- Опять вы, - простонала Альбина, и прижав средние пальцы к вискам повалилась на кушетку. – Что на этот раз?
- Лилию Войтенкову давно видели? – сразу перешёл к делу Егор.
- Эту клушу общипанную? – рука актрисы изящно соскользнула вниз и эффектно повисла с диванчика. – Так три дня назад, когда она на меня напала. Пусть скажет спасибо, что я на неё за членовредительство в полицию заявление не подала. Тюрьма по ней плачет! А что?
Женщина моментально оплавилась от своего нервного потрясения и с воинственным видом приняла вертикальное положение.
- Только не говорите мне, что она на меня заявление накатала! – Альбина уперла кулачки в бока, её глаза горели праведным гневом. – Вы себе представить не можете, как она меня избила. Видите, видите синяк?
Схватив с туалетного столика ватный диск, она принялась остервенело тереть скулу и через пару секунд на свет проявился тщательно замаскированный фиолетовое пятно на левой стороне, почти под ухом.
- Видите? – повторила актриса.
- Вижу, - вынужден был признать Малютин. – Есть предположения кто мог Лилии рассказать о вашей причастности к её разоблачению?
- Понятия не имею, - фыркнула та. – Узнаю собственноручно все лохмы повыдёргиваю.
- А дружила Войтенкова с кем? – поспешил перевести разговор на менее воинственную тему оперативник.
- Ни с кем, - уверенно тряхнула головой Альбина. – Правда поговаривали, что костюмерша наша с ней одно время в очень дружеских отношениях была, но потом промеж них словно кошка пробежала. Марк сказал если бы не его роман с Лилькой, то ноги бы Дашкиной в театре не было, в смысле не работала бы она здесь.
- По чему? – удивился Егор.
- Ой, да не знаю я, - закатила глаза к потолку актриса. – Марк быстро разговор перевёл на другое, а потом и спрашивать уже неудобно было. Сами у него спрашивайте, а еще лучше сразу к Дашке идите, та ещё змеюка.
- Непременно. – пообещал оперативник. - Что было после спектакля?
- Ничего, - Альбина дёрнула плечиком и снова опустилась на кушетку. – Я к себе пошла, а куда делась ваша истеричка не знаю.
- Она зачем-то из театра в сценическом костюме вышла, - проинформировал её Егор. – А ещё с ней вышел её убийца.
- Убийца? – глаза актрисы стали огромными. – Вы хотите сказать… А в прочим, так ей и надо. Это называется карма!
- И вам её совсем не жаль? – на всякий случай уточнил оперативник.
- Почему мне должно быть жаль эту стерву? – презрительно хмыкнула Альбина. – Правда, не понимаю, кому она могла так насолить.
- И вы её не убивали? – Малютин внимательно наблюдал за реакцией актрисы.
- Я! – взвилась та. – Да как вы смеете! Да зачем мне? Нет, тварь, она, конечно, редкостная, но за это не убивают! Я вообще весь вечер в гримерке провела.
- И это могут подтвердить?
- Естественно! – презрительно сощурилась женщина. – Во-первых, мне цветы поклонники дарили. Один даже сюда прорвался, всё в ресторан звал. Затем эта Алиса припёрлась, за подругу извинялась. Говорила, мол не в себе, понять надо, простить, бла-бла-бла. А потом Дашка – костюмерша пришла, костюм в починку забрать, так Алиска её как увидала пулей из гримёрки вылетела. Едва Марка с ног не сбила.
- Марк тоже заходил? – насторожился Егор.
- Ну да, - кивнула Альбина. – Вернее нет. Точнее, он мимо шёл, и даже заходить не собирался, но потом на него эта оглашённая выскочила, и ему пришлось остановиться. Немного потоптался на пороге. Нёс какую-то околесицу, про сорванный спектакль и что он так этого не оставить, и про Лилькину выходку, пахнущую увольнением. Я его особо и не слушала. Хорошо ещё Сергей в тот день на спектакле был, оттеснил Алабаева, заставив заткнуться. А тот и не возражал, дальше по коридору понёсся.
- Вы с мужем из театра выходили?
- Нет! – с вызовом выкрикнула актриса. – Он повестку в суд принёс. Я одна домой пошла, а у выхода меня поклонник встретил, он до дома и довёз.
- И больше вы никого в тот вечер не видели?
- Нет, не видела, - Альбина снова театрально развалилась на диванчике, но через секунду резко села, а затем вскочила. – Слушайте, а ведь Дашка с кем-то ругалась в тот вечер. Я когда мимо её пошивочной проходила, то там дверь была приоткрыта, а костюмерша громко кому-то выговаривала, что она всем расскажет и дурить себя не позволит.
- Дурить? – переспросил Егор.
- Да, - уверенно кивнула актриса. – Она так и сказала: «Мне обещала? Обещала! А обещания надо выполнять, я себя дурить не позволю!».
- Интересно, - правая бровь Малютина поползла вверх. – А с кем она говорила?
- Не знаю, - скорчила разочарованную гримасу женщина. – Я даже шаг замедлила, чтобы ответ послушать, но она вдруг резко так дверь захлопнет и больше ничего слышно не было. Я и пошла дальше.
Выйдя из гримёрки Рябинкиной Егор ненадолго остановился, подумал, а затем уверенным шагом двинулся в сторону костюмерной.
#детектив, #детективный рассказ, #детективная история
Продолжение читайте здесь