Постоянно задаю себе вопрос: насколько близки цифровизация и искусственный интеллект с трансгуманизмом. Казалось бы, когда наш Президент В.В. Путин ратует за полную цифровизацию нашего общества и говорит о необходимости массового внедрения ИИ в различные сферы жизнедеятельности людей, мы должны ему верить и поддерживать его в этом стремлении довести задуманное до конца.
- Вот только не всё так просто в этом не совсем понятном для большинства, цифровом мире. И уж тем более не понятна сама цель проведения в жизнь оцифровки всего и всех. Казалось бы, все удобства цифровизации мы на себе уже испытали, но есть ещё нечто, которое находится в зоне полной неопределённости – это трансгуманизм, область цифровизации, связанная с переделкой живого, созданного Богом – человека, его умственных и физических способностей.
Однажды, во времена первого Вавилона (глобализации), человека уже пытались переделать, к чему это привело всем известно, но известно ли во что выльется это сейчас, когда у «дверей» стоит второй Вавилон (последний), который собирается переделывать человека с помощью информационных технологий?
- Вот только не нужно думать, что цифровизация и трансгуманизм никак не пересекаются друг с другом – это совсем не так, второе будет прямым следствием первого. И вот об этом наша власть, по всей видимости, не только не думает, но ничего и не знает, поскольку продолжает уверять нас в укреплении страны и её суверенитета, посредством выполнения программ массовой цифровизации.
Сам трангуманизм придуман не Швабом и не его подручным Харари, технологии переделки человека разработаны уже давно, а Шваб, с его миссионерским рвением эти технологии лишь продвигает. Способствует этому самонадеянность самого Шваба, который возомнил себя особым и свято верит в принцип элит, к которым относит и себя. Именно он и элиты должны вести нас и весь мир в будущее.
- Кроме того, Шваб уверен, что после того как люди будут переделаны в трансгуманистов, мы все будем просто счастливы, и частная собственность будет никому не нужна. Когда человек соединится с цифровым миром, он, – по мнению Шваба, – поднимется на боле высокую ступень развития. Вот только концепция эта, крайне опасна! У человека полностью отнимается самоопределение и когда он сольётся с цифровым миром, то просто позволит ИИ собой руководить. Такое будущее будет по-настоящему апокалиптическим.
У Шваба и прочих трансгуманистов, этот сценарий уже прописан. Сначала они хотят вживить чип в одежду и следить за передвижением людей, затем чип будет имплантироваться под кожу, возможно, и в мозг.
- Когда в одном их интервью Шваба спросили: нужен ли будет людям телефон? – Шваб ответил отрицательно. По его мнению, человеку с вживлённым чипом достаточно будет сказать, что он хочет позвонить и связь сразу будет. Но здесь нужно будет заметить, что подобные чипы будут обладать функцией не только передатчика, но и приемника, то есть люди станут настоящими человекороботами, управляемыми из вне.
Важно еще и то, что ИИ, который таким образом станет управлять людьми, будет в руках совсем небольшой группы (элиты). Это им нужно для достижения только своих интересов, и это опасно для человечества.
- Судя по ускоренной подготовке общества и самого человека к реализации программы полной цифровизации, нас явно готовят к вхождению в мир виртуальной реальности. Процесс этот постепенный и является частью так называемой «метавселенной», где люди попадают в извращённый мир виртуальной реальности, преобладающей над настоящей. Наших детей уже сейчас приучают к этой реальности: надели на голову шлем, и погрузились в «сказку», после которой реальный мир становится серым и скучным. Они в нём и жить-то не захотят после таких погружений.
Могут не захотеть жить и в иных случаях. Полиция уже расследует дело по групповому изнасилованию в «метавселенной» девочки, которой не было 16 лет. Нанесена глубокая психологическая травма, которая может остаться на всю жизнь.
Но большинству людей это невдомёк, да и власть, по большому счету не совсем понимает процесс того перехода, в котором мы все находимся. Если его не остановить, то неизвестно, что в конечном итоге со всеми нами будет. Вернее, уже не с нами, а с нашими детьми.