Вроде бы, сотрудники Федеральной службы исполнения наказания, обличенные властью, должны быть оплотом гуманности и справедливости. От части, так оно и есть. В отношении большинства своих подопечных они ведут себя, как подобает служителю закона. С отдельными личностями даже заводят дружбу с взаимовыгодным сосуществованием. Но, если приходит понимание, что где-то Фемида бессильна, пятнистые предпринимают резкие, порою бесчеловечные, приемы воспитания.
Многое зависит от степени провинности и отношения к проступку. За какие-то тривиальные нарушения режима и правил внутреннего распорядка осужденному, просто на всего, объявят выговор или отправят в штрафной изолятор до 15 суток. Если выходка была экстраординарная и запоминающаяся, карцер продлевается несколько раз (хоть до конца срока). Но это, чаще всего, применяется к блатным. Для которых Камера испытания человеческого организма – дом родной, а перевод на строгие условия содержания и помещения камерного типа лишь вопрос времени.
Обычным арестантам, стремящимся пораньше домой, могут ежеквартально вписывать в личное дело взыскание. Чего вполне хватит, чтобы он забыл про УДО. На этом законные способы иссякают, но до пыток ещё далеко.
К примеру, некоторые легавые мелко пакостят – выкидывают заявления и вещи, которые в рамках Исправительных учреждений довольно сложно раздобыть. К спартанским методам можно отнести – оставление заключенного в прогулочном дворике не на час, как положено, а в разы дольше, естественно на морозе. Или бывают случаи, когда спецконтингент намеренно забывают на выходные в душе, где нет возможности перекрыть холодную воду. Либо в качестве воспитательных мер – не дают спать.
А вот к отъявленным «отрицалам» применяются уже крайние методы. Начинают с отправки на пару дней в хату к больным туберкулезом. Заставляют курить после обиженного или целоваться с ним. Про то, что все менты умеют бить людей, не оставляя синяков, и рассказывать нечего.
Но самым суровым приговором среди зэков считают то, что и доказать невозможно, а на первый взгляд кажется безобидным. Включают в одной камере два радиоприёмника, настроенных на разные частоты. Так как, пытка длится месяцами, арестанты прокалывают барабанные перепонки, чтобы не сойти с ума. Очень удобно для сотрудников – самим делать ничего не надо, а в случае прокурорской проверки музыка отключается.
Остаётся лишь благодарить права человека и установленные повсюду видеокамеры, из-за которых большая часть подобных экзекуций остались в прошлом, а нынешний спецконтингент живет лучше, чем среднестатистический крестьянин Российской империи.