Фигуристы приехали на родину только через 24 года! Квартира, дача, машина, наконец слава – у них было все, о чем только можно мечтать! Казалось, живи да радуйся! Но вместо этого Белоусова и Протопопов тайно сбежали из СССР! «Сынок, вы сюда лучше не приезжайте»
Это случилось в 1979 году. Нас пригласили на показательное выступление в Швейцарию, и мы там попросили политическое убежище, – рассказывала Людмила Евгеньевна. – Полиция забрала наши советские паспорта, и на родину мы уже не вернулись. Олегу было 47, мне 43. Какой это был скандал! Фигуристов объявили предателями и лишили званий заслуженных мастеров спорта. Имена вычеркнули из справочника «Все о советских олимпийцах». Досталось даже родственникам. Сестра о своем отъезде не предупредила, – жаловалась Раиса Белоусова- Дубкова. – Я работала в закрытой организации и узнала об эмиграции Милы и Олега в «первом отделе», куда меня вызвали немедленно. Потом был звонок из Швейцарии от Люды: «Рая, прости. Откажись от родства со мной, чтобы
Фигуристы приехали на родину только через 24 года!
Квартира, дача, машина, наконец слава – у них было все, о чем только можно мечтать! Казалось, живи да радуйся! Но вместо этого Белоусова и Протопопов тайно сбежали из СССР!
«Сынок, вы сюда лучше не приезжайте»
Это случилось в 1979 году.
Нас пригласили на показательное выступление в Швейцарию, и мы там попросили политическое убежище, – рассказывала Людмила Евгеньевна. – Полиция забрала наши советские паспорта, и на родину мы уже не вернулись. Олегу было 47, мне 43.
Какой это был скандал! Фигуристов объявили предателями и лишили званий заслуженных мастеров спорта. Имена вычеркнули из справочника «Все о советских олимпийцах». Досталось даже родственникам.
Сестра о своем отъезде не предупредила, – жаловалась Раиса Белоусова- Дубкова. – Я работала в закрытой организации и узнала об эмиграции Милы и Олега в «первом отделе», куда меня вызвали немедленно. Потом был звонок из Швейцарии от Люды: «Рая, прости. Откажись от родства со мной, чтобы не было проблем». А сама рыдает в трубку. Я, конечно же, от сестры не отказалась. И поплатилась за это – нас с мужем понизили в должностях.Только спустя месяц я смог позвонить мамочке в Ленинград. Она тоже не знала о нашем побеге, – признавался 91-летний Олег Протопопов. – Это был очень тяжелый разговор. Я понимал, что, скорее всего, больше никогда ее не увижу, ведь Агния Владимировна была уже в возрасте. И тоже это понимала. Помню, как в конце беседы посоветовала: «Сынок, вы сюда лучше не приезжайте. Как можно дольше…»
В Швейцарии фигуристы обосновались в курортной деревушке Гриндельвальд.
Сначала жили в отеле бесплатно, – вспоминала 81-летняя Белоусова. – Нас долго прятали от советских спецслужб. А когда получили статус беженцев, уже сами стали снимать жилье. Почему выбрали Гриндельвальд? Здесь круглогодично есть лед! А это очень важно для тренировок. Ведь оставлять спорт никто не планировал. Из-за фигурного катания мы и сбежали из СССР.Когда попросили убежища, то сразу предупредили швейцарские власти, что причина нашего побега – не политическая, а чисто творческая, – объяснял Олег Алексеевич. – Дело в том, что в СССР нас с Людой начали зажимать как спортсменов.В 1972 году административно отстранили от выступлений. На Олимпийские игры не послали с формулировкой: «Вы будете нервировать членов сборной СССР». Ну что за дела? В итоге на Игры в японский Саппоро поехали 24-летний Алексей Уланов и Ирина Роднина, ей было 22.Да, ребята привезли золото, но если бы поехали с ними мы, то у страны было бы еще серебро, а может, бронза. Но меня и Людмилу просто выгнали из большого спорта. Почти год мы добивались работы в ленинградском балете на льду.Дошли аж до министра культуры 61-летней Екатерины Фурцевой! Только благодаря ей нас взяли в штат. Но как приняли! В штыки! Руководство без конца придиралось.То мы слишком «театральные», то слишком «спортивные». Наши имена даже не вписывали в афиши! Объясняли, мол, на это не хватает… бумаги! Короче, мы чувствовали, что стали тяготить своим присутствием спортивные и культурные власти. Это продолжалось семь лет. Поймите, мы хотели всего лишь заниматься любимым делом. А нам не давали! Вот мы и убежали.
«Это была какая-то фантастика!»
Фигуристы приехали на родину только через 24 года!
В 2003-м нас пригласил в Россию тогдашний руководитель Федерального агентства по физкультуре и спорту 45-летний Вячеслав Фетисов, – сообщал Олег Алексеевич. – Помню, как волновались, когда прилетели в Питер. Это была какая-то фантастика!
Первым делом фигуристы отправились не на каток, а на кладбище — на могилу матери Протопопова Агнии Груздевой.
Она умерла в 1992 году, – вздыхал 85-летний двукратный олимпийский чемпион в 2017 году. – Тогда я не смог приехать. Иначе нам с женой не дали бы швейцарское гражданство. Мамочку похоронили без меня. А вот теперь ушла и Людочка, – дрожал голос старика. – Я остался один, без самых любимых людей на свете.
Ксения Николаева