Ирку в первый раз отпустили праздновать Новый год с друзьями. Собирались у Генки на квартире. Ну как у Генки… Это была хата его деда, но тот впал в деменцию. Генкины родоки, вначале, приходили ухаживать за ним: ну там поесть приносили и *опу мыли, а после того, как дед неудачно упал и повредил глаз – забрали к себе, чтобы был под боком. Дед занял Генкину комнату, и тот теперь ночевал в зале, вместе со старшим братом, так что парень считал справедливым, что он с друзьями праздник будет отмечать на хате у деда: типа тот расплатится за то, что тот живет в его комнате. Родители отдали мальчику ключи, когда тот пообещал, что они уберутся в квартире и приведут в порядок лоджию, чем они с друзьями и занялись 29 декабря, после школы. Собственно, их отпустили уже после второго урока, и они с одноклассниками сразу пошли на квартиру. Девчонки прихватили тряпки и чистящие, а парни пиво, чтоб прибираться было веселее. Через четыре часа лоск был наведен и ребята спокойно потягивали пенное на полу на кухне: табуретка была всего одна, но ребят это не смущало, они строили грандиозные планы на новогоднюю ночь. Ирка переживала, что её могут не отпустить, но вспоминала мамины слова: «Вот будет тебе пятнадцать лет, будешь делать, что вздумается!». Ей уже пятнадцать, можно и предъявить маме её же слова. Ирка немного стеснялась и жалась в угол, но ей жутко хотелось влиться в эту компанию, тем более что ей очень нравился Генка. А после того, как он пригласил всех к «себе на хату», она и вовсе голову потеряла, в ее мыслях он был: щедрый (всех пригласил), взрослый (у него же хата), богатый (по той же причине), в общем надежный во всех смыслах. А еще у Генки глаза разного цвета: карий и синий. Да-да именно синий: не какой-то там голубой, а синий, как небо с поволокой. Он сам шутил, что это потому, что у него раздвоение личности и Ирке эта шутка очень нравилась. Так что, отпроситься у родоков на новогоднюю ночь – было делом чести. У девочки в голове созрел план, что ее должен отпросить друг Генки – очкастый Кирилл. Парень занудный и жутко медлительный, но это сын маминой знакомой, так что шансы повышались. На удивление, родители быстро дали добро и Ирка вовсю красила лицо вечером тридцать первого декабря. Кирилл зашел за ней, когда девушка была уже во всей красе, но праздничное мини решила спрятать в рюкзак и переодеться уже на хате, а пока на ней скромно красовались джинсы и свитерок, связанный заботливой мамой.
Генкина квартира была украшена мишурой и дождиком, видно, что парень готовился, даже в люстру вкрутил новенькие лампочки, вместо перегоревших, отчего комната стала казаться больше и обои на стенах уже не казались такими обшарпанными. Стол перетащили из кухни в комнату, ближе к дивану и креслам, разместиться должны были все: в тесноте да не в обиде. Генка, как заправский хозяин, помог Ирке снять пуховик и повесить его в шкаф, а затем галантно поцеловал ей руку, отчего Кирилл, который сопровождал Иру, заскрипел зубами, а девушка заливисто рассмеялась: кавалеры, блин! Ира пошла переодеваться в ванну и в зеркале увидела, что Генка проводил ее похотливым взглядом. У девочки все аж перевернулось внутри. Когда Ирка переоделась и вышла в комнату, она отметила, что все уже собрались, а парни уже открывают шампанское, чтоб проводить старый год. Подняв пластиковый бокал, Генка, как взрослый произнес тост:
- Чтоб у нас все было и ничего за это не было – ребята за столом одобрительно заржали, и Ирка в первый раз попробовала шампанское. Пузырьки щекотали язык и жидкость не хотелось глотать. Тепло разлилось по телу. Постепенно девушка расслабилась и не сводила глаз с Генки, который все время шутил и подливал в бокалы сок, разбавленный чем-то крепким. Семен - двоюродный брат Генки – притащил из дома колонку и ребята развлекались тем, что задавали Алисе похабные вопросы, затем парни приглушили свет и включили музыку. Кто-то разбился по парам и пытался танцевать, Ирка, вдруг, почувствовала, как ее прижали к стеночке: Генка! Ирка нервно засмеялась: напротив ее лица были Генкины разноцветные пьяные глаза. «Какой он эффектный»- девочка прижалась к парню и они медленно закружились, как казалось Ирке в безумном танце. На самом деле Генка просто придерживал Ирку и таскал ее под музыку, по комнате. Его руки опустились уже значительно ниже талии девочки. Ирка почувствовала, что Генка тащит ее в ванну ю комнату с совмещенным санузлом – она не сопротивлялась, а только глупо хихикала. Закрывшись на шпингалет, Генка неумело шарил губами по шее девочки. Внезапный стук в дверь и звук голоса очкастого Кирилла перебил «аппетит»:
- Эй! Мне нужно в туалет!
Пьяные глаза Генки налились злостью, и он заорал:
- Вали отсюда, занято – Ирка нервно захихикала и прижалась к Генке, который уже расстегивал пуговку на плате девочке. Все было, как заторможенном сне. Через минуту, когда Ирка была уже готова на все, в дверь опять затарабанили:
- Эй, я щас ус**сь! Открывайте! – Кажется Кирюха привел еще кого-то из ребят и они все вместе ломились в ванну. Гребанный совмещенный санузел, весь кайф перебили. Ирка одернула на себе платье, а Генка открыл шпингалет.
- Вы чё тут? – Кирилл вытирал запотевшие очки краем футболки, а девчонки, которые столпились возле ванны, захихикали.
- Ничо тут! Обломщик хренов! – Генка грубо оттолкнул Кирилла и пошел в комнату. Налил себе в стакан еще сока и ухмыльнулся. Немного расслабился и привалился на диване к тепленькой уже Светке из параллельного:
- Ты чо не танцуешь? – парень улыбнулся, а Светка засмущалась для вида.
- Так тебя жду, приглашай! – она заржала, как лошадь, а парень тут же прижал ее к себе в танце.
Тут же, забытой Генкой Ирке, внезапно, стало тошно, прям физически. Пробеливавшись, она как бы со стороны наблюдала за Генкой, Светкой, ребятами, которые без конца наполняли пластиковые фужеры. Затем взгляд ее сфокусировался на часах на стене. 23:58…
- Эй! – Ирка пыталась перекричать музыку – Эй! Ребята! Через минуту Новый Год, давайте телек включим, скоро куранты пробьют.
Но Ирку никто не слушал, она вдруг почувствовала себя такой несчастной и одинокой, настолько, насколько может быть одиноким подросток, она прошла на кухню и присела на единственный табурет.
- Ирка, давай желание загадай, скорее, а то куранты бьют – перед девочкой, внезапно образовалось два стакана с соком и абсолютно трезвый Кирилл. На вопросительный взгляд девочки только пожал плечами – сок… Просто сок, я ж боксом занимаюсь, у нас это не приветствуется…
Он включил на телефоне прямую трансляцию «Первого канала», и они с Иркой успели услышать, как Президент сказал «С Новым годом!» и начали бить куранты. Ребята подняли стаканчики, и Ирка зажмурилась.
Еще минут двадцать ребята сидели на кухне и слушали, как одноклассники веселятся за стенкой и беседовали о чем-то своем, а когда послышался звон битого стекла – решили, что пора идти домой. Ни с кем не попрощавшись, они тихонько вышли.
Пузырьки от шампанского уже окончательно покинули голову Ирки и они с Кириллом нашли тысячу тем для разговоров: оказывается они оба зачитывались детективами, только Ирка любила Кристи, а Кирюха Чейза:
- Женское чтиво – эта Агата Кристи – смеялся Кирилл
- Слишком кроваво все у Чейза – парировала Ирка.
Домой Ирка попала к четырем утра и уснула, как только голова коснулась подушки. А когда встала, мать ее рассказала новость, которую она услышала от Юльки – коллеги, которая является подругой матери некой Светки (кстати, одногодки Ирки). Так вот, на праздновании Нового года, на какой-то хате, над этой Светкой надругались подростки, а сын хозяев квартиры, на которой буянили подростки, потом попал в наркологичку с отравлением, впрочем не он один… Мама Иры тяжело вздохнула.
- Хорошо, что ты у меня такая ответственная – Мама прижала к себе голову девочки и поцеловала в макушку.
- Хорошо, что это Кирилл такой ответственный… - улыбнулась про себя Ирка, которая думать боялась, чем для нее могло бы все обернуться. Она тайком набрала сообщение парню: «Спасибо!».
