Иногда совершенно неожиданно вспоминаются события, о которых вроде бы напрочь забыл. Например, вот такой случай из моего детства.
Жили мы в маленьком фабричном городке. Как раньше при советской власти было, имелся большой дворец культуры, в котором дети и взрослые бесплатно занимались в кружках, пели хором, танцевали. А ещё был народный театр со своим штатным режиссёром и группой самодеятельных актеров. Два раза в неделю проходили у них читки ролей и репетиции, бабушка часто брала меня с собой. Мне было скучно, потому что пьесы режиссер выбирал в основном классические, он искренне считал, что лучше классики для народного театра ничего нет. Судя по тому, что постановок и даже гастролей было немало, театр народу нравился. Тем более всё, включая декорации и костюмы, покупалось и шилось за государственный счет, и если это платье купчихи, так это действительно было платье купчихи, а не из старой простынки что-то сляпанное. Моя бабушка в этом театре играла много хороших ролей из классики, но была у неё звездная роль. Помню, что это был профессиональный праздник, чествовали шахтеров и работников обогатительной фабрики, так что в зале все торжественные, с женами. Выскочило из головы название пьесы, но моя бабушка играла в этом спектакле уборщицу, у которой муж запойный алкоголик. Надо сказать, что в нашей семье женщины в основном под центнер, как говорится, русского размера. И вот выскакивает на сцену такая стокилограммовая уборщица со шваброй, замахивается этой шваброй на мужа и кричит на своего алкоголика: «Иссушил ты меня, проклятый!» Как потолок от ржанья шахтеров не обвалился, не знаю, но хохотал весь зал. Тем более, тема народу очень близкая была.
Бабушке подарили цветов больше всех, она почувствовала себя примой! Играя Достоевского, бабушка таких аплодисментов никогда больше не слышала.