Тяжелый путь Виктора Каневского.
Для своего времени Виктор Каневский был настоящей легендой киевского «Динамо». Он выступал за клуб еще до ярчайшей эпохи Лобановского, породившей множество рекордсменов, трофеев и прочих достижений. В период с 1953-го по 1964-й Каневский наколотил за киевлян 80 мячей, что на тот момент являлось наилучшим бомбардирским результатом в истории клуба.
Несмотря на это, в середине 60-х время Каневского в «Динамо» подошло к концу. Новый тренерский штаб во главе с Виктором Масловым решил расстаться с капитаном команды в рамках обновления состава. К тому времени уже закончивший выступать за сборную СССР нападающий провел один год в одесском «Черноморце» и завершил карьеру игрока, переключившись на тренерство.
Дальше началась довольно странная история. Поработавший почти в десятке клубов за 20 лет (Каневский потренировал даже юношескую сборную УССР), бывший футболист, по его словам, испытывал серьезное противостояние со стороны советских властей. Якобы дело было в том, что его отчество — Израилевич. Он говорил: «Это как-то не очень сочеталось с политикой КПСС и советского государства».
В итоге Каневскому пришлось сменить отчество. Но без издевки он это сделать не мог. И выбрал отчество тогдашнего председателя ЦК КПСС Леонида Брежнева — Ильич. «Такая мысль показалась мне весьма забавной — оказывается, можно находить смешное даже в самых мерзких ситуациях. Начальство, к счастью, никакой насмешки не увидело, и из Израилевича я превратился в Ильича», — рассказывал Каневский.
При этом Каневский, еще будучи футболистом, вступил в КПСС и все эти годы продолжал оставаться членом Партии. А потом не без проблем пытался оттуда выйти, чтобы мигрировать. Но обо всем по порядку.
Стоит отметить, что некоторых наград Каневский действительно недополучил (например, звание Заслуженного мастера спорта СССР), но работал он не только, несмотря на его же слова, в региональных командах. Например, с «Днепром» Каневский несколько лет провел в Высшей лиге — и даже добирался до полуфинала Кубка СССР.
Под конец 70-х тренера пригласили работать в сборную Алжира, но Федерация футбола УССР принимать предложение не стала. Каневский разозлился и принял решение эмигрировать. Но сделать в те годы это было не так просто. Его запрос отклонили. А еще стали относиться к нему намного хуже:
«Естественно, на меня выплеснулась злоба — так тогда полагалось. Очень тяжелое было собрание, на котором меня исключали из партии. Грозили, клеймили, называли врагом народа, предателем. Народ, дескать, тебе не простит… На 12-й день (обычно люди ждали ответа по полгода) меня вызвали к начальнику ОВИРа (отдела виз и регистрации. — Sport24), у которого находился еще и замминистра внутренних дел Украины. И было сказано: никуда ты не поедешь», — вспоминал Каневский.
Правда, администратор Александр Петрашевский, помогавший Лобановскому строить «Динамо», отзывался об этой истории немного иначе. По его словам, Каневский сам пытался уйти из Партии, его не исключали насильно.
«Канева особенно стремился [вступить в КПСС]. А потом, когда в Америку уезжал, вопрос был, как бы выйти из нее. Рассказывал мне — собрался в Киеве домовой совет, все пенсионеры двора. Высказывали, стыдили, поносили последними словами — еле выпустили… А иначе и не уехал бы», — рассказывал функционер.
В итоге Каневский добивался выезда из страны почти 10 лет. Он неоднократно делал новые заявки с просьбой выпустить его из страны, но получал отказы. Параллельно с этим — страдал от преследований:
«Уже через неделю я обнаружил, что за мной следят. Группами за мной ходили, под домом сидели. Та, что, телефон прослушивали и в доме была подслушивающая аппаратура, — однозначно. Так продолжалось два года. Все это время я не выходил на улицу один, потому что тогда было модно устраивать против людей, подобных мне, разные провокации, чтобы потом был повод засадить их в тюрьму или психушку».
Спустя пару лет, когда стало понятно, что Каневский не планирует становиться открытым диссидентом, его оставили в покое. Однако упоминать его в печати было запрещено. Его убирали даже с командных фотографий киевского «Динамо». Единственным человеком, который не оборвал с ним контакты, по словам Каневского, оставался Валерий Лобановский, с которым они были знакомы еще футболистами. В том числе бывший партнер по команде помогал ему находить работу.
Финал истории наступил в 1988 году, когда Каневский наконец смог уехать из Союза. Он отправился вместе с женой по традиционному тогда маршруту Австрия — Италия — Нью-Йорк. Бывший футболист осел в США: там Каневский прожил до 2018 года, работая детским тренером. Некогда игрок сборной СССР отмечал: если бы он говорил по-английски, тогда бы мог возглавить один из клубов МЛС.