- Так тот персонаж, который по фильму зарезал героя Миронова, – не профессиональный актёр?
- Он не актёр, он был нормальный уголовник. Зэк. Я очень легко отличал сидевших людей – у них какая-то другая кожа. Авитаминозная. И запах тюрьмы. Я к нему подошёл и спросил: «Вас как зовут?» – «Жора». – «Вы не сердитесь на меня, я кинорежиссёр, мне нужно знать – вы в тюрьме случайно не сидели?» – «А как же! 11 лет». – «За что?» – «Во-первых, по статье за воровство, а там ещё убийство подкатило». – «А у меня не можете сняться?» Он захотел. Стали мы с ним работать, и он нам очень много показывал – как надо, как не надо. Я его спрашивал: «А как с бабами в тюрьме?» Он говорил: «Ну как – вообще, грелка, её из камеры в камеру передают. Процарапаешь – тебя убьют. А у меня на лесоповале была киргизка. Такая умная! Ты ей хлеба дашь – она сразу хвост в сторону». Я решил, он говорит о киргизской женщине, и только потом начал понимать, что он говорит о лошади. Думаю, я сейчас сблюю, а он бежит за мной и кричит: «Алексей, поверь, лошадь – гораздо лучше бабы! Кто пробовал лошадь, к бабе больше не полезет».
- Как его боялся Миронов! Что-то было в глазах у этого Жоры Помогаева, от чего Миронов стекленел от ужаса. Он умолял: «Что хочешь делай! Пусть меня лучше шесть человек зарежут! Пусть собаки съедят – только не он!» А тот ему: «Дяденька, дяденька, ты что?»
А. Долин. «Герман: Интервью. Эссе. Сценарий», 2015 г.
Бандита Соловьёва в фильме Алексея Германа «Мой друг Иван Лапшин» действительно сыграл человек по фамилии Помогаев. Только ни вором, ни убийцей, ни Жорой он не был. Юрий Кузьмич Помогаев работал декоратором на киностудии «Ленфильм» и кроме «Лапшина» снимался в эпизодах ещё шести фильмов.
Ну, а Герман просто паталогический врун. «ИстЛяп» подробно разбирал как он переврал биографию начальника управления милиции Ленинграда Ивана Соловьёва и выступление режиссёра Али Хамраева на Пятом Съезде кинематографистов СССР.