Начало произведения
День отличался от ночи разве что тем, что был ярче. По крайней мере так было для Феанора.
Эльф почти не спал. Он попросту не смог заснуть. Нет, конечно же, не из-за гоблинов, посетивших его. Скорее всего причиной этому были накопившиеся внутри него проблемы, в свое время не нашедшие выход и просто похороненные под большим слоем его тяжелой души.
Кошмар за кошмаром не давали целителю расслабиться прошедшей ночью, от чего перед самым рассветом он принял решение и вовсе не ложиться спать. Это решение было совершенно точно не верным, но наш эльф решил так.
Сейчас Феанор сидел на стуле и наблюдал, как ветер пытался раскачивать мощные кроны остроконечных деревьев. Которые как колья окружали поляну на границе леса и его дома.
– Давно не поднимался такой ветер, – Феанор попросту откладывал то, что собирался сделать вот-вот.
– Так, хватит! – эльф поднялся со скрипучего стула и вышел на улицу.
Ранний день встретил целителя осенней прохладой.
К лету быстро привыкаешь, а отпускать его всегда тяжело и грустно. Осень иногда наступает плавно, подражая лету до последнего. До откровенных холодов и дождей. До слякоти и первого снега.
Феанор поежился, представив как неделями за окном льет дождь. Он ускорил шаг и вот уже вышел на нужную тропу. Скрытую, тайную тропу.
Со стороны она такой не являлась, но шедший по ней всегда сворачивал в другую сторону. А тот, кто знал скрытую, настоящую тропу, всегда выходил в одно и то же место. Хоть лес его и менял, пряча от ненужных глаз.
Зайдя за широкую липу Феанор тяжело вздохнул, увидев огромное дерево раскинувшееся в центре маленькой поляны.
Не знавший, что это наверняка бы издал пронзительный крик и убежал бы без оглядки, но не наш лекарь. Он вместо этого нахмурился и стал приближаться к десяткам лиц, медленно плавающих по коре этой громадины.
Дуб словно был перевернут и вместо его ветвей были корни, пышной шевелюрой уходящие вверх. Настолько высоко, что заслоняли само солнце. А зеленые поросли листьев на них были чем-то чуждым, неправильным и лишним. Но все же это странное, противоестественное древо было родичем всех остальных и имело сверху зеленую шапку. Может оно просто маскировалось?
Одно из лиц заметило эльфа и неспешно перевело на него свои пустые глаза, воскликнув:
– Старый добрый друг! Я рад тебя видеть, – огромные ветви черного дуба стали тянуться к эльфу.
– И я, – коротко ответил Феанор.
– Ты пришел сюда продолжить наш прерванный двадцать лет назад разговор? – дерево аккуратно провело ветвью по плечу лекаря.
Сейчас уже все лица, тягуче перемещающиеся по коре дуба, наблюдали за нежданным гостем. Здесь были лица и мужчин, и женщин со стариками даже пара детских. Все они были чем-то похожи, но на первый взгляд казались абсолютно разными.
– Чувствую, что да. Хоть мне этого и не хочется, но никто кроме тебя не сможет мне помочь, – Феанор опустился на землю и скрестил под собой ноги, положив ладони на колени. Целитель тяжело вздохнул и выдержал взгляд лица, уставившегося на него.
Маска безмолвно вскрикнула и стала ползти вверх по коре.
– Хорошо. Что ты сейчас испытываешь, мой друг? – протянул уже другой голос и другое лицо переняло эстафету беседы.
– Пустоту. Стыд. Страдания и бессилие. Я даже не знаю, как говорю эти слова, как они… – Феанор прикрыл глаза ладонью.
Дерево качнулось и, казалось, сделало шаг к эльфу. Одна из масок зевнула и протянула:
– Если чувства есть, значит ты жив, дорогой друг. Значит твоя душа еще сможет жить в этом мире. Будет радоваться новому и ценить старое. Переживи то, что не смог пережить тогда.
– Я… я просто не могу. Она, она была для меня всем! – лекарь ударил кулаками по земле и поднялся. – Какой смысл жить жизнь на половину? Без своих близких, без детей. Это все… – он развел руки в стороны и окинул взглядом полянку, – не имеет никакой цены… Я должен был умереть тогда с ней, на том огне. На том костре. А не стоять здесь перед своим другом и каяться. Нет.
– Но не умер же? – лицо женщины нежно прошептало. – Ты живешь, чтобы помогать другим. Пусть в тебе и есть зерно горя. Однажды ты его выкорчуешь. Избавишься. Извергнешь из себя агонией. Освободишься. Но до этого, твой путь это – исцеление чужих душ, Феанор. Сам что думаешь? – ветви заскрипели и дерево стало в два раза больше, нависнув над эльфом.
– Ничего. Хочется зайти в чащу и забыться, как в прошлый раз, – огрызнулся Феанор.
– И снова кого-нибудь убить в порыве ярости? Та ли это цена за пару ночей забвения? – на этот раз детское лицо нахмурило густые брови.
– Не знаю. Я уже ничего не знаю. Так тяжело быть эльфом в этом лесу. Проще обрезать себе уши и уехать на юг. Туда, где ты никому не нужен и спросу с тебя нет, – Феанор рассмеялся.
Дерево качнулось и затрясло ветвями, словно пытаясь кого-то скинуть с них.
– Там ли твое место, Феанор? – старая женщина медленно протянуло каждое слово.
– Нет.
– А где оно тогда?
– Здесь.
– Вот и славно, мой дорогой друг. Вот и славно… Мне нравится, что ты пришел. Меня давно никто не навещал из ваших. Только случайные души. Вкусные души. Заблудшие и злые…
– Мне пора, Эйервил. Надеюсь, больше не приду, – эльф развернулся и зашагал прочь.
Но у липы он остановился и, нехотя, обернулся, прошептав:
– Спасибо тебе, Эйервил. Спасибо… за то, что спас. Что сделал это… – кусты поглотили целителя и скрыли от безжизненных глаз одной из масок.
– И я был рад встрече, Феанор. И я, – лица завороженно проводили спину эльфа.
Огромное дерево выпрямилось, потрясло ветвями и заснуло, превратившись в обычный дуб, до поры до времени. Десятки лиц затянула кора, словно водоворот. Она поглотила всех, оставив поверх себя лишь твердую столетнюю кору.
***
Много часов наш эльф блуждал по лесу в поисках конца своих мыслей. Но смирившись с их бесконечностью он внезапно вышел к тропе ведущей на поляну. Его поляну. Где стоял одинокий дом с двумя окошками. Справа была пристройка, украшенная плющом, который с каждым годом все сильнее захватывал его жилище. Небольшая, больше комичная оградка окружала территорию Феанора. Каждый день он, выходя на рассвете осматривал ее и следил, чтобы не один заборик не валялся на земле.
Тропинка, петляя вела к основному входу избы. Больше на поле не было ничего кроме большого цветочного луга и одной красивой беседке, где Феанор любил принимать своих гостей.
Казалось, закат уже давно должен был наступить, но время было обманчиво.
Целитель обошел свой дом, поправил его части. Прибрал мусор и что-то его подтолкнуло направиться к беседке.
Он снял плащ и кинул его на веранду, а сам направился к небольшой постройке, сияющей серебром на солнце.
Феанор провел ладонью по круглому столику и сел, вытянув ноги. Выдохнул, а потом медленно вдохнул.
Что-то в аромате цветов выделялось. И это что-то становилось все явнее и явнее.
Медленно появлялся запах смерти, смрада и разложения.
Целитель вскочил и выбежал из беседки. Ему навстречу шли несколько оживших мертвецов.
По всей видимости их оживили, как и убили – недавно.
Феанор быстро осмотрелся и схватил одну из деревяшек, лежавших рядом. Выставил вперед и замер.
Зомби были слишком уж быстры для своего обычного состояния. Поверх одного заклинания было наложено еще несколько.
Феанор осмотрелся, но вокруг никого не было, кроме него и тройки зомби, окружавших эльфа.
Тонкие губы целителя произнесли неуловимое заклинание, и кривая палка превратилась в изящный эльфийский меч. Целитель тут же взмахнул им. Что-то может пропасть из памяти, но не из памяти тела. Его руки, мышцы помнили, как обращаться с эльфийским клинком.
Ровно в тот момент как первый из оживших мертвяков сделал выпад, лезвие засияло. Взмах и голова нападавшего покатилась по зеленому лугу.
Есть одна проблема с мертвяками, отрубив им голову тело не сразу сдается. Так еще и двое других присоединились к обезглавленному.
Тогда Феанор отпрыгнул назад и снова произнес заклинание. Его пальцы пробежали по лезвию, и оно вспыхнуло фиалковым.
Эльф выпрямился и чуть выждал пока двое из зомби приблизятся. А затем закружился в танце.
Лезвие ловило закатные лучи и жгло ими неупокоенных. Каждый удар клинка заставлял плоть обращаться в пепел. И вот уже под конец танца рядом с Феанором оказались лишь две кучки сожженной плоти. Третий зомби нашел свою голову и пытался, кажется, поднять ее. Но точный удар, пронзивший мертвое сердце остановил его потуги. Затем еще один и битва была кончена.
Когда тишина только стала наползать ее саванн нарушил чей-то хлопок, а затем еще и еще. Эльф бросил меч на землю и тот сразу же принял свой старый облик.
Целитель уже знал кто ему хлопает. Злился ли он? Нет. Ему было хорошо. Тело почувствовало жизнь. Кровь усиленно питала мышцы, а рефлексы и инстинкты, требовали новой битвы. Сильнее, сложнее, кровавее. Но Фенаор быстро овладел собой и после короткой паузы направился к беседке, где его уже ждала некроманша.
– Смотрю, ты не плох. Хоть тебе и больше ста лет.
– Обижаешь, Сандра, – эльф улыбнулся, садясь за столик.
Воцарилось молчание.
Сандра постучала длинными ногтями по серебряной поверхности чего-то ожидая от целителя, но тот лишь снисходительно наблюдал за ней.
– Я овладела новой магией. Вот хотела показать тебе. Встряхнуть тебя. А то ты вечно молчаливый, как дуб, – она надула щечки.
– Это прекрасно, Сандра. Но больше так не делай, пожалуйста. Наверняка ты найдешь лучшее применение своим навыкам.
– О, это я могу. Не сомневайся остроухи! Еще как найду, – колдунья засмеялась.
– Есть новости о многооком? – Феанор решил сменить тему.
– Тебе это правда интересно или ты просто хочешь сменить русло беседы, хитрый эльф? – ее изумрудные глаза сверкнули.
– И то и то, Сандра, – Феанор сложил руки перед собой и внимательно уставился на некромантшу.
– Не то, чтобы уж новости, но кое-что могу рассказать. Птички нашептали, что была битва неких поборников славы с культистами. И что первые якобы разбили вторых. Но там все было немного иначе, – девушка размяла шею и посмотрела в сторону леса.
– Доблестные рыцари нашего славного короля, – она ядовито протянула, – победили культистов разбив их в труху. Но победили не тех, – она рассмеялась. – Представляешь, мозгоправ? Не тех. Вот уморы.
Феанор молча смотрел на нее о чем-то глубоко размышляя.
Спустя время он произнес:
– Бывают правильные культисты и не правильные? Я думал все несут зло. По крайней мере на нашем континенте.
– Ну ты и темный лес, остроухий. Конечно, бывают разные! Есть правильные культисты, а есть нет. Вот тех, что покромсали эти придурки, были как раз из правильных. А те, что «не правильные» смогли провести многоокого скрытым через земли северян и выйти чуть ли не к разлому, наведя полный хаос у гоблинских пещер. Вот через пару дней им всем аукнится, помяни мое слово, эльф.
Феанор молчал и смотрел в тревожные глаза Сандры, пытаясь понять, из-за чего она переживает.
– Ты уйдешь если здесь станет жарко? – ее голос лезвием нарушил тишину.
– Нет, – тяжело ответил эльф. – Здесь мой дом, здесь мое место, на этой земле, на этой поляне. Один раз я уже ушел и это мне многого стоило. Больше я так не поступлю.
– Это глупо, – некромантка сложила руки на груди. – Как же наши беседы? На кого мне будет тогда натравливать моих приспешников? Несерьезно, мозгоправ. К чему пустая смерть?
– Пустых смертей не бывает. Любая смерть к чему-то. Каждая кончина дает чему-то новое начало. Со временем ты это поймешь. Это твое ремесло. Думаю будешь знать больше меня, – он улыбнулся девушке.
– Говорят, что многоокий не так прост, как про него говорят. Не простая страхоежина из глубин, как его окрестили северяне. Якобы, – девушка наклонилась вперед и уперла острый подбородок в ладони, – это некий пробужденный бог... – она откинулась на лавку.
– А что такое бог?
– Что-то могущественное и страшное.
– А почему страшное, Сандра?
– То, чего ты не можешь понять, обычно ты боишься. Так заведено, остроухий. Таковы обычаи рода людского, – она развела руки вс тороны.
– Ну ладно что все обо мне да обо мне. Расскажи, как у тебя дела, мозгоправ.
Феанор улыбнулся.
– Живу себе в своем доме. Пью чай и слежу за закатами. Что еще может делать старый эльф?
– Например ходить в лес к некому дереву. Тут мне опять же птичка нашептала. Что это древо удивительно. Я хотела бы посмотреть на него. Отведешь? – в ее глазах вспыхнул юношеский задор.
Но в ответ Феанор лишь покачал головой.
– Ни к чему тебе встреча с ним. Поверь мне.
– От чего же? – Сандра вскинула подбородок.
– Не все возвращаются от того дерева. Да и лес сам решает кому его посетить, а кому сгинуть в чаще так и не найдя тропу, – на последних словах эльф закрыл глаза и медленно вдохнул.
– Скучный ты! Не как я! Я вот... – она замолчала о чем-то вспомнив. Вскочила и побежала в сторону леса, в сторону разлома. Лишь на секунду обернувшись и бросив Феанору. – Мне пора! Хорошо поговорили. Мне и правда становится легче, остроухий. И правда...
***
Время струилось словно ручей. Целитель не заметил, как наступила ночь. Не поздний вечер, а именно глубокая и звездная ночь.
Казалось, пока Феанор вглядывался в ночную чащу леса над ним бешено кружились чьи-то далекие светила. И стоило ему поднять глаза как их кавалькада тут же застывала в одном и том же положении.
Интересно какая там жизнь. Какие там проблемы, цари и многоокие. Если там разлом, разделяющий разные расы друг от друга? Есть ли там леса и водопады? А может там ничего нет кроме адских лавовых полей и пустых небес. Может и так.
Феанор любил размышлять и рассуждать о чужих светилах. Пока не начинал проваливаться в сон. Пока мысли не начинали превращаться в образы, картины и появлялась та грань шагни за которую ты тут же окажешься во сне.
А сны ведь не отличить от реальности?
Огромные деревянные стены вырастали одна за другой из-под красного песка. Феанор бежал по поднимающимся колоннам, и секунда за секундой успевал перепрыгнуть с одной на другую.
Впереди поднимались горы и бескрайний океан в которых они тут же тонули, оставляя после себя снежные шапки медленно таявшие в темной воде.
Последняя колонна улетела вверх, оставив эльфа перед океаном.
Целитель подошел к воде и зачерпнул ладонями темно-синию воду. Умылся. Вдруг ему жутко захотелось пить. Но он понимал, что нельзя. Не здесь. Во сне многое нельзя делать. Но когда ты понимаешь, что это сон, а когда нет…
Феанор зачерпнул еще воды и выпил. Сладко-соленая. Вкусная. Моментально утоляющая жажду.
Он зачерпнул еще и зазвучал мелодия. Описать ее невозможно. Она была тихая и одновременно оглушающая. Красивая и нет.
Медленно из воды поднялась фигура. Черные длинные волосы облепили голое женское тело как кокон.
Фигура медленно двинулась к эльфу вытянув вперед руку и указывая пальцем.
Когда она подошла ближе, целитель увидел, что хоть тело и выглядело как женское, лицо было... А точнее его не было. Вместо него были сотни разных глаз.
Феанор понял, что по его телу ползут путы липкого страха. Он много всего повидал в жизни и был не из пугливых. Но то была реальность, а здесь сон. И стоило ему задаться мыслью об этом, как сон его выплюнул. Безжалостно спас от чего-то неведомого.
До рассвета было еще рано. Эльф поднялся и побрел к своему дому. Холод бил ветром ему в спину подгоняя. Казалось, что из леса за ним смотрят десятки чьих-то глаз. Тихо и с опаской. Выжидающе. Но то были звери, а не видение изо сна.
Об этом он подумает утром, если вспомнит, а сейчас ему хотелось упасть на свою кровать и снова погрузиться в сон. Что он и сделал.
Другие мои произведения:
- Ученик мага,
- Путешествие на Марс,
Читатель, если тебе понравилось произведение поставь лайк и подпишись на канал. Ниже в комментариях можно поделиться своим мнением.
Мой телеграмм канал - https://t.me/fantasyworldstorie
фэнтези,