В будущем, когда экологические катастрофы привели к необратимым изменениям, "ГИС-9" наладили порядок, который многие считали жестким, но неизбежным. Население, вынужденное покинуть страдающие районы, стало объектом "очищения" для отряда.
Отряд, защищенный холодным металлом экзоскелетов, вглядывался в глаза беспомощных людей. Снаряды штурмовых винтовок создавали мерцающий свет в темноте, отражая угрозу, которую приносил "ГИС-9". Судьба многих была предопределена, и их дома превращались в пустые облака пыли.
Среди холодных металлических экзоскелетов и защитных шлемов, члены "ГИС-9" скрывали свои лица, но чувства глубоко проникали внутрь. В глазах тех, кто носил этот бронированный плащ, сверкали следы сомнения и грусти. В каждом сгоревшем доме, взгляд утопал в развалинах прошлого.
С каждым безжалостным действием, стараниями отряда угасал свет человечности в них. Экзоскелеты становились темной оболочкой, защищающей от чувств, но не от тени самоотречения. Где-то внутри, они чувствовали горечь прощания с гуманностью, а их души становились замедленными и тяжелыми под весом принятых решений.
В заключительном акте "очищения", когда последний дом был сведен в пепел, "ГИС-9" оглянулись на разрушенный город. На их душах лежала неописуемая тяжесть — цена, которую они заплатили за порядок. В мраке серебряной брони, мерцающей на фоне пылающих развалин, они стали тенью, несущей бремя последнего акта жестокой иронии: спасение страны стало погребением собственных человеческих душ.