти ощущения не были похожи на обжигающую смесь ужаса и праведной ярости, рождаемых нечистым присутствием богомерзких тварей Хаоса. Это ощущение напоминало эхо монотонно пульсирующей настороженности и смутной тревоги. Однако без вмешательства сил Эмпиреев дело явно не обошлось. А где Эмпиреи – там жди беды. Хотя при этом более-менее стабильный ритм тонких энергий исключал факт прорыва энергий варпа. Тогда откуда эти колючие ощущения чьего-то присутствия?
Фамулус решил поделиться своими ощущениями с коллегой по личному каналу связи.
– Да, – согласилась инквизитор Вейл, – у меня те же ощущения, и я хотела поделиться ими с тобой, брат Фамулус.
– Ты можешь понять, что это?
– Затрудняюсь ответить, – призналась Вейл. – Это нечто, как будто бы, повсюду. Оно разлито в воздухе. Деревья, кусты, трава, камни. Как будто…как будто, лес следит за нами.
– Как ты считаешь, это Имматериум?
– Понятия не имею, – в голосе сестры Вейл звучали раздражённая неуверенность и тень досады. Она помолчала, а потом ответила. – Псайкер не чувствует проявлений варпа, но в Эфирной Плоскости что-то есть. И это что-то очень даже разумное и очень даже живое. Хотя… Хотя оно всячески старается от нас скрыться. Надо быть готовыми ко всему.
– Похоже, ты права, сестра…
Лес поредел, и впереди замаячила поляна, затянутая туманом. В белёсых клубах, вьющихся на завывающем ветру, темнели очертания островерхих сторожевых башен и стен силовых заграждений, окружавших лагерь.
– Вот и исследовательская база, – промолвила Вейл.
– И выглядит она заброшенной, – ответил Фамулус. Информация, выведенная мини-компьютером на визор, свидетельствовала об остутствии всякой охраны и неактивности силовых заграждений. – Даже ворота открыты.
– Святый Император! Что же тут произошло? – выдохнула Вейл.
– Сейчас и узнаем, – Фамулус дал знак следовать за ним.
***
Продолжение тут: https://author.today/work/414066
***
Искренне Ваш,
Василий Московский