Медиапроект «Наследили» рассказывает о Михаиле Лентовском — мальчишке из Саратовской губернии, который влюбился в театр и сделал его доступным и понятным для многих москвичей.
Фейерверки над прудом, иллюминированные лодки, водные сражения броненосцев, балеты у воды и купающиеся нимфы — все это не фантазия, не сцена из исторического фильма и даже не пост в духе «а раньше-то умели делать красиво». Это Москва конца XIX века. И режиссировал все это один человек — Михаил Лентовский. Артист, продюсер, театрал, шоумен, ивентер, предприниматель, режиссер — неважно, как его называть.
Эта история могла бы остаться лишь в старых газетах, если бы не Мария Кравченко — автор Telegram-канала Old Russia with Masha, исследовательница дореволюционного быта и героиня нашего подкаста «Наследили». Именно Мария погрузила нас в эпоху Лентовского и рассказала о его наследии. Энергия, с которой она говорила о нем, заразительна: «Он был человеком-феерией», — говорит Маша. Но мы бы назвали его проще — величайший шоумен Москвы.
Лентовский родился в Саратовской губернии. Детство — мягко говоря, не из легких: отец пил, семья жила в бедности, мальчика с детства таскали по свадьбам и гуляньям со скрипкой. Все изменилось, когда он попал на спектакль в театр. Один раз. И этого хватило, чтобы загореться. Мальчишка пишет письмо самому Михаилу Щепкину, театральному титану того времени, и получает ответ. Щепкин приглашает его в Москву, дает кров, кормит, обучает и вводит в театральную среду. Это не преувеличение — он буквально спас этого подростка. Вся история Лентовского начинается с этого письма. И в ней будет все: и Малый театр, и гастроли по стране, и режиссерские опыты, и главное — собственные проекты, которых еще не было в России.
В 1878 году в Москве появляется сад «Эрмитаж» на Божедомке — не путать с сегодняшним. Сад Лентовского был настоящей феерией. Там были сцены, рестораны, музыкальные площадки, иллюминация, лодки, фонтаны, представления на воде, оркестры, балет и невероятные декорации. Его описывали как нечто, с чем не могли сравниться ни Париж, ни Лондон, ни Нью-Йорк.
Лентовский придумывал шоу, в которых участвовали сотни человек. Ставил «Путешествие на Луну» по Жюлю Верну с пушкой, из которой реально стреляли. И все это он делал не для элиты, а для простых москвичей. Его любимая публика — зрители с верхних ярусов: рабочие, служащие, ремесленники, те, кто обычно не был желанным гостем в театре. «Я делаю это для вас!» — говорил он. И говорил не фигурально, а вполне буквально. Театр и праздник, доступные всем, — это была его идея.
Он был не только шоуменом, но и культурным связным. Молодой Станиславский впервые оказался в роли постановщика именно у Лентовского. Шехтель, когда еще не был «Шехтелем», помогал ему делать оформление коронационных шествий.
Да, он был плохим управленцем. Да, вечно в долгах, однажды даже сбежал от кредиторов… на воздушном шаре. Но именно он сделал то, что сейчас мы называем городским событием. Он чувствовал, что людям нужна не только опера или музей, но и место, где можно собраться, удивиться, порадоваться. По сути, он придумал московские «третьи места» — до того, как мы научились так говорить.
Проект «Наследили» исследует, как регионы влияли на Москву. И история Лентовского — один из самых вдохновляющих примеров. Он не просто делал представления — он сделал город немного счастливее. А это, согласитесь, тоже часть наследия.
Послушать подкаст можно здесь: