«Одним из самых незабываемых событий в моей карьере стал визит в Москву в 1990 году. Тогда в ходе подготовки к новому сезону мы проводили в столице СССР товарищеский матч с ЦСКА, а затем в Риге играли с местным «Динамо». Приехав в Москву, мы буквально попали в другой мир. Повсюду нас окружали сотрудники КГБ. Признаться, сложно почувствовать себя в безопасности, когда рядом с тобой постоянно ходят несколько человек с автоматом Калашникова».
Сейчас в это трудно поверить, но когда-то клубы НХЛ стабильно приезжали в нашу страну и проводили серии матчей тогда еще с советскими командами. Одна из таких «суперсерий» случилась в 1990-м году, когда в СССР прилетели «Монреаль Канадиенс» и «Миннесота Норт Старт». Отсутствие ощущения безопасности, о котором спустя годы рассказывал форвард канадского клуба Тодд Ивен, не помешало профессионалам из НХЛ начать турне с двух побед. Сборная питерского СКА и ярославского «Торпедо» была обыграна со счетом 6:3, а рижское «Динамо» — 4:2.
Дальше «Монреаль» уступил московскому «Динамо», но главной для гостей точно была последняя встреча — против ЦСКА. Вот что о той игре вспоминал тот же Ивен:
«ЦСКА и «Монреаль» всегда были принципиальнейшими соперниками. Красно-синие изо всех сил старались нас победить. Мы же еще были не в форме, поскольку лишь готовились к сезону. Тем не менее, «Монреаль» показал хороший хоккей, и в итоге матч завершился со счетом 2:2. Конечно, было тяжело в физическом плане, да и армейские болельщики неистово поддерживали свою команду. В хоккейном плане это был просто уникальный опыт».
Ветеран «Канадиенс» то ли забыл, то ли не хотел вспоминать, но вничью закончилось только основное время той игры. Дальше был овертайм, на 50-й-секунде которого вратарь Жан-Клод Бержерон неудачно отбил шайбу после броска Евгения Давыдова, а первым на добивание успел Андрей Коваленко, который и принес ЦСКА победу в очередном советско-канадском противостоянии.
Но запомнилась та игра не голами и результатом, а запредельным уровнем грубости. На двоих соперники набрали 250 минут штрафа, а в концовке второго периода на льду вспыхнуло грандиозное побоище. Все началось с силового приема Майка Макфи на Владимире Малахове: после жесткого хита защитник армейцев смог подняться на ноги, нанес несколько точных ударов, но бой в итоге проиграл, оказавшись под оппонентом и позволив тому победить по очкам.
Параллельно на площадке состоялись еще несколько кулачных поединков: Буре против Шнайдера, Бякин против Скрудланда, Каменский против Свободы. Судьи не скоро остановили побоище и навыписывали кучу штрафов. Малахов и Макфи были удалены до конца матча, советский защитник, покидая лед, завел трибуны победными жестами, а Скрудланд принесся к калитке и что-то кричал ему вслед. Во дворце спорта «Лужники» тем вечером было очень жарко.
Удивительно, но через 20 лет Малахов с трудом вспоминал подробности той драки и даже не сразу вспомнил, что сам принимал в ней участие:
«Смутно помню. У нас тогда была совсем молодая команда — многие ее лидеры уже уехали в НХЛ. Как завершилась игра — не скажу, зато осталось в памяти то, что «Монреаль» играл грубо, спровоцировал несколько драк. Впрочем, и мы тогда были молодые, горячие, отпор дали.
— А вы дрались?
— По-моему, нет, обошлось.
— Запамятовали. С 20 минутами штрафа вы стали главным бойцом ЦСКА…
— Да, забыл. Надо будет при случае поднять архивы.
— Серьезно ли отнесся тот «Канадиенс» к встрече с ЦСКА?
— А в те годы к нам всегда относились серьезно. Помню, что «Монреаль» выставил свой сильнейший состав — с Руа, Саваром, Кином, Карбоно, Рише, Корсоном и многими другими звездами».