Для кого Мишка, а для кого и Михаил Георгиевич. Но, на правах старого друга, я продолжу ласково.
Про Мишку писать сложно. Это "Война и мир", только в 99 томах. Мишка - Глыба! И как к нему подступиться?... Одному богу, наверное известно.
Но, хочется очень. Потому как человек интересный, незаурядный, сварливый, щедрый, умный, хитрый, Многорукий Шива - потому как умеет просто всё! И всё это - про одного человека. Он - герой многих моих рассказов. Я благодарен Судьбе (в лице Юры Лукьянова), что она\он связали нас с Михаилом.
Мишка - педагог.
Много лет он работал в КЮТе Академгородка, что в славном граде Новосибирске, зав. лабораторией картинга. (Для "неместных": КЮТ - это клуб юных техников, детище академика Лаврентьева). "Учебные кабинеты" его лаборатории размещались в двух больших боксах наполовину заставленных станками - трофеями из институтов СОАН, как все порядочные гаражи, заваленных между станками разным ржавым хламом. Точнее - не заваленным как попало. Хлам лежал в строгом порядке. Беспорядок и Буданов - две "вещи" несовместимые.
Из этого хлама он учил 9-11 летних пацанов ... собирать? строить? Нет! Создавать, аки господь бог, четырёхколесные экипажи, которые носились с сопливыми гонщиками на далеко не детских скоростях.
А начиналось всё, как и положено учёбе, осенью. Кого приводили родители, кто приходил сам, и было много "абитуриентов", присланных из ИДН (инспекция по делам несовершеннолетних), то бишь - милиции. Скольких мальчишек он спас от тюрьмы и печальной судьбы - можно было только догадываться.
Порой под сотню набиралось, а можно было занять максимум человек 10. Поэтому отбор был не шутошный и жестокий. Мыли, чистили, скребли, копошились в ржавом железе и таяли, как весенний снег, пролетая над КЮТом перелетными птицами. Многие пацаны думали, что вот сейчас их посадят за штурвал ракеты и... Оставались единицы. Но, отборные и надолго.
"Учительская" - 1,5х3,5 м кандейка, с продавленным и промасленным диваном, столом со стулом и кучей полок, была завалена моторами, моторчиками, коробками, коробочками с железяками и инструментами.
Идёт учебный процесс: дюжина шкетов в синих халатах, почти до пола, с закатанными рукавами, с руками в масле и ржавчине, с носами в них же, как мураши копошатся между станков, верстаков и полок. Мишка в своей кандейке сидит на стуле, а я на продавленном диване. Беседуем. Залетает будущий чемпион мира с железякой в руке.
- Михаил Георгиевич! Мне надо вот тут дырку сделать.
Педагог суровым голосом отвечает:
- Дырка - в жопе! А тут будет отверстие. Берет штангенциркуль, набор сверл и идёт с курсантом сверлить отверстие (оно же дырка).
Скоро возвращается. Я с ужасом говорю:
- Миша! Ты охренел! Он же дома родителям расскажет.
- Обязательно. И правильно сделает. Чтобы родители тоже знали разницу.
Я сам очень долго, как матёрый сибиряк, употреблял заветные слова: лОжить и звОнить.
С исправлением последнего меня выручил опять же наш педагог: звОнят - проверочное слово - мудозвоны. И вы знаете? Помогло!
Детки.
Раз уж мы заговорили о детях, то необходимо упомянуть о всех. Сапёры любят говорить, что в одну и ту же воронку вторая мина не попадёт. У Миши пять воронок и всё от разных мин. Так получилось... Влюбчивый очень. И страшно симпатишный, по началу... Потом любовь к порядку брала своё. Покажите мне женщину, которая с 15-го раза запоминала, что блестящее и белое - в левом ящике, а матовое и черное - в правом? Я вас уверяю, что через неделю всё окажется в одном ящике, а второй почему-то перестанет открываться.
Я бы его тоже бросил сразу после медового месяца. Но, слава богу, наша любовь - чисто платоническая.
Хотя, вру. Моя - с большой долей меркантилизма. Потому как я с техникой в напряженных отношениях, а Мишка - механик от бога. И не припахать его на своей старенькой галере я просто не мог.
Я умышленно выставил фото на фоне его мастерской в Майме с указанием телефона. Если вдруг у вас случится на Горном Алтае проблема с автомобилем, мотоциклом-квадроциклом, снегоходом, лодочным мотором, дизелем и далее - по списку, смело звоните по этому телефону. Пароль - от Шарнина.
