В мае 2022 года южноафриканский астроном-любитель Берто Монар стал свидетелем звездного взрыва (вспышки сверхновой) в спиральной галактике NGC 157, находящейся на расстоянии около 75 миллионов световых лет от Солнечной системы.
Событие, получившее обозначение SN 2022jli, привлекло внимание двух независимых друг от друга команд астрономов из Университета Квинс в Белфасте и Института Вейцмана, которые тут же приступили к сбору данных.
Спустя несколько недель после вспышки, яркость сверхновой начала предсказуемо снижаться, но после — совершенно неожиданно для всех — вновь возросла. Через 12 земных дней яркость вновь пошла на спад, но еще через 12 дней опять возросла. Эта систематичность, наблюдающаяся по сей день, абсолютно точно указывает на то, что после вспышки сверхновой что-то осталось. Дальнейшие наблюдения показали, что из той области космического пространства фиксируется "утечка" газообразного водорода и гамма-излучения.
Всех этих данных оказалось достаточно, чтобы вторая команда астрономов под руководством Пинга Чена собрала кусочки пазла воедино и увидела цельную космическую картину.
Итак, звезда, вспыхнувшая сверхновой, была частью двойной системы. Одна из звезд пережила катастрофическое событие и поглотила часть материи, высвободившейся в ходе взрыва компаньона. Это привело к тому, что эта звезда "растолстела". Однако после вспышки сверхновой осталось нечто очень компактное и массивное, продолжающее вращение по орбите, и на это указывает повторяющаяся последовательность усиления и ослабления яркости. Учитывая, что звездный сосед стал крупнее, движение этого самого "нечто" осуществляется сквозь его атмосферу, и это приводит к поглощению материи и высвобождению большого количества энергии.
На роль компактного и массивного объекта подходят либо нейтронная звезда, либо черная дыра.
Из этого следует, что у человечества появилось первое прямое доказательство того, что после вспышек сверхновых появляются нейтронные звезды или черные дыры. До этого момента данное утверждение носило теоретический характер.