Лиза 15 лет.
900 килокалорий и все, больше от меня никто не получит - ни мать, ни врачи, ни психологи, ни блогеры по здоровому питанию.
Ну ладно, в честь праздника мой организм получит 1000 ккал в сутки, но потом за непозволительное переедание будет неделю расплачиваться изнурительными тренировками. Аргументы ваши я выслушаю. За пятнадцать лет научилась тому, что лучше выслушивать весь этот хор из родственников, психологов, нутрициологов, доброжелателей, врагов и союзников (подруга тоже анорексичит).
Как я слушаю? Делаю вид. Это несложно, во время нравоучительных речей можно думать о своём.
С матерью, конечно, сложнее. Она смотрит в глазное дно и дожидается обратной связи (странные взрослые думают, что если орать и пугать, можно добиться результата). Хотя в одном я с матерью согласна - она отказалась лечить меня у психиатра, даже поссорилась с врачом, который сказал что «сверхценную идею можно выключить только препаратами». Мать с ним жарко спорила и назвала «шарлатаном». Я все равно таблетки бы не пила, потому что их основе высококалорийный крахмал. Я и без него считаю калории даже в воде.
Как можно согласиться с людьми потреблять больше пищи, если лишняя калория превращает меня в жирную корову с пухлыми щеками ? В тринадцать лет я была безобразна. В четырнадцать, когда потребляла тысячу пятьсот ккал в день, щеки торчали из-за ушей. Сейчас мне с трудом удаётся держаться в весе сорок килограмм при росте 164 см. Только сейчас без отвращения вижу себя в зеркале. Никогда себе не нравилась, но так хоть можно не отпрыгивать от зеркала. Жира во мне ещё много, но он не бросается в глаза.
Мой организм - это фабрика по производству жира, потому что один кусок хлеба весом в сто грамм образует плотный слой сала на бёдрах, заметный даже невнимательному однокласснику. Это он, мой герой, в сентябре сказал «классно выглядишь, но потолстела». Спасибо, человеку, что открыл глаза и запустил мою анорексию.
Мать заметила не сразу. Но она не союзник. Как можно делиться переживаниями с человеком, который заявил «ты милая, лишний вес тебя не портит». Мать - это источник заботливого зла, доверия к ней нет.
Лишний вес делает жизнь невыносимой и удивительно бездарной работу с психологом. Которая сама выглядит безобразно. Во время сеанса разглядываю её заплывший овал лица, толстые плечи (интересно, кто-нибудь видел ключицы в её погубленной жиром юности?)
Я никогда не спорю. Зачем? Видимо, психолог не думает о том, что несёт клиенту, если делает предложения типа «представь себе еду как источник жизненно важной энергии». Если бы она видела разницу между «любить себя» и «ненавидеть», то не пугала бы «необратимыми повреждениями внутренних органов». Для меня есть только одна пугалка - стать жирной. На остальные люди зря тратят силы. Лучше пусть продолжают есть жиры, из которых «организм производит свои оболочки, нейроны и связи между ними».
Моя связь с этим миром осуществляется только благодаря запавшим щекам, торчащим ключицам и тонкими, как веточки, ногами. В остальном я открыта к дискуссиям.
Дискутируйте, я никого не слушаю.
Читайте так же другие рассказы автора:
У тебя есть только 50%, что ничего плохого не получится
Слабоумие не болит и ни о чём не предупреждает