Диагноз поставили слишком поздно.
Сергей Агейкин никогда не выигрывал Олимпиаду и не блистал на международном уровне, как это делали главные звезды советского хоккея. Даже выпустившись из школы ЦСКА, он был вынужден поехать в Саратов, чтобы играть за местный «Кристалл» — в составе родной команды, напичканной главными звездами страны, места ему не нашлось. Тогда казалось, что карьера Агейкина идет совершенно не так, как он рассчитывал. Однако за четыре сезона в саратовском клубе форвард забросил 79 шайб и наиграл на приглашение из московского «Спартака». И в первом же сезоне после перехода в один из сильнейших клубов чемпионата СССР Сергей сумел подтвердить свой снайперский талант, заняв второе место в команде по количеству заброшенных шайб и уступив лишь признанной звезде и партнеру по звену Сергею Капустину. А тройка Агейкин — Шепелев — Капустин стала второй по результативности в союзном первенстве.
Неудивительно, что вскоре подающего большие надежды хоккеиста заприметили и в сборной. Первым турниром в составе национальной команды для нашего героя стал приз «Известий». Лидеру красно-белых удалось оправдать свой вызов: в 4 матчах он забросил 4 шайбы. Благодаря такой результативности Сергей в 1986 году впервые попал на мировое первенство, где в составе сборной СССР завоевал единственную в своей карьере золотую медаль чемпионата мира.
В 90-е ведущие советские хоккеисты устремились за океан. Агейкина тоже зазывали в лучшую лигу мира, но, в отличие от многих, ему предложили только просмотровое соглашение. Чувство неопределенности Сергей не очень любил, поэтому предпочел попробовать свои силы в европейских чемпионатах. Первой остановкой чемпиона мира стал польский «Подхале», но уже через год бывший форвард «Спартака» перебрался во второй по силе чемпионат Германии. Местный хоккей Агейкину приглянулся, поэтому возвращаться домой он не торопился. За четыре сезона в «Вайдене» он стал главным снайпером клуба, а однажды даже вплотную подобрался к сотне очков, записав на свой счет 90 результативных баллов в регулярке. Разумеется, такую игру фанаты клуба не могли обойти вниманием: почти на каждом матче были болельщики, облаченные в свитеры «Вайдена» с фамилией Сергея на спине, а на улицах и в магазинах нашего соотечественника частенько останавливали и просили автограф.
После Германии Агейкин на девять матчей заскочил в первенство Италии, а затем принял решение вернуться на родину и поставил подпись под контрактом с «Витязем». Сразу же после перехода нашего героя подольский клуб пробился в Суперлигу, но в высшем эшелоне российского хоккея Сергей провел всего пять матчей. Все из-за болезни, с которой форвард отчаянно сражался на протяжении восьми месяцев.
«В отпуске мы слетали на отдых в Турцию, затем начались сборы. Перед ними хоккеистов, как обычно, отправили на медосмотр, но там никаких патологий не обнаружили. Написали «здоров». Прошел предсезонку, начался чемпионат… И буквально в конце сентября папу положили в больницу со страшным диагнозом — рак крови четвертой степени. Восемь месяцев мы все боролись за его жизнь», — рассказывал Станислав, сын Сергея.
По воспоминаниям Агейкина-младшего, даже после оглашения фактически смертельного диагноза его отец не терял оптимизма и старался поддерживать свое моральное и физическое состояние на должном уровне. Ему делали химиотерапию, ежедневно кололи лекарства и готовили к пересадке костного мозга. Сергея также пытались вывезти на лечение за границу, но было поздно. Если бы болезнь обнаружили раньше, то шансы на спасение были бы многократно выше.
«Все, что тогда можно было сделать, было сделано. И врачей хороших нашли, и лекарства доставали самые современные на тот момент. Правда, пришлось потратить все деньги, что у нас были. Папе как-то подарили автомобиль на Кубке «Спартака», и эту машину тоже пришлось продать. Хорошо, что у папы было много друзей, которые нашей семье очень сильно помогли в тот момент», — делился подробностями Станислав.
Прославленный форвард ушел из жизни 31 мая 2001 года, всего две недели не дожив до своего 38-летия. Все характеризовали Сергея как доброго, ответственного и открытого человека. Неудивительно, что у него было очень много друзей. Проститься с ним пришло огромное количество людей.
«Чем бы папа занимался сейчас, будь он жив? В хоккей он точно играл бы очень долго. Повторюсь, даже во время болезни он старался поддерживать себя в форме. Для меня это было удивительно, но папа не мог без этого. А уж во время игровой карьеры не помню дня, чтобы он не занимался физическими упражнениями — пресс, отжимания. Фанат тренировок, профессионал до мозга костей. Если бы все относились к тренировкам так, как папа, думаю, в то время у нашего хоккея было бы больше побед. Ну а потом, после окончания карьеры, наверняка бы стал тренером. От хоккея он точно далеко бы не ушел — папа слишком любил эту игру…» — говорил Станислав Агейкин.