Прошёл месяц с небольшим.
Глаза Айше Султан не просыхали от слез уже второй день подряд.
Беременность Фюлане-хатун стала для султанши причиной полного отчаяния.
Сидя возле камина, султанша беззвучно шептала проклятья и пожелания скорой смерти сопернице.
В покои вошла валиде Кесем, но Айше была так поглощена своими горестями, что не заметила как возле неё возникла мать Султана Мурада.
Кесем с высока посмотрела на плачущую мать внуков
- Вижу ты настолько захвачена в плен своих мыслей, что не замечаешь ничего вокруг себя, - с укором произнесла валиде.
Айше Султан тут же поднялась с диванчика и, склонив голову, виновато произнесла
- Валиде, прошу меня простить. Я не заметила, как вы вошли.
- Тебя всегда заботило только твоё положение в гареме, Айше. Если бы ты относилась ко всему иначе. Фюлане бы попросту не было. Ты же наверняка помнишь, какой любовью воспылал к тебе мой лев. Только ты все разрушила и тебе уже никогда не удасться повернуть время вспять, - холодно произнесла Кесем.
Всхлипнув, Айше Султан тяжело вздохнула и подняла глаза на мать правящего Султана
- Я всегда лишь думала о своих детях, валиде. О себе я вспоминала в последнюю очередь. Фюлане-хатун ловко воспользовалась этим и завладела сердцем моего повелителя, - с горечью в голосе ответила султанша.
- Не нужно обманывать себя, Айше. Прими с достоинством свое поражение и займись воспитанием детей. В ином случае, ты лишишся и их любви, - предрекла валиде, направившись к дверям.
Айше Султан опустилась на диванчик возле камина и накрыла лицо руками
- Нет, я не позволю этой девке стать главной в жизни моего повелителя. Я буду сражаться до последнего моего вздоха, - прошептала султанша, сотроясаясь от рыданий...
Фюлане сидела возле Султана Мурада
- Я с огромным нетерпением жду появления на свет нашего малыша, повелитель, - счастливо произнесла девушка, поглаживая свой живот.
- Ты будешь хорошей матерью, я уверен в этом, - произнёс падишах, искренне улыбаясь девушке.
В покои вошёл Бюльбюль-ага
- Повелитель, - почтительно произнёс евнух, склонив голову. - К вам пожаловала Гевхерхан Султан.
Мурад качнул головой
- Пусть войдёт, Бюльбюль-ага, - приказал султан евнуху и, переведя взгляд на Фюлане, тихо сказал ей. - Вернись в свои покои и будь предельно осторожна с нашим дитем.
Фюлане нехотя поднялась с дивана и, пройдя к дверям, покинула покои.
Гевхерхан Султан, стоявшая за дверями, с усмешкой посмотрела на Фюлане-хатун
- Вот уж никогда бы не подумала, что мой брат выберет себе в фаворитки новую наложницу. К тому же, такую ничтожную хатун, как ты, Фюлане, - произнесла с презрением султанша.
С трудом сдерживая слезы, Фюлане спросила у Гевхерхан Султан
- Чем я хуже Айше Султан? Я тоже очень скоро рожу нашему повелителю шехзаде. Причём, я уверена, что детей у меня будет много. Возможно даже больше, чем у главной хасеки.
Гевхерхан Султан язвительно улыбнулась и скрылась в султанских покоях, оставив Фюлане сотрясаться от негодования.
Склонившись перед братом, Гевхерхан почтительно произнесла
- Доброго вам дня, повелитель. Прошу не гневаться на меня, что я явилась к вам без предупреждения.
- Я всегда рад видеть тебя, Гевхерхан. Мы давно не беседовали с тобой, - радушно ответил Мурад. - Поэтому я великим удовольствием выслушаю тебя и если возникнет необходимость в помощи, я непременно окажу её.
Вобрав в себя побольше воздуха, Гевхерхан начала рассказывать о её тоске и мучительной жизни в Топкапы.
Мурад с каждым словом сестры становился все мрачнее и не выдержав жалобного повествования Гевхерхан, поднял руку, приказывая остановиться
- Похоже ты не совсем понимаешь кому и о чем говоришь, Гевхерхан, - холодно произнёс падишах. - Неужели жизнь в Топкапы настолько невыносима, что ты пришла с этим ко мне?
- Повелитель, я бы никогда не посмела беспокоить вас, если бы знала, что впереди меня ждёт счастливая жизнь с любимым человеком. Ведь даже покинув стены этого дворца, я буду оберечена на мучительное существование возле престарелого мужа, - обречённо ответила султанша.
- Больше никогда, Гевхерхан! Не смей мне говорить подобных слов! Сегодня я прощу тебе твою слабость! Запомни это! В другой раз пощады не будет!, - разгневанно произнёс Султан Мурад. - Вернись в гарем и смирись со своей жизнью!
Склонившись перед братом-повелителем, Гевхерхан Султан покинула его покои.
Идя в гарем, султанша беззвучно рыдала
- Моя душа превратилась в горстку пепла. Придет время и я развею его по ветру...
Айше Султан с негодованием смотрела на стражей дворца Атике
- Немедленно доложите обо мне моей сестре Атике Султан!, - приказала султанша.
Один из стражей развёл руки
- Госпожа, нам приказано никого не пропускать во дворец. Атике Султан не желает никого видеть, - произнёс мужчина.
- Кажется ты не понял, ага! Я Айше Султан! Дочь Султана Ахмеда и Валиде Кесем!, - крикнула султанша, шагнув к воротам. - Откройте мне ворота! Иначе вы сегодня же понесёте самое суровое наказание!
Стражи молча расступились, освобождая путь султанше.
Толкнув от себя массивные ворота, Айше оказалась в дворцовом саду
- Атике, - тихо произнесла султанша, увидев медленно идущую по саду сестру.
Улыбнувшись, Айше поспешила к сестре, но внезапно Атике скрылась с глаз за облетевшими зарослями кустов
- Что это значит?, - с удивлением произнесла Айше, прибавив шагу.
Перед глазами Айше Султан открылась неожиданная картина.
Оздемир с любовью смотрел на Атике, а Атике отвечала ему взглядом, полном взаимности.
- Так значит вот почему ты приказала никого не пропускать в твой дворец!, - крикнула Айше Султан, устремившись к влюбленной паре. - При живом-то муже! Какой позор, Атике!
Оздемир удалился, оставив сестёр наедине.
Атике вскинула голову
- Разве я приглашала тебя, Айше?! По какому праву ты приезжаешь в мой дворец и поднимаешь здесь шум?!, - с негодованием произнесла султанша.
Подойдя к сестре, Айше посмотрела в ее глаза
- Я бы никогда не подумала, что ты такая отважная, Атике. Хотя, я даже немного завидую тебе. Тебе удалось то, что не смогли сделать мы с Гевхерхан, - с усмешкой произнесла султанша.
Атике промолчала и, обойдя Айше, устремилась во дворец.
Айше Султан со зловещей улыбкой на губах, прошептала вслед сестре
- Посмотрим, что на это все скажет наша валиде. Я уверена, что Оздемира здесь очень скоро не будет, а ты, Атике, будешь обречена на вечные муки...
Мирай сидела в трюме, ощущая всем телом безумную качку.
Корабль скрипел и временами казалось, что он вот вот развалится и пойдёт ко дну.
Где-то наверху раздавались мужские крики и рев ветра.
- Неужели мне не суждено вернуться домой, - произнесла с отчаянием Мирай. - Я столько всего прошла.
Поднявшись на ноги, Мирай выглянула в небольшое окошечко.
Перед глазами предстали бушующие волны и пена.
Сев на мокрый пол, Мирай начала возносить молитвы и не заметила, как качка постепенно стихла, а корабль перестал скрипеть...