«Насколько Майкл был великолепен. Потому что я хорошо так «убрал» его тем кроссовером, а он все равно почти заблокировал бросок. Любой другой побежал бы уже на нашу половину. А Майкл все равно поднял руки и почти сделал блок-шот. Это единственный человек на планете, с которым я не могу нормально разговаривать. Увижусь с ним сейчас или буду говорить по видеосвязи – я всегда волнуюсь. Иногда не знаю что сказать, порой повторяю одни и те же слова, произнесенные еще в момент нашего знакомства. Начинаю рассказывать Майклу, как сильно он повлиял на мою жизнь. Каждый раз, когда вижу его, не могу сдержать эмоции», – поделился Айверсон в разговоре с Рэйчел Николс.
«Насколько Майкл был великолепен. Потому что я хорошо так «убрал» его тем кроссовером, а он все равно почти заблокировал бросок. Любой другой побежал бы уже на нашу половину. А Майкл все равно поднял руки и почти сделал блок-шот.
Это единственный человек на планете, с которым я не могу нормально разговаривать. Увижусь с ним сейчас или буду говорить по видеосвязи – я всегда волнуюсь. Иногда не знаю что сказать, порой повторяю одни и те же слова, произнесенные еще в момент нашего знакомства. Начинаю рассказывать Майклу, как сильно он повлиял на мою жизнь. Каждый раз, когда вижу его, не могу сдержать эмоции», – поделился Айверсон в разговоре с Рэйчел Николс.
