Пролог
Ранним утром восьмого числа месяца Зуль-хидж 317 года Хиджры конный отряд в полторы тысячи сабель появился у стен Мекки. Паломники, прибывшие исполнить свою священную обязанность перед Аллахом, уже стекались к входу во внутренний двор Заповедной мечети, где располагалась величайшая святыня ислама – Кааба, скрывавшая в полумраке своих стен загадочный Черный камень. Конный строй вздрогнул, вперед выехал черноволосый воин в доспехах, в его руке сверкнул изогнутый меч. Он что-то крикнул своим солдатам и конная лавина устремилась на безоружную толпу.
Так началось разграбление Мекки карматами – величайшее святотатство в истории ислама и кровавое зверство даже по средневековым меркам.
Место преступления
«Воистину, первый дом, который был воздвигнут для людей, — это тот, что в Бакке. Он был воздвигнут как благословение и руководство для миров» Коран, Сура Аль Имран. Бакка – это тот город, который сейчас известен всем как Мекка – священное для мусульман место, куда раз в год стекаются сотни тысяч паломников, совершающих хадж. Там в дни двенадцатого месяца исламского календаря Зуль-хиджа правоверные совершают таваф - семикратный обход против часовой стрелки вокруг Каабы. Этот ритуал – главное событие Хаджа, паломничества в Мекку, которое каждый мусульманин обязан совершить хотя бы раз в жизни.
Мекка – колыбель ислама, здесь родился и жил Пророк, отсюда в 622 году он отправился на запад, в Ясриб, где основал первую Умму – мусульманскую общину. Этот год стал началом нового календаря и теперь мусульмане ведут летоисчисление от Хиджры, так по-арабски называется это путешествие Мухаммеда. Мекка не сразу приняла новую веру, она боролась с Пророком, но в конце концов, как истинная мусульманка склонилась перед Аллахом (по-арабски слово мусульманин означает — тот, который покоряется, предается).
На протяжении веков весь мусульманский мир холил и лелеял этот город. Владеть Меккой всегда было делом престижа и она оставалась духовным центром при всех великих династиях – Омейядах, Аббасидах, Фатимидах, Османах. Сейчас город находится на территории Саудовской Аравии и остается главным местом паломничества, которое каждый год совершают миллионы мусульман. Саудиты относятся к этому со всей серьезностью и ответственностью, посещение святынь организуется и контролируется Министерством хаджа Саудовской Аравии.
Великие святыни Мекки - Кааба и Черный камень. Кааба – черное кубическое сооружение во внутреннем дворе Мечети аль-Харам, «Заповедной мечети». Ее история уходит в далекую древность. В Коране, в суре Аль-Бакара (Корова), говорится о том, что Каабу построил Ибрахим (так по-арабски звучит это имя родоначальника всех монотеистических религий, пророка Авраама), который жил четыре тысячи лет назад. А по мусульманским преданиям, шатер на месте, указанном ангелами возвел еще пророк Адам, тот самый первый человек и отец всего рода людского.
Черный камень – еще более древний и загадочный артефакт. Это объект 30 см в диаметре, вмонтированный в восточный угол Каабы на высоте полутора метров от земли. Достоверно никто не знает, что это такое. Предания говорят о том, что камень был ниспослан из Рая и изначально имел ослепительно белый цвет, но почернел из-за людских грехов: «Чёрный камень спустился из Рая, и он был белее молока, но грехи сынов Адама сделали его чёрным» (Имам ат-Тирмизи). Каабе и Черному камню поклонялись еще задолго до того, как Мухаммед принес в мир ислам, но именно Пророк невероятно изящно утвердил их божественный статус, одновременно исключив элемент идолопоклонничества. Об этом говорится в хадисах аль-Бухари: «Пророк сказал: «Поистине, Кааба — опора ислама. Кто стремится к ней, тому Аллах гарантирует Рай», но «я знаю, что ты всего лишь камень и не приносишь ни вреда, ни пользы»
Состав преступления
В январе 930 года, или в месяц Зуль-хидж 317 года Хиджры, конный отряд в полторы тысячи сабель появился у стен Заповедной мечети. Во главе до зубов вооруженных всадников стоял Абу-Тахир аль-Джанаби, владыка Бахрейна и Восточной Аравии. То, что происходило дальше, не раз описано мусульманскими историками. Досточтимый Низам аль-Мульк пишет в своей знаменитой Сиасет-наме (Книга о правлении): «Бу-Тахир приказал сподвижникам: „Возьмите оружие, ворвитесь в святилище, избивайте всех, кого найдете снаружи и внутри". Они внезапно ворвались в святилище, обнажили мечи, стали избивать всех, кого находили. Сподвижники Бу-Тахира вынесли из помещения Черный камень, разрушили золотой желоб, заявляя: „Так как ваш бог уходит на небо, зачем ему помещение на земле, непременно разграбим". В течение недели в Мекке и ее окрестностях продолжалась резня. Нападавшие убивали без разбора и жителей Мекки и паломников, прибывших на хадж. Разные источники оценивают число погибших от десяти до тридцати тысяч человек, но все сходятся на том, массовые убийства совершались с небывалой жестокостью. Помимо ужасающих зверств, которые творили напавшие на Мекку, произошло еще и страшное святотатство: Черный камень, выломанный из стены Каабы, увезли на восток в Лахсу, столицу Бахрейна.
Обвиняемый
Абу Тахир Сулейман ибн аль-Хасан аль-Джаннаби пришел к власти в карматском государстве Бахрейна за семь лет до описываемых событий в 923 году, наследуя своему отцу, Абу-Саиду аль-Джаннаби. Незадолго до этого в результате череды событий, которые в целом некоторые современные историки называют «карматскими восстаниями», Бахрейн обрел независимость от Аббасидского халифата. Новое государство стало первой мусульманской общиной, где свободно исповедовался шиизм, исламское течение, основанное на концепции «имамата» - веры в то, что источником высшей духовной и светской власти для мусульман может и должен являться Имам – потомок Пророка Мухаммеда по линии его дочери Фатимы и ее мужа Али бен Абу Талиба. Далее шиизм разветвляется на множество направлений, основным водоразделом которых является уже вопрос о том, кто именно из многочисленных потомков Али и Фатимы может претендовать на звание имама и какую форму примет его правление. Некоторые шииты считали, что истинный имам живет рядом с ними, но скрывается. Он придет перед концом света и возглавит Умму – мусульманскую общину. Такие апокалиптические настроения были сильны на юге империи Аббасидов, в районе Куфы, на территории современного Ирака. Духовным лидером этого направления стал Хамдан Кармат, по имени которого и названо движение, а потом и государство карматов.
Для господствующей в то время в мусульманском мире династии Аббасидов, отрицавших имамат Али и его потомков, такая трактовка была неприемлема как по политическим, так и по религиозным причинам. Восстания карматов жестко подавлялись и приверженцы учения о скрытом имаме выдавливались с территории империи все южнее. В конце концов им удалось закрепиться на западном побережье Красного моря, где ученик Хамдана Кармата, Абу-Саид аль-Джаннаби основал независимое государство Бахрейн, которое после него и возглавил его сын – наш обвиняемый.
Свое правление юный Абу Тахир начал с того, что во главе большого отряда вторгся в Басру, один из самых крупных торговых центров Аббасидов, и в течение двух недель грабил город. Вскоре после этого карматы напали на караван паломников, возвращающийся с хаджа. Эти нападения положили начало десятилетию набегов на Ирак и регулярных грабежей караванов, следующих в Мекку. По сути, Абу Тахир превратил разбой в статью государственного дохода Бахрейна. Кульминацией этого безобразия стал захват Мекки и похищение Черного камня.
Приговор
Дикая выходка Абу Тахира была однозначно расценена как зверское преступление и святотатство во всем исламском мире. Суннитские историки и богословы называли его «одним из самых нечестивых карматов, которые отвергли основы ислама», «тираном, пролившим реки крови и отвергшим религию», а его деяния «позорным пятном в истории». Уже цитируемый ранее Низам аль-Мульк писал о нем: «Выйдет длинно, если вспомнить кровь, которую он несправедливо пролил, плохие обычаи, которые он установил».
Тут следует оговориться, что изрядная часть обвинений суннитов относится не только к совершенным преступлениям, но и к исповедуемой Абу-Тахиром и карматами интерпретации ислама. Снова послушаем Низама-аль Мулька: «Когда Бу-Саид и Бу-Тахир появились в Лахсе, они бросили в поле и осквернили все имевшиеся списки Торы, Евангелия и Корана. Он (Абу-Тахир) дозволил сестру, мать и дочь свою. Он разбил на две части черный камень, одну часть он положил в начале ямы отхожего места, другую—по другую сторону: когда садился над той ямой, одну ногу ставил на эту половину, другую—на ту половину. Он приказал проклинать посланников и пророков. Он приказал мужчинам вступать в близкие отношения с матерями и сестрами». Откровенно говоря, такие обвинения напоминают приговоры в СССР эпохи большого террора, где подсудимым вменялись шпионаж в пользу несуществующих государств или связи с мифическими организациями. К тому же источники не столь предвзятые как сельджукский великий визирь (а Низам аль-Мульк был широко известен в целом как непреклонный борец с исламскими «ересями») описывают карматов далеко не как банду отморозков. Наоборот, по многим свидетельствам их община процветала и далеко не только и не столько благодаря грабежам и набегам. Например, арабский географ и путешественник Ибн Хаукаль, посетивший Бахрейн в X веке, писал, что «доходы от зерновых и фруктовых плантаций распределялись между карматской общиной». А распределять было что: удивительный персидский ученый, философ, поэт и путешественник Носир Хусров в своей книге Сафар-Намэ (Книга путещшествий) сообщает: «в Лахсе так много фиников, что ими там откармливают верблюдов».
Однако, что касается разграбления Мекки, шииты различных направлений, включая и исмаилитов, к которым часто относят карматов, солидарны с суннитскими обвинениями. Так, сразу после нападения на святой город, основатель Фатимидского халифата и одиннадцатый имам исмаилитов Абдаллах аль-Махди направил Абу-Тахиру послание с резким осуждением учиненного святотатства. Он же в дальнейшем предпринял немалые усилия для возвращения Черного камня в Мекку, где он сейчас и находится.
Таким образом, история и историки вынесли однозначный обвинительный приговор: Абу-Тахир аль Джаннаби виновен в убийствах, организации ОПГ, грабеже и оскорблении религиозных чувств всех мусульман.
Мотивы этих страшных преступлений, однако, не так очевидны и заслуживают особого расследования. Но это уже совсем другая история, в которой религиозные концепции перекликаются с политическими интригами, а ожидание конца света становится причиной дворцовых переворотов. Другими словами, следующий рассказ о карматах – уже не тру крайм, а политический триллер!