Маршал Победы Георгий Жуков не был мягкотелым человеком и жалости к подчиненным не испытывал. Был он жестким, грубым, самолюбивым и для него существовало только единственное правильное решение – его собственное, и в редких случаях он позволял его оспорить и сделать по другому. Этого не отнять.
Все его победы ковались усилиями множества бойцов и офицеров. Но только так можно достичь успеха в ожесточенной войне, где нашим солдатам противостояли не менее стойкие и умелые противники. И солдат своих в угоду высоким замыслам Георгий Жуков не жалел. Но и зазря их не расходовал.
Но с конца восьмидесятых в демократической прессе про Жукова стали и вовсе рассказывать всякие ужасы. Ему приписывали фразу "Солдат не жалеть. Бабы еще нарожают" (но ни одного документального источника этому на самом деле нет). В угоду громким разоблачениям появлялись все новые "факты", которые были основаны на слухах, а не на архивных документах.
Так возникла история про самодура Жукова, чей кортеж посмел обогнать грузовик-полуторка, груженный боеприпасами и спешащий на позиции. Дескать, маршал приказал охране остановить наглеца, изорвал его водительские права, приказал избить и бросить в канаву, а позже этого водителя нашли убитым.
Писал про это Николай Никулин в своей книге "Воспоминания о войне", но сам автор свидетелем инцидента не был (да и трудно представить себе любопытного сержанта, который раздвинул охрану, чтобы услышать слова маршала), опирался на слухи (а слухи на войне – второй хлеб, без них воевать скучно). Позже эту историю переписал и некто Александр Щербаков-Ижевский, вдоволь нафантазировав в своей книге "Маршал Победы Жуков – Каин?"
А как оно было на самом деле? Существовал ли в реальности такой случай? Существовал, если опираться на воспоминания ветерана Великой Отечественной войны артиллериста Николая Николаевича Пудова. Только, по его словам, "виллис" маршала не пропустила вперед не полуторка с бойцом, а обогнал автомобиль командира его артиллерийского полка полковника Николая Вотинова.
Ветеран (на тот момент он был командиром артбатареи), вспоминает, как адъютанты Жукова остановили автомобиль полковника и увидели, что он пьян. После этого Жуков записал фамилию офицера и поехал дальше.
На следующее утро к полковнику прибыли члены военного трибунала, зачитали постановление, забрали пистолет, сняли погоны и отвезли бывшего полковника в штрафбат. Правда, Вотинов быстро искупил свою вину и вернулся в часть, его звание и награды, должность были восстановлены.
Ничего общего с убийством солдата и в помине нет. Быть может, это были два разных случая, может Жукова вообще подрезали на фронтовых дорогах все кому не лень, но свидетельств об этом не осталось.