Между нами и дрессировщиками постоянно возникает недопонимание. Одна из причин – внешнее сходство методов. При этом, мы работаем очень простыми приёмами и не ставим технику выполнения команд. Поэтому наши видео с точки зрения оппонентов выглядят как дрессировка с кучей ошибок, которые они привыкли тщательно исправлять, а мы почему-то вообще не замечаем. Сейчас расскажем, почему так получается.
Раскроем главный секрет – мы работаем вообще не с техникой и четкостью команд. Само по себе исполнение не так важно, как состояние зверя. Мы перестанем нарабатывать какое-то упражнение, как только увидим, что достигнуто нужное состояние. Все выполняемые действия – только средство для достижения цели.
Наша цель – создать и укрепить у зверя привычку находиться в комфортном состоянии, когда хорошо работает голова. Важным уточнением будет то, что “привычка” и “навык” — понятия разные. Нельзя научить успокаиваться, а вот закрепить привычное состояние можно. Для этого нужно очень хорошо понимать причины беспокойства животного и пределы возможностей его нервной системы. Понимая причины стресса, мы можем организовать тренирующие ситуации, в которых влияние стресс-факторов будет посильным для нервной системы зверя. И постепенно по мере адаптации к тренирующим ситуациям мы будем повышать их сложность, чтобы научить зверя справляться с этим.
Стресс мешает работе интеллекта, и проявляться это может по-разному. Например, у меня стресс провоцирует хаотичный перебор вариантов, путаницу – за что ухватиться в первую очередь и попытку решить все задачи разом. Фирин – полная противоположность. У него стресс приводит к зашкаливанию эмоций. В этом случае процесс принятия решения отключается, его полностью вытесняют эмоции. Крайне некомфортно ни ему, ни мне, хотя состояния в стрессе испытываем совершенно разные.
Нас бы сложить да поделить 🙂 потому что идеал был бы где-то посередине между нашими психотипами. Меня надо замедлить, а его наоборот полезно чуть разогнать. Мне можно добавить эмоций, для более чутких реакций на обстоятельства, а Фирину наоборот уменьшить эмоциональный накал, чтобы не просто переживал, а думал, что делает.
При столкновении с задачами, которые требуют несвойственных качеств, мы испытываем стресс. Это очевидно. Если всё-таки удаётся справиться с трудностями, это развивает нас и укрепляет нервную систему на будущее. Есть такой принцип – чем труднее даётся какая-то задача, тем она на самом деле нужнее для нас. Только надо подойти к её решению постепенно, без насилия над собой.
Стресс может быть как полезным (эустресс), так и разрушительным (дистресс). Дозировать нагрузку в рамках эустресса не так просто. Как писали ранее, мастерство специалиста в направлении “Адаптивная зоопсихология” — балансировать на грани, но не давать питомцу постоянно уходить в дистресс. Чтобы перегрузки не накапливались, приходится дозировать нагрузку и растягивать работу. Со временем достигается суммарный эффект от всех наших воздействий. В этом случае качественные изменения происходят как бы скачками – условно, ещё вчера собака была одна, а сегодня вдруг резко поменялась. И не всегда изменения сразу идут в положительную сторону, динамика бывает разной.
Результат работы выглядит следующим образом: в привычных ситуациях зверь чувствует себя максимально комфортно, при этом он собран и спокоен, соображает быстро, но не разгоняется слишком сильно. Уходит стрессовое состояние, если оно было. Расширяются возможности и в стрессовых ситуациях. С помощью хозяина питомца легче перевести в то самое уравновешенное состояние, которое описано выше. Конечно, всё ограничено естественными возможностями зверя. Из бывшепроблемного гиперэмоционального кане-корсо не сделать бордер колли, да и не нужно. А вот превратить его в собаку, которая в большинстве ситуаций ведёт себя адекватно, а главное – чувствует себя хорошо, это можно вполне.
Можно всю жизнь переживать и носиться с проблемами зверя, пытаясь уберечь его от любых потрясений. Другая крайность – насильно погружать питомца в стрессовые ситуации, непосильные для его нервной системы, в надежде что когда-нибудь он научится справляться с жизнью. Методы Адаптивной зоопсихологии основаны на золотой середине между этими подходами. Сочувствие и понимание проблем питомца хозяином помогает создать доверительные отношения между ними. Постепенное усложнение тренирующих ситуаций позволяет развивать возможности животного, вместо того, чтобы постоянно подвергать его непосильным нагрузкам. В результате состояние подопечного меняется, поэтому смягчаются, или совсем уходят проблемы поведения.
Авторы: Ирина Мухамедшина и Полина Корочкина