Письмо от Татьяны.
Свою старшую дочь я родила в восемнадцать лет, в двадцать - сына. С мужем Алису мы баловали как могли, с сыном же были построже, считали что мальчик должен расти мужчиной. Так и вышло, сын вырос мужчиной, нашей опорой. А вот дочь…
В семнадцать лет Алиса привела в дом мужчину, назвав его женихом. Этот жених был старше дочери на целых пятнадцать лет. Вел себя похабно, на наших глазах стал хватать за груди дочь. Сказали ему, что наша дочь несовершеннолетняя, и мы сейчас позвоним куда надо. Он же ответил, что ему пох… , она давно уже с ним не семечки грызет. Муж это вытерпеть не смог, схватил его за грудки и выкинул из квартиры. Дочь начала кричать, что нас ни когда не простит за Витю, схватила свою куртку и побежала за своим женихом. В тот день ночевать она не пришла, зато на следующий день пришла за вещами. Пригрозили ей, если сейчас она уйдет, то её женишка посадят. Она осталась, с нами не разговаривала, просто стала жить своей жизнью. Утром уходила, ночью приходила. На занятиях не появлялась. Что мы только не делали, на контакт с нами не шла. Смотрела с таким презрением на нас.
Когда восемнадцать лет ей исполнилась, она всё-таки ушла из дома. Где она, что с ней мы не знали. Телефон её не отвечал. Душа конечно за неë болела. Но что поделать если она себе выбрала другую жизнь, выкинув нас из неё. Спасибо, что у нас был сын, а то не представляю, что было бы с нами.
Четыре года мы не знали где она, потом пришло сообщение «Я родила, ребенок мне не нужен, если хотите можете его забрать или его отдадут в дом малютки». Далее адрес роддома, который находился в четырёх часах езды от нас. Мы сорвались, поехали. Дочь не застали, она сбежала. Внука мы забрали себе. Он нас зовет мамой и папой, души не чает в своем дяде. Кстати, наш сын скоро женится.
От дочери иногда приходят смс, с разных телефонов, то я жива, то со мною всё хорошо, я счастлива. И сразу же номера становятся не активными.
Я не знаю, сколько по времени это ещё продлится, объявится ли Алиса. Конечно я злюсь на неë, но душа просто рвëтся на части, ведь дочерью она не перестала быть.