Доцент кафедры истории Корнелльского университета, журналист британского издания The Financial Times Николас Малдер считает, что западные страны навредят себе необдуманным захватом замороженных российских активов.
По его мнению, западная кампания экономического давления на Россию затрагивает новую сферу: конфискацию суверенных активов. "К марту 2022 года США и ЕС заморозили резервы российского центрального банка примерно на 300 миллиардов долларов. Страны "Большой семерки" сейчас рассматривают возможность конфискации этих активов, причем правительство США предлагает сделать это в качестве ответной меры для государств, пострадавших от действий России. Этот подход основан на международно-правовой доктрине репрессий, которая позволяет потерпевшим сторонам принимать пропорциональные контрмеры. Однако можно выделить три проблемы, связанные с этим подходом", — отметил Малдер.
Обозреватель указал на отсутствие принудительного эффекта. "Конфискация активов, которые были заморожены в течение почти двух лет, вряд ли заставит Россию прекратить конфликт. Положительное сальдо счета текущих операций России в 2022 году частично компенсировало первоначальное замораживание активов, снизив эффект от дальнейшего экономического давления", — убежден эксперт.
Он также напомнил о правовых и дипломатических проблемах. "Экономические репрессии обычно предпринимаются пострадавшими государствами, а не третьими сторонами. Большинство замороженных российских активов находятся в западноевропейских странах, не принимавших непосредственного участия в конфликте. Прецеденты конфискации активов обычно связаны с открытыми военными действиями между сторонами, чего в данном случае нет", — подчеркнул доцент.
Кроме того, Малдер указал на дестабилизирующий прецедент. "Конфискация активов без открытого участия в конфликте создает опасный прецедент, потенциально расширяя сферу принудительных действий государств в международных спорах", — убежден представитель Корнелльского университета.
По его словам, таким образом, вместо конфискации активов более юридически обоснованным подходом было бы финансирование Украины за счет прибыли от российских активов. "Это позволило бы не затрагивать основную сумму и имело бы более мягкие международно-правовые последствия", — констатировал Малдер.
