Весна победного, 1945 года. Германия. Полевой аэродром недалеко от Баутцена, немецкого городка со славянскою душой.
Почему со славянской? Дело в том, что в этом городе издревле компактно проживали лужичане или, как их ещё называют, лужицкие сербы.
Наступление 1-го Украинского фронта под командованием маршала Ивана Конева было столь стремительным и мощным, что немцы даже не успели эвакуировать аэродромное хозяйство.
Командующий 2-й воздушной армией генерал-полковник авиации Степан Красовский захотел лично осмотреть полевой аэродром близ Баутцена.
Выехали рано утром. Машину командующего сопровождал взвод охраны. Разрозненные группы фрицев, прятавшие по лесам, из-за боязни попасть в плен к русским, с боями прорывались на запад. Хотели сдаться в плен союзникам, так как чувствовали в них «родственную душу».
Кстати, они не ошибались. Союзники действительно отнеслись к пленным фашистам «по-братски». При фильтрации многие из нацистов избежали наказания, а большинство получали чисто символические сроки.
Посмотреть на аэродроме, окружённом густым хвойным лесом, было на что. Генерал по-хозяйски оглядел объёмные ангары, несущие конструкции которых были из обработанной древесины.
Некоторые из них были под завязку заполнены самолётами. На западной окраине поля под открытом небом стояли совсем новенькие планеры. Маленькие для связи и большие транспортные.
«Да это же готовый аэродром для наших самолётов. Тем более недалеко от Берлина», — про себя отметил командующий. «Надо тыловикам сказать, чтобы они, не откладывая начали подготовку аэродрома для приёма самолётов».
Довольный осмотренным хозяйством, генерал-полковник направился к машине. Надо было возвращаться на командный пункт. Он только занёс ногу, чтобы усесться на место рядом с водителем, как раздалась громкая команда «Воздух!».
Это был немецкий «Мессершмитт–109». Он внезапно появился на другом конце поля и как будто готовился приземлиться. Но это было не так. На самом деле он пикировал на генерала, который, в отличие от своих подчинённых, не успел скрыться в ближайших зарослях леса.
Бежать, уворачиваясь, не было никакого смысла. Немецкие лётчики обладали завидным мастерством по поражению точечных мишеней. Генерал отлично это знал. Да и велика ли честь — советскому генералу драпать по полю от фашиста.
Он неосознанно для себя снял с головы потрепанную шапку, которую еще с финской носил, и отчаянно замахал ею. Одет он был в чёрный кожаный полушубок, на котором не было никаких знаков различия.
Вражеский самолёт прошёл над генералом на бреющей высоте. Крупнокалиберный пулемёт молчал. Было такое ощущение, что немец с удивлением рассматривал человека в чёрном полушубке, отчаянно размахивающим над головой шапкой.
«Не высовывайтесь», — громко крикнул генерал своим. «Он на второй заходит».
И снова стал размахивать шапкой над головой. Мессер, развернувшись, набрав высоту, снова стал пикировать на нашего героя. И опять тишина. Только рёв мотора.
На этот раз немецкий самолёт, выпустив шасси, приземлился недалеко от Красовского. Видимо лётчик посчитал, что это военнослужащий вермахта и ему нужна помощь.
Пилот допустил грубую ошибку. Его самолёт, подрулив к окраине поля, не развернулся на взлёт. Более того, он заглушил двигатель. В случае чего, самолёт не смог бы быстро взлететь.
Когда открылся фонарь кабины и показалась голова лётчика, крылатую машину уже обступили бойцы генерала.
Вот так генерал и посадил шапкой вражеский самолёт. Бойцы захватили «языка», а его водитель Василий обзавёлся новенькими красивыми наручными часами.
«Учись, Степка, авось в люди выйдешь»
Будущий маршал авиации Степан Красовский, 1897 года рождения, родом из Могилёвской губернии. В крестьянской семье, не считая него, было еще пятеро детей. Одни мальчики. Он старший.
Церковно-приходскую школу, что была у них в селе Глухи, он еще мог окончить, а вот чтобы дальше продолжить обучение необходимо было хорошее знание русского языка. У них же в селе все поголовно разговаривали на белорусском.
Диктант, что Степан написал на вступительных экзаменах в высшую начальную школу, содержал кучу ошибок. Да и не только у него. У всех сверстников, что поступали вместе с ним, было тоже самое.
Выручила жена директора школы. Кто-то из знакомых посоветовал обратиться к ней за помощью. Она могла замолвить словечко перед своим мужем.
Добрая женщина, глядя на Степана и его друга, что пришли к ней домой просить за себя и сверстников, не отказала им в помощи. «А что, если и на самом деле из них выйдет толк», — подумала она тогда. Жалко ей стало ребятишек. Ведь видно же, как рвутся они к учёбе.
Но было еще одно препятствие. Обучение было платное. 14 рублей в год, да рубль в месяц за койку в общежитии. Кроме того, надо было оплатить учебники, письменные принадлежности. Одеться и обуться. Чай не деревенская школа. В лаптях не походишь.
Выручил дед Ермолай, решив для себя, что вот он тот самый случай, когда нужно свою заначку опорожнить. «Учись, Стёпка, авось в люди выйдешь. А мы уж как-нибудь потерпим...», — наставлял дед старшего внука, отсчитывая медные затёртые пятаки.
От уездного городка Быхово, где была школа, до села Глухи восемнадцать вёрст. Хорошо, если кто-то подвезёт, а так больше пешком. В воскресенье вечером туда, а через неделю, в субботу, обратно. И так все четыре года. Но он смог. Выучился. Помнил о наставлении своего деда.
Война связала его с авиацией
Окончив в 1915 году училище, Степан до мая 1916 года работал учеником телеграфиста в почтово-телеграфном отделении. Но шла война и его, 19-летнего паренька, забрали в армию.
После курсов механиков беспроволочного телеграфа Степан получил унтер-офицерский чин и был направлен на Западный фронт. Его назначили начальником радиостанции. Сначала он служил в 20-м армейском, а затем в 25-м корпусном авиаотряде. Вот с этого то момента наш герой и связал свою судьбу с авиацией.
Советскую власть Степан Красовский поддержал безоговорочно. Ни на минуту не задумываясь, он вступил в Красную гвардию. Крепко запомнил, как на его учёбу дед отдавал свои последние медяки, которые копил всю жизнь.
С 1918 года он в действующей Красной армии. Сначала служил комиссаром в авиаотряде, а затем и вовсе поднял планер в небо. В лётчиках тогда был острый дефицит, вот Степан и подсуетился.
Его авиаотряд сражался в годы Гражданской на Восточном фронте, а затем на Кавказском.
После Гражданской войны Степан Красовский продолжил службу в Красной армии. До 25-го года служил военным комиссаром в Закавказском сводном авиаотряде, а затем в подмосковной эскадрилье «Красная Москва».
Два года учился на курсах усовершенствования начальствующего состава ВВС при Военно-воздушной академии имени Жуковского. Помнил слова деда: «Учись, Стёпка, …». Вот только жаль дедушки то уже к этому времени не было в живых. И не похвалишься.
Когда выпустился, его назначили командиром 3-го авиаотряда, дислоцирующего в Иваново-Вознесенске.
К 36-му году наш герой получил высшее образование. Окончил академию имени Жуковского. После чего его военная карьера резко пошла вверх.
Командовал штурмовой авиабригадой, затем бомбардировочным авиакорпусом. Когда началась советско-финская война комбриг Красовский возглавлял воздушные силы 14-й армии, являясь одновременно командиром Мурманской авиабригады.
«Вот вас то наградили. И заметьте, никто вас про выпивки не спрашивал…»
Великая Отечественная застала Степана Акимовича на Кавказе. Он тогда был командующим ВВС Северо-Кавказского ВО. На фронте с августа 41-го. Ему доверили командовать авиацией 56-й отдельной армии.
В начале 1942 года генерал-майор Красовский возглавил авиацию Брянского фронта. С мая 42-го командовал различными воздушными армиями. С марта 43-го и до конца войны Красовский был незаменимым командующим 2-й воздушной армии.
Сражался на Южном, Юго-Западном, Воронежском и 1-м Украинском фронтах. Принимал участие во многих оборонительных боях. Сталинград, Курская битва, форсирование Днепра, Корсунь-Шевченковская операция.
Как-то Красовский лично наблюдал за воздушным боем советского лётчика с немецкими «Мессершмиттами». Впечатлило. Приехав в полк, он спросил у начальника штаба фамилию пилота, что так лихо расправился с вражескими самолётами.
— Старший лейтенант Николай Шутт, товарищ генерал-полковник.
— Белорус? Земляк! Майор, да за такие бои к наградам надо представлять.
— Так-то оно так, товарищ генерал-полковник. Боец он хороший. Храбрый. И лётчик опытный. Только вот за воротник закладывать любит. Нет-нет да и хлебнёт лишку.
— А это как-то отражается на его боевых вылетах.
— Никак нет, товарищ генерал-полковник. Форму держит. Только после боя позволяет. Как фрица собьёт, так ему бойцы уже к самолёту водку тащат. Как бы в награду за сбитый самолёт. А он парень простой, отказаться не может.
— Слушай, майор. А ты сам то, что, вообще не пьёшь?
— Ну почему? Иногда могу себе позволить. В неслужебное время, конечно же.
— Ну так я смотрю у тебя вся грудь в орденах и медалях. Себя то вы не забыли наградить. Про выпивки и не вспоминали, когда наградной лист подписывали. А что же мы про подчинённых то забываем. Ты мол дорогой самолёты сбивай, а награды мы будем получать?
Нехороший в общем разговор получился у Красовского с начальником штаба полка. Но поучительный.
В феврале 1944 года капитан Николай Шутт был представлен к званию Героя Советского Союза.
Дед Ермолай как в воду глядел
В мае 1945 года Степану Красовскому было присвоено звание Героя Советского Союза.
Мы создали группу в «ВКонтакте» — History Empires. Заходите, знакомьтесь с интересными материалами. Поддержите нас. Подпишитесь! 👇
После войны до 1947 года Степан Акимович продолжил командовать своей знаменитой 2-й воздушной армией. Затем его перевели на Дальний Восток, где он возглавил авиацию округа.
Год, с 1951-го по 1952-й, находился в Китае в качестве главного военного советника в воздушных силах республики.
Затем опять возглавлял ВВС Московского и Северо-Кавказского военных округов. В конце своей военной карьеры маршал авиации Степан Красовский был начальником Военно-воздушной академии.
В 1968 году наш герой вышел в отставку. Всё-таки уже 72 год пошёл. Пора и отдохнуть.
Умер Степан Акимович в апреле 1983 года. Захоронен в Подмосковье на Монинском мемориальном военном кладбище.
Пророческими были слова деда Ермолая. Степан Красовский всю свою жизнь посвятил служению Отечеству.
Маршал авиации, Герой Советского Союза, кавалер шести орденов Ленина, четырёх орденов Красного Знамени, ордена Октябрьской революции, орденов Суворова I и II ст., ордена Кутузова I ст., ордена Богдана Хмельницкого I ст., ордена Красной Звезды и ордена «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» III ст.